Мои воспоминания. Брусиловский прорыв - Алексей Брусилов

В 30-м корпусе геройский подвиг совершил полковник Канцеров, первый во главе своего 283-го пехотного Павлоградского полка перебежавший на левый берег Стохода по пылавшему мосту. Это дело было отмечено Ставкой. Урон австро-германцев превысил 40 000 человек. Корпус Фата, особенно пострадавший, лишился 18 400 человек из 34 400.

Победы у Волчецка, Разиничей и Грузятина на Стоходе, к сожалению, не были развиты и использованы. Генерал Брусилов не имел свободных резервов, будучи вынужден держать значительные силы на левом фланге 8-й армии, где и после отражения прорыва Марвица положение продолжало оставаться напряженным, и не смог закрепить свой успех на Стоходе.

Неприятель же напряг все усилия к удержанию Ковеля. Группы Фата и Бернгарди были усилены германскими войсками, и уже 27-го и 28 июня Линзинген яростными контратаками заставил туркестанцев и 30-й корпус отойти на правый берег Стохода. Наши попытки 29 и 30 июня вторично форсировать реку оказались безуспешными, но и неприятель не имел успеха в своих дальнейших наступательных попытках.

Блестящие возможности остались неиспользованными. У генерала Брусилова не было войск. Подкрепления подходили пачками и с большим опозданием по недостатку рокадных линий^[200]. Нагромоздив силы и средства на Западном фронте, Ставка никак не решалась направить сразу значительные силы генералу Брусилову.

Лишь директивой 26 июня, увидев, что Эверт так никогда и не решится на серьезную наступательную операцию, она передала Юго-Западному фронту главный удар. Опоздание получилось на целый месяц – и это в то время, как генерал Алексеев сам признавал, что счет надо вести на минуты! Раньше середины июля генерал Брусилов не смог возобновить своего наступления.

Неприятелю было подарено три недели, драгоценных три недели, за которые он накопил силы, устроил войска, подтянул резервы и превратил долину Стохода и Ковельский район – и так труднопроходимый от природы – в неприступную крепость.

* * *

Сорвавшимся наступлением Каледина за Стоход и победой Лечицкого при Коломые кончается Четвертая Галицийская битва – славное Брусиловское наступление. В последних числах мая были разгромлены австро-венгерские армии, в двадцатых числах июня на полях Волыни были сокрушены отборные дивизии кайзера.

За Луцком, Сапановом, Язловцем и Доброноуцом следовали Киселин, Затурцы и Коломыя. За тридцать семь дней боя в наших руках осталось 272 000 пленных и 312 пушек.

Каковы бы ни были его последовавшие заблуждения, вольные или невольные, Россия никогда этого не забудет Алексею Алексеевичу Брусилову. Когда после несчастий пятнадцатого года самые мужественные пали духом, он один сохранил твердую веру в русского офицера и русского солдата, в славные русские войска. И войска отблагодарили полководца, навеки связав его имя с величайшей из своих побед.