Полынный мой путь - Мурад Аджи

Та северная история мне показалась интересной и другим – кто оказывал варягам сопротивление? Славяне? Должны бы они, но их не было.

Это неожиданное обстоятельство поставило в тупик, оно грозило разрушить всю мою концепцию. Спас Василий Никитич Татищев, первый российский историк. Он в XVIII веке писал о Новгородской Руси следующие слова: «Русь… она же Хунигард, именуется для того, что тамо первое поселение гуннов было. Ея стольный град был Шуе». Другое имя Шуи – Хива.

Потом эти сведения из российской истории исчезли, чтобы люди не знали правду о Господине Великом Новгороде. (69) Но… «рукописи не горят». Книги Татищева, по счастью, переизданы в наши дни. Они и спасли меня, дав право усомниться в том, что город Шуя основан в 1539 году славянами. Нет. На тысячу лет раньше, у него была еще тюркская история, как у всех древнерусских городов. У той же Москвы, например. День ее рождения не в 1147 году. В Кремле есть два храма постройки IX века, то есть когда Москвы «еще не было». Они стоят закрытыми на замок, там восточная роспись. Не христианская. Ломать бояться и показать не могут… То новая страница умышленно скрываемой истории.

Но если знаешь, что гуннами звали тюрков, то в ранней русской истории все встает на свои места. Видно: норманны и новгородцы этнических различий не имели. То – один народ, который разделяла вера. Опять вера! Она. (70) Налицо заурядная междоусобица, которая привела к захвату Хунигарда русами Рюрика, к образованию «Новгородской» Руси… Но, что характерно, при любой вере Русь жила по адатам. По-другому не умела.

Понимаю, мой вывод спорен, но слишком уж много тюркского духа на берегу озера Ильмень, в чем убедился после короткой экспедиции в Новгород и Тверь. «Русью пахнет», – только и оставалось сказать. Особенно когда увидел рунические надписи и до боли знакомые каменные памятники.

Кроме Хунигарда, там были Алтынбур, Хива, другие города Русского Севера… «Забытый» труд первого историка Татищева показывает масштаб нашего невежества, разве нет?

Ладогу в его время звали по-старому – Алдога. А нынешний финский город Турку – Абай (Або). Тюркский дух? Конечно. От него не избавиться. И находки «новгородских грамот» не помогут. Их, кроме как здесь, нигде не находят. Что это, еще одна загадка российской науки? Ее тайна? Или иезуитская закономерность?

А как же славяне Новгородской Руси, о которых твердит «официальная» наука? Никак. Слово это лишь в IX веке вошло в этнический оборот. Вошло очень далеко от Руси – в Болгарии. До Руси оно добиралось семь веков. Эту историю неохотно рассказывают в России. Слишком она невыразительна. Но, строго говоря, первые славяне появились не на Балканах, не в Болгарии, а в общинах Антиохийской и Александрийской церквей, появились еще при императоре Константине Великом. Тогда Византия начала завоевывать Ближний Восток и превращать местных христиан (своих единоверцев!) в рабов Империи. То было очень темное время восхождения греков к власти над Средиземноморьем.

О «славянах» одним из первых рассказал Иордан, латинский историк VI века, производил его от slave, то есть «раб». Естественно, греки и латиняне по-разному произносили слово, но понимали одинаково. Slave шло от sclavinus. Долго оно было на устах только работорговцев. Потом, в IX веке, обрело этнический смысл, тогда в каганате Великая Булгария произошел переворот, власть взял хан Богорис (князь Борис). Началось кровавое время в истории Балкан, о нем известно. Греки, помогая заговорщику, золота и стрел не жалели, они превратили Булгарию в свою колонию. Христианизация служила им вывеской…

То была война нового типа: победу завоевывали не на поле брани, а внедряя в сознание народа ложные идеи, чтобы он сам, своими руками разрушал себя, свое общество, чтобы, возвеличивая хозяина, становился рабом, придумывал новую историю.

Академик Федор Иванович Успенский писал о тех событиях в Болгарии как о «перевороте, вследствие которого из тюркского ханства образовалось христианско-славянское княжество». Трагедию ученый уместил в одной фразе: тюркскому каганату «нанесен был смертельный удар принятием христианства и последовавшим за тем государственным переворотом». Так зародилось этническое славянство – после переворота в сознании людей. (71)

Высокомерные греки назвали вчерашних рабов их же именем – славянами (от slave). Никакой натяжки не делали. Корни славян на невольничьих рынках, считает мировая наука. Мнение российской науки прямо противоположно, что естественно, она выполняет политический заказ. Однако были честные люди и в России.

В XIX веке профессор Александр Иванович Кирпичников писал об исследователях славян и их находках следующее: «Исследователи этих жалких свидетельств и остатков в большинстве случаев люди с горячей любовью к делу, с пылкой фантазией, но в силу увлечения предметом способные к поразительно ненаучным натяжкам. Они не жалуются на недостаток материала…». Его будто дополняет академик Федор Иванович Успенский: «Притязания русских на политическое главенство в греко-славянском мире представляются, по меньшей мере, молодым задором или детскими фантазиями…»

Богата российская литература на славянскую тему, ничего не скажешь. Правда, ее отличает редкая особенность – отсутствие факта. Голословность. Авторы рассуждают о прошлом так уверенно, будто сами жили в то время… А вот надо ли безоговорочно верить им? Это иной вопрос, ответ на который связан с интеллектом читателя.

Не показательно ли, мировая наука не знает ни одной находки, подтверждающей, хоть косвенно, этническую историю славян! Ничего. Этого вывода хватит, чтобы понять: русских на Кавказе не ущемляли, они пришли сюда в XIX веке как завоеватели, наемники, отрабатывая заказ. То была не их война. (72)