Святое русское воинство - Федор Ушаков

После всеподданнейшего донесения моего вашему императорскому величеству, июня 2-го числа чрез Константинополь отправленного^[192], в Италии последовали величайшие перемены: наместник королевский принц Декасеро, в Неаполе находящийся, письмом своим от 20 июня с[его] г[ода] с нарочно присланным ко мне кабинет-курьером уведомил меня: французы вновь великими силами вошли в Италию, происходило самое кровопролитное сражение между Турином и Тортоною, на котором австрийцы потерпели величайший урон и последствием оного было перемирие, заключенное на самых печальных для Италии кондициях, ибо уступлены французам Миланская провинция, Туринское королевство и Генуэзская область, которая австрийцами упразднена в 24-е число июня по завоевании оной столикими трудами. Таковые важные неприятные происшествия, кои происходили в Вышней Италии, и обыкновенная неверность французов, привыкших поступать военными хитростями и пользоваться изменами, по справедливости заставляют опасаться о[б] участи и Нижней Италии, угрожаемой новыми опасностями и нашествиями, которые могут там французы предпринять, а особливо на землях его сицилийского величества.

По сим обстоятельствам принц Декасеро, в надежде доброго согласия и союза, существующего между дворами вашего императорского величества и его величества короля обеих Сицилий, просит, чтобы я вместо отправления в другие краи, следовал со всеми эскадрами и войсками к Неаполю для защищения сих мест; его королевское величество также предупредительно чрез полномочного министра Италинского просил меня на случай опасности, ежели французы разобьют австрийские войска, чтобы я со всеми эскадрами и войсками был к Неаполю и вспомоществовал бы всеми силами в защищении владений его от неприятеля, также прошено от его величества, чтобы и англичане, даже оставя блокаду Мальты, всеми своими силами в том же ему вспомоществовали.

Я с достодолжной учтивостию ответствовал письмами моими, что я готовлю вспоможение для Неаполя, если не воспрепятствуют разные обстоятельства и неимение на эскадрах провианта и прочих потребностей.

Всеподданнейше вашему императорскому величеству доношу, что провианта на эскадры от Порты Блистательной при всех старательностях полномочного министра Томары по сие время доставлено малое только количество, ныне состоит в наличии на кораблях сухарей на один месяц, круп с небольшим на месяц да месяца на три горячего вина.

Порта Блистательная, как заметно из уведомлений, считает нас уже в походе, или то, что вскорости все пойдем к своим портам для исправления, потому и заготовления провиантов по осведомлениям в здешних местах впредь не полагается. Комиссар турецкий, в Корфу при магазинах находящийся, ныне объявил мне: сухари, сколько повелениями ему назначено к нам в отпуск, все доставлены и отпущены, и более теперь в доставление к нам не имеют.

Таковые и многие прочие обстоятельства понудили меня собрать военный совет, и оным, по рассмотрении всех подробностей в рассуждении потребностей исправления кораблей, снабжения всеми надобностями, в которых крайний во всем недостаток, неимение провианта к продовольствию и, не предвидя никакой верной надежды, где бы на будущее время получать было можно к предохранению эскадр и войск вашего императорского величества в рассуждении настоящей важной сей опасности, согласно мнением своим положили: ескадр и войск в отдаленность к стороне Мальты, Сицилии и Неаполя, не подвергая их сомнительным обстоятельствам и опасности, послать неудобно, войска с генерал-лейтенантом Бороздиным, гвардиею его королевскому величеству определенные, и три фрегата под командою флота капитана 1 ранга Сорокина с находящимся с ними малым числом войск, оставшими[ся] от эскадры и при обозе князя Волконского, впредь до высочайшего о них повеления остаются при Неаполе, они и могут вспомоществовать содержанием тишины и спокойствия и соединенно с войсками его сицилийского величества быть защитою против неприятеля; артиллерийския и инженерная команда под начальством артиллерии подполковника Гастфера, который по высочайшему вашего императорского величества повелению за [от]бытием из Корфу генерал-лейтенанта Бороздина находится в крепостях Корфу комендантом, остается при оных впредь до высочайшего ж повеления сообразно высочайше опробованной конвенции, с которой от полномочного в Константинополе министра Томары прислана ко мне копия, также в рассуждении просьбы Республики Семи островов в предосторожность предвидимых ныне опасностей для охранения.

Со всеми прочими кораблями, фрегатами и войсками следовать чрез Архипелаг и Константинопольский пролив в черноморские порты для исправления, сходно как прежними высочайшими вашего императорского величества повелениями предписано. При нынешних последовавших обстоятельствах Генеральный военный совет сие предположение почитает полезным с таковою надеждою, что оно сходственно с прежними высочайшими повелениями и теперешними обстоятельствами, да и во время следования с эскадрами в Константинополь можно иметь надежду, что приходящие суда с провиантом из черноморских портов и отправляющиеся из Константинополя встретятся с эскадрами и предупредят опасность доставлением потребностей к продовольствию.

Посему не упустительно времени с тем числом провианта, сколько в наличии его состоит, и отправляюсь я из Корфу с 11 кораблями, 2 авизами, одним транспортом и 3 малыми судами из пленных в Константинополь и в Черное море к своим портам; о соединении со мною 3 фрегатов, в Анконе находящихся, к командующему оных флота капитану графу Войновичу несколько раз повеления от меня посланы, но ныне получил я от него уведомление, что фрегаты исправляются еще от великих худостей и вскорости готовы будут, но не имеют провианта и денег на заплату за оные, посему послал я к ним фрегат «Поспешный», отделя из последнего провианта с кораблей, сухарей, на три фрегата на один месяц, круп на один с половиною месяц и денег 15 т[ыс.] талеров, с тем чтобы он, заплатя за забирание им в покупку провиант, взял бы с собою еще сухарей, сколько можно достать, и, нимало не медля, по получении повеления следовал в Корфу, и, взяв, что для надобности его оставлено, не останавливаясь, следовал бы за мною в Константинополь и в черноморские порты, фрегат же «Поспешный» предупредительно шел бы за нами в соединение.

Флота капитану Сорокину, в Неаполе с 3 фрегатами находящемуся, неоднократно от меня писано было немедленно быть в Корфу в соединение, но он исправлял фрегаты килеванием, новой обшивкою и переменою многих членов и досок новыми, затем уведомляет, что оные 3 фрегата исправлены благонадежно, недостает на них разных припасов, материалов, надежных парусов и такелажа, и по полученным от меня повелениям полагал он вскорости отправиться, остановку имел за неимением провианта и денег на расплату за исправление, но надеялся провиант скоро получить от правительства неаполитанского; я оставляю в Корфу повеление для него, буде он придет в Корфу, возвратиться по-прежнему в Неаполь, сходно как военным советом положено.

Сии 3 фрегата и войска генерал-лейтенанта Бороздина и оставшиеся при Неаполе имеют ожидать высочайшего императорского величества указа, определено ли будет им находиться там или что высочайшими повелениями предписано будет, оные 3 фрегата, если не доставлен будет к ним такелаж и паруса, должны будут все надобности получать в покупку в Неаполе; провиантом от правительства ли неаполитанского будут довольствованы или на счет казны вашего императорского величества, теперь мне не известно, я пишу об оном в Палермо к полномочному министру и кавалеру Италинскому, чтобы он имел попечительное старание о сих фрегатах и войсках, с ними находящихся, вспомоществовал бы им всеми потребностями и содержанием, не оставил бы их предостерегать по сведениям его обстоятельств потребным уведомлением и своим предписанием обо всем, что к тому следует; осмеливаюсь всеподданнейше донесть вашему императорскому величеству, на все таковые надобности определено ли будет им получать денежную казну от кого и сколько; имеют они ожидать по тому ж высочайшего ж указа.