Спецназ против террора - Михаил Болтунов

Через два года после первого захвата они ударили второй раз. Жертвой стал электропоезд Ассен де Пунт.

В наборе требований террористов, как всегда, были освободительные лозунги и конкретные — выпустить из тюрем членов «свободной молодежи», отбывающих наказание за теракт 1975 года, предоставить самолет «Боинг» в аэропорту Амстердама.

Голландцы, в отличие от израильтян, были категорически против силовых действий и вновь пошли на переговоры. Однако беседы и уговоры доктора психологии Мюльдера, который представлял правительство, ни к чему не привели.

Через несколько дней в захваченной школе произошло массовое пищевое отравление детей. Сложно сказать, было ли это спланированной акцией голландских спецслужб или случайностью, но бандитам пришлось уступить. Из 110 заложников они выпустили 106 человек.

Однако террористы, захватившие поезд, вели себя самоуверенно, угрожали властям и уступать не собирались.

Медленно приходило осознание того, что не все можно решить в ходе переговоров.

События с захватом поезда, разумеется, были под пристальным вниманием средств массовой информации. Когда оккупация поезда перевалила на вторую неделю, в прессе разгорелся скандал: журналисты узнали «меню» террористов. Оно было весьма разнообразным. Но особенно, что возмутило газетчиков, это большое количество сладостей — конфеты, пирожные, торты. Тут же раздались голоса, что власти бездействуют и кормят террористов деликатесами.

На мой взгляд, это был второй исторический прецедент. Пресса начала активное вмешательство в дела специалистов по антитеррору. Подобное вмешательство продолжается и поныне.

Да, средства массовой информации должны, обязаны рассказывать общественности о происходящем событии. Однако делать это надо осторожно, обдуманно, профессионально. Увы, надо признать, чаще всего происходит наоборот.

Так случилось и с голландской прессой. А ведь специалистам по антитеррору известно давно — повышение содержания сахара в крови снижает агрессивность. Что, собственно, и следовало доказать.

…Переговоры затягивались, шли все тяжелее и напряженнее. В правительстве, наконец, стали склоняться к штурму.

После событий в Германии на Олимпиаде 1972 года Голландия создала свое подразделение по борьбе с терроризмом. Однако, сформированное всего несколько месяцев назад, оно не имело соответствующей подготовки. Ставку решено было сделать на армию.

Проведение операции возложили на корпус морской пехоты Нидерландов, а точнее, на группу ВВЕ из роты W-»WHISKV». Отсюда и название этой группы, которая, кстати говоря, была неплохо подготовлена как к проведению специальных, так и антитеррористических операций.

Кроме подразделения ВВЕ «Виски» к освобождению заложников привлекались боевые пловцы из 7-й голландской группы СБС. Сделано это было неспроста. Невдалеке от того места, где находился захваченный поезд, проходили осушительные каналы.

Темной весенней ночью боевые пловцы по каналам подплыли к поезду, доползли до вагонов и установили специальные подслушивающие устройства. Высокочувствительная аппаратура реагировала на движение людей, а также на металлические предметы. Это дало возможность круглосуточно «слушать» террористов, отслеживать их местонахождение.

Кроме того, в ходе своего ночного рейда боевые пловцы установили под вагонами взрывчатку.

К концу трехнедельных бесплодных переговоров стала возникать опасная ситуация — у заложников появились первые признаки так называемого «стокгольмского синдрома».

В этом случае счастливый исход для себя заложники видят только в выполнении условий террористов, у жертв начинается сложный психологический процесс, когда они постепенно становятся на сторону преступников, симпатизируют им.

«Стокгольмский синдром» создает крайне опасный фон для проведения антитеррористической операции. Случается, заложники ведут себя иначе, чем ожидают от них спецслужбы.

С другой стороны, беспокоило и состояние самих бандитов. Они вели себя нервозно, между ними вспыхивали конфликты, некоторые заявляли о том, что дело проиграно и пора расправиться с заложниками.

Наконец, голландцы приняли решение на штурм. Было это на 20-й день после захвата поезда. Ночью, накануне, используя аппаратуру ночного видения, бойцы антитеррористического подразделения «Виски» скрытно вышли к поезду и заняли исходные позиции.

Они уже знали численность террористов и места в вагоне, где те располагались. Помогла подслушивающая аппаратура, да и сотрудники миссии Красного Креста, которые доставляли пищу в поезд, многое рассказали о бандитах.

Время «Х» было назначено на 4.50 утра. Сигнал к штурму — пролет шести истребителей голландских ВВС над поездом. Когда «Старфайтеры» с грохотом и ревом низко прошли над вагонами, в поезде возникло замешательство: террористы невольно вскинули головы к потолку, бросились к окнам.

В это время прозвучали взрывы, которые выбили вагонные двери наружу. Бойцы группы «Виски» ворвались в вагон, бросая светозвуковые гранаты.

В перестрелке погибли двое заложников. Они, несмотря на призывы спецназовцев лежать, вскочили на ноги и попали под пули. Еще один заложник был ранен, в него успел выстрелить террорист.

В бою коммандос «Виски» уничтожили шестерых бандитов и трое сдались.

Атака школы в Бовенсминде, которая проводилась одновременно со штурмом поезда, также завершилась победой спецназа.

Обе операции неспроста синхронизировались по времени. Дело в том, что расстояние между захваченными объектами оказалось невелико и атаки следовало начать одновременно, иначе это могло иметь непредсказуемые последствия.

Бойцы, штурмующие школу, также были хорошо подготовлены к операции — они изучили план школы, о террористах им поведали отпущенные школьники, велось постоянное подслушивание и наблюдение.

В этот момент, когда «Старфайтеры» громыхали над вагонами, бронетранспортер мощным ударом пробил одну из стен школьного здания. Спецназовцы ворвались внутрь. Четырех террористов удалось захватить врасплох. Трое из них безмятежно спали, четвертый, судя по всему часовой, дремал и не успел среагировать.

Заложники были напуганы, однако не получили даже царапины.

Как при штурме поезда, так и школы потерь среди бойцов подразделений специального назначения не было.

Что же касается уроков проведенной операции в Голландии, то первый из них таков: захват в заложники пассажиров поезда возможен, даже несмотря на, казалось бы, абсурдность и бессмысленность этой акции, в связи с полным отсутствием маневренности подобного вида транспорта.

Кстати, этот урок учли практически все спецслужбы ведущих стран мира. Теперь отработка объекта «вагон» является обязательной в программе подготовки антитеррористических подразделений.

Второй урок состоит в том, что впервые в практике проведения антитеррористических операций к переговорам был привлечен профессиональный психолог.