Святополк Окаянный. Проклятый князь - Василий Седугин

Они некоторое время взволнованно глядели в глаза друг другу, а потом Изяславль продолжал:

– Я думаю, мы найдем поддержку у новгородского князя, брата нашего Ярослава. Я был как-то у него в гостях, он тоже очень недоволен данью, которую приходится Новгороду платить киевскому князю.

– Не может быть! Неужели этот осторожный тихоня, Ярослав, собирается войти в спор со столицей? – искренне удивился Святополк.

– Да, и намерения эти очень серьезны. По крайней мере, при нашей встрече он только об этом и говорил.

– Это меняет дело. Великий князь может заставить платить дань одно княжество, но едва ли ему удастся это сделать в отношении двух наших княжеств. Но если к нам присоединится еще и Новгород, то наверняка мы одержим победу!

– Я завтра же пошлю гонца в Новгород. Он уведомит Ярослава о нашем решении. Так что жди вестей, в скором времени ты в своем Турове будешь точно знать о замыслах Ярослава.

– Ну Ярослав! Ну братец! Вот уж от кого не ожидал, не предполагал, что может пойти на такой поступок! – сокрушенно качал головой Святополк, но тут же осекся.

– Впрочем, – сказал он через некоторое время, – он всегда был скупым и жадным. Как говорится, зимой снега не допросишься!

– Может, и так, – согласился с ним Изяславль. – Но нам-то с тобой это на руку!

Из Полоцка уехал Святополк в приподнятом настроении. Все складывалось как нельзя лучше. Он даже не ожидал такого результата: вместо одного он получил в поддержку целых два княжества! И поэтому обратная дорога показалась ему короткой.

Только переехали границу Туровского княжества, неожиданно в поле отряд застала налетевшая гроза с градом. Укрыться было негде, град иссек и воинов, и лошадей, а потом навалился холод, что бывает почти всегда после дождей. Однако на этот раз (дело было в конце августа) холод был нестерпимым, он пробирал до самих костей. Воины еле добрались до ближайшего селения, обогрелись и переночевали, и хотели уже отправляться дальше, но тут выяснилось, что сильно простудился и заболел Святополк. Он весь горел, к обеду стал метаться в бреду. Пригласили лекарей, кудесников. Князю стало легче, он даже сумел распорядиться: пусть воины едут дальше, а он задержится на некоторое время в селении, чтобы окончательно выздороветь. Так и сделали. Дружина собралась и отправилась в Туров, а со Святополком остался сидеть его денщик Могута. Иногда к постели присаживался жрец местного капища Огнеслав, высокий, сухой старик, как положено у священнослужителей, с длинной бородой и длинными волосами, повязанными красной ленточкой. Говорил неторопливо:

– Хотя и живем мы в глухомани, на самой окраине княжества, но знаем про все, что творится и в Киеве, и в Турове. Радостно нам было, что в начале своего правления князь Владимир радел о славянских святынях, воздвиг на берегу Днепра истуканы Перуну и другим богам. Но вот непонятно, что с ним случилось, что принял он вдруг греческую веру и взял себе в жены греческую принцессу. Как такое могло произойти, почему он пошел на такое непотребное дело? Что ты мне ответишь, князь?

Что он мог сказать? Он и сам не мог толком разобраться в причинах поступков отца, хотя и слышал его объяснения. Не дошли они до его ума и сердца, не усвоил он их, а может, даже и не понял. Потому и пожал плечами в ответ на вопрос жреца.

А тот продолжал:

– Ходят слухи в народе, что якобы ездил князь Владимир в Царьград и там влюбился в принцессу небывалой красоты. Предложил ей выйти замуж за него. Только принцесса была себе на уме и поставила условие, чтобы Владимир сначала крестился, а уж потом зайдет разговор о свадьбе. Вот так Владимир и переменил нашу веру на греческую.

– Не был отец в Царьграде, – ответил Святополк, удивляясь замысловатым народным вымыслам. – Может, даже наоборот все случилось: не хотели греки посылать своих священников на Русь, но князь двинул дружину на греческий город Херсонес и взял его приступом. Волей-неволей пришлось византийским императорам пойти ему на уступки и выдать за него свою сестру.

– Вон какие дела! Ну да, ты его сын, как тебе не знать, что происходило на самом деле. А у нас вот такие слухи ходят…

В другой раз Огнеслав говорил:

– Не хочет народ переходить в новую веру и видит в тебе, князь, свою надежду, свою опору. Не бросай нас на произвол судьбы, крепко стой за старину, а мы уж тебе всем миром поможем!

Когда Святополк пошел на поправку, жрец посоветовал:

– Лежать много тоже вредно. Следует делать небольшие прогулки, пусть кровь поразгонится, побыстрее выздоровеешь.

Он послушался. Когда вышел на улицу, вдохнул свежего воздуха и увидел высокое голубое небо, закружилась голова. Присел на завалинку и некоторое время сидел неподвижно, на губах его заиграла слабая улыбка. Потом неторопливо побрел по улице. Селение было большое, дома добротные, с сараями и постройками для скота, амбарами и клетями, по лужайкам бегали голопузые детишки, слышен был детский смех со стороны реки, протекавшей недалеко. Рядом с селением стоял лес, темный и молчаливый. Знакомая картина, и на душе у князя стало умиротворенно и спокойно. Здесь жили люди в тишине и мире, своим трудом создавая благосостояние княжества.

Когда возвращался обратно, впереди увидел женщину. Она шла навстречу. Что-то в ней сразу показалось ему необычное, что-то его встревожило. Она была еще довольно далеко, не будешь же рассматривать все время, пока она приближается. Он отвел глаза и стал смотреть по сторонам, якобы ею совсем не интересуясь. И только когда женщина подошла совсем близко, взглянул на нее. Он охватил ее одним взглядом всю разом, с головы до ног, и был поражен тонким стройным станом, пышными черными волосами, обрамлявшими красивое лицо. Но особенно поразили глаза, глубоко сидевшие в темных глазницах. От них шел неестественно яркий блеск, они притягивали к себе, подчиняли и околдовывали, и Святополк не мог оторваться от них. Прошли какие-то мгновения, пока он миновал ее, но они показались ему вечностью. Он был ошеломлен и ошарашен. Подобной женщины он никогда и нигде не видел.

Святополк прошел несколько шагов и оглянулся. Оглянулась и она, из-за плеча смерив его пристальным взглядом. Правда ли была, или только померещилось, на ее лице мелькнула улыбка. «Вот в такую я влюбился бы с первого взгляда, – подумал он. – Немыслимая женщина!»

Об этой встрече Святополк рассказал жрецу. Тот улыбнулся, ответил:

– Ее зовут Чарушей. Она главная ведунья селения, знает многие способы лечения и немало людей излечила от тяжелых болезней, может предсказать будущее человеку. Но она более чем знахарка и ведунья. Чаруша – ведьма. Про нее говорят, что она общается с потусторонними силами и ведет дружбу с духами, вместе со своими подругами, такими же ведьмами, посещает шабаши на лесных полянах. Неудивительно, что эта женщина произвела на тебя такое сильное впечатление.

Святополк тотчас загорелся:

– Хочу с ней встретиться. Попрошу предсказать судьбу.

– Вреда она не сделала никому, а доброго много принесла людям. Так что иди, князь, я не против. Но будь осторожен: не один мужчина оказывался очарован ее красотой, готовы были все богатства и состояния положить к ее ногам, но равнодушной оставалась она. Не попадись к ней на удочку, пропадешь в ее любовных сетях!