Кто предавал Россию - Виталий Каравашкин

Шатов Николай Степанович, 1901 г. рождения, урож. дер. Шатово Кировской области, бывш. подполковник Красной армии.

До начала Великой Отечественной войны являлся начальником артснабжения Северо-Кавказского военного округа. Направлен на фронт сразу после нападения Германии на СССР. Попал в плен к нацистам, встал на путь сотрудничества с ними. Активно участвовал во власовском движении, входил в руководство его военных формирований.

В мае 1945 г. был арестован на территории Германии и интернирован в СССР.

В 1946 г. по приговору советского суда повешен.

Шаховской Григорий Петрович (уп. в конце XVI — первой пол. XVII вв.), князь, одна из самых одиозных фигур эпохи Смуты.

Происходит из рода ярославских Рюриковичей. В 1594 г. являлся головой в Черни, в 1596 г. занимает пост воеводы в Монастырском остроге.

В 1605 г., изменив присяге, перешел на сторону Лжедмитрия I, был пожалован им в бояре. После свержения и убийства самозванца избежал репрессий, однако вскоре был отправлен царем Василием Шуйским воеводой в Путивль, что означало фактическую ссылку. В Путивле Ш. поднял восстание против московского правительства, распространил слух, что «царевич Дмитрий» избежал смерти и скрылся, а он якобы представляет его интересы. Привлек на свою сторону И.И. Болотникова и его военные формирования, одержал ряд побед над царскими войсками. Вскоре, однако, мятежники были окружены и осаждены в Туле. После сдачи Тулы Ш. попал в плен, был сослан на Кубенское озеро. Был освобожден отрядами Лжедмитрия II, к которому присоединился в Тушине. Вошел в состав Боярской думы при самозванце. После разгрома войск самозванца вступил во второе ополчение кн. Дм. Пожарского. Однако вместо активного участия в борьбе с польской ин тервенцией начал провоцировать казачьи отряды выйти из ополчения и заняться грабежом и разбоем. После изгнания поляков Ш. перестал играть сколько-нибудь заметную роль в русской политической жизни.

Шваль Иван (уп. в 1611), житель г. Новгорода.

В 1611 г. в разгар польской интервенции шведский король Карл IX решил воспользоваться ослаблением русского государства и завладеть ее северными территориями. Для решения этой задачи в Россию были направлены значительные военные силы, возглавляемые Я. Делагарди. Летом того же года шведы подошли к Новгороду и осадили его. Однако, несмотря на активность среди новгородцев прошведской партии, склонявшей горожан перейти в подданство шведской короне, с помощью московских воевод удалось организовать сопротивление и предотвратить сдачу города.

Убедившись после недельной осады, что лобовой приступ невозможен, шведы решили воспользоваться услугами новгородца Ш., который в это время находился у них в плену. Коренной житель города (по некоторым источникам, холоп дворянина Лутохина), Ш. хорошо знал систему его защиты. Он добровольно вызвался помочь интервентам и в ночь на 16 июля тайно провел шведов через Чудинские ворота, которые практически не охранялись. Несмотря на героическое сопротивление московских войск и горожан, Новгород пал.

Шевченко Аркадий Николаевич, 1930 г. рождения, советский дипломат.

В 1952 г. окончил Московский государственный институт международных отношений (МГИМО), был направлен на работу в Министерство иностранных дел. Одно время был помощником А.А. Громыко, являвшегося долгие годы руководителем советского внешнеполитического ведомства. Их отношения выходили за рамки деловых и носили, по мнению окружения, дружеский характер. Благодаря протекции А.А. Громыко, Ш. сделал головокружительную дипломатическую карьеру. В 1974 г. он был назначен в постоянное представительство СССР в ООН, вскоре получает ранг Чрезвычайного и Полномочного посла и назначается заместителем Генерального секретаря ООН.

Попал в поле зрения резидентуры КГБ СССР в Вашингтоне в связи с расследованием фактов утечки совершенно секретной политической информации. Вывод об утечке был сделан на основании того, что большинство инициатив СССР в ООН в середине 70-х гг. наталкивалось на массированное сопротивление западных делегаций, при этом была отмечена их осведомленность в деталях хода разработки советских предложений, различных их вариантах и допускаемых уступках оппонентам. Кроме того, в этот период в американской печати начали периодически появляться публикации, в которых указывались имена работавших в аппарате ООН офицеров КГБ. Был определен круг лиц, осведомленных в этих вопросах. Среди них оказался и Ш. Подозрения к нему косвенно подтверждались, кроме всего прочего, тем, что он за границей вел себя довольно «свободно», и, в частности, периодически устанавливал контакты с женщинами «легкого поведения», чем дал повод американской разведке к его активному изучению. Эти соображения были официально доведены до руководства МИД СССР. Однако из Москвы последовал ответ о недопустимости работы по Ш., поскольку он входит в номенклатуру ЦК КПСС и является доверенным лицом А.А. Громыко. Однако резидент КГБ в Вашингтоне по собственной инициативе продолжил расследование.

Вскоре были получены данные, усугубляющие подозрения в отношении Ш. Во время его пребывания в Майами на отдыхе резидентуре удалось установить за ним наблюдение, которое показало, что траты на личные нужды в десятки раз превышают финансовые возможности советского дипломата аппарата ООН.

На основании этой информации резидентура КГБ вновь потребовала у руководства МИД СССР отзыва Ш. из Вашингтона. После долгих размышлений было решено вызвать Ш. в Москву на «важное совещание». Однако один из советских дипломатов (его имя до сих пор не предается огласке) предупредил Ш. об истинной подоплеке этого вызова.

31 марта 1978 г. Ш. исчез. Вскоре было объявлено, что он попросил политическое убежище в США. Расследование обстоятельств предательства Ш. показало, что он в течение более двух лет до своего бегства сотрудничал с американской разведкой. За это время он регулярно информировал ЦРУ о существующих в высших эшелонах власти СССР разногласиях по поводу советско-американских отношений. Он сообщал также о содержании указаний Кремля советскому послу в Вашингтоне, позиции советских представителей в ООН на переговорах об ограничении вооружений и пределах возможных уступок СССР при дискуссиях по ОСВ-1. Кроме того, Ш. представил американцам материалы об ослаблении советской готовности участвовать в боевых действиях в Анголе, а также совершенно секретные сведения о состоянии советской экономики (например, о быстро сокращающихся запасах нефти в Волжско-Уральском регионе). По свидетельству одного из сотрудников американской разведки, Ш. «имел невероятный доступ к информации; все, что нам нужно было делать, так это задавать вопросы, а он давал нам ответы».

Неоценимую услугу оказал Ш. и американской контрразведке, выдав ей практически полный состав резидентуры КГБ в США и часть ее агентуры.

В 1985 г. в США вышла книга Ш., названная им «Разрыв с Москвой». Кроме того, он дал несколько интервью западным и российским газетам. Ш. пытался объяснить причины своего предательства, хотя, как отмечают исследователи, его рассуждения на эту тему лишены элементарной логики. С одной стороны, он заявляет: «Я счастлив, т. к. нашел, что искал. Я родился не в той стране». Подкрепляя этот тезис, он неоднократно подчеркивает, что его решение о бегстве было осознанно, поскольку он давно сделал выбор в пользу западной демократии, перестав быть «по духу советским человеком».