Гражданская война. Генеральная репетиция демократии - Алексей Щербаков

Во времена Гражданской войны на Каспийском море действовала военная флотилия, в которую входили англичане и белые — хотя руководили британцы. Воевали неплохо, благо в красном флоте, базировавшемся в Астрахани, царил совершенно запредельный бардак. Правда, в конце концов пришел Раскольников и навел кое-какой порядок, но не в этом дело.

В конце августа 1919 года англичане ушли и передали флот белым. Те им воспользоваться не успели. Флот базировался в порте Петровском (Махачкала) — но и туда добрались красные. В Баку в апреле 1920 года тоже установилась Советская власть. Деваться было некуда — флот ушел в иранский порт Энзели (на южном побережье Каспийского моря) и был там интернирован.

Однако большевики решили, что им эти корабли нужнее.

1 мая 1920 года командующий морскими силами Советской России В. А. Немитц (кстати, контр-адмирал царской службы, дворянин) послал приказ Раскольникову:

«Очищение Каспия от белогвардейского флота должно быть выполнено во что бы то ни стало. Так как для достижения этой цели потребуется десант на персидской территории, то он и должен быть совершен вами. Вы известите при этом ближайшие персидские власти о том, что десант предпринят военным командованием исключительно для выполнения боевого задания, которое возникло только потому, что Персия не в состоянии разоружить белогвардейские суда в своей гавани и что персидская территория остается для нас неприкосновенной и будет очищена немедленно по выполнении боевого задания. Это извещение должно исходить не от центра, а только от вас».

То есть РСФСР была вроде и ни при чем. Если что — дескать, виноват этот отморозок Раскольников.

В Персии (Иране), хотя тот формально и являлся независимым, фактически распоряжались англичане. Вот и в Энзели они расположились со всем комфортом.

Рано утром 18 мая красная флотилия, состоящая из крейсеров и канонерок, подошла к Энзели. По городу было сделано несколько орудийных выстрелов. Один из первых снарядов крейсера «Роза Люксембург» угодил прямо в английский штаб. Вряд ли красные знали, где он располагается — но вот так вышло.

Эффект был сильным. Гордые бритты стали выскакивать на улицу в нижнем белье. А когда по радио был передан ультиматум, то британцы не стали сражаться, а мигом согласились поговорить.

Вот как описывает события один из находившихся в городе белогвардейцев, А. Ваксмут: «В одно прекрасное утро мы проснулись от орудийных выстрелов и падения снарядов среди порта и среди наших кораблей. Взобравшись на мачты, мы увидели в море массу кораблей, стрелявших по Энзели. В английском штабе — полная растерянность, ни одна из батарей красным не отвечала. Оказывается, от этих батарей англичане бежали чуть не в одном белье. Через некоторое время мы увидели, как лейтенант Крислей сел на один из наших быстроходных катеров, поднял белый флаг и вышел в море к красным. Мы поняли, что англичане плохая защита, и решили действовать сами, то есть нам надо было уходить. Чем дальше мы уйдем, тем в большей будем безопасности».

Вообще-то в Энзели была неплохая береговая оборона. Если бы британцы имели желание сражаться, они могли бы доставить большевикам массу неприятностей, а то и вовсе отогнать их. Однако сражаться они не собирались.

Из порта вышел катер с парламентерами. Над ним развевался белый флаг. Как говорили злые языки, он представлял из себя то ли простыню, то ли женские панталоны.

Требования у большевиков были простые как репа: вы, ребята, убираетесь из города, а мы берем флот.

Англичане согласились и двинулись на выход налегке, оставив все тяжелое вооружение и огромные склады. Про союзников-белогвардейцев, разумеется, никто и не вспомнил. Ситуация для них сложилась невеселая.

Тут надо пояснить географию места действия. Город Энзели находится между морем и лиманом. С запада возле него (тогда) было болото. Единственная дорога в глубь страны проходила по узкой полоске земли. Высадившиеся красные ее перекрыли и пропускали только английских солдат. Белые общаться с большевиками не хотели, но и сражаться — тоже. В мемуарах они ссылаются, что дескать у них из оружия были только револьверы. Но британцы-то побросали пулеметы и орудия! Так что и белогвардейцы тоже не горели желанием воевать.

Выбирались, как могли. К примеру, одна группа белогвардейцев буквально на абордаж взяла пароход, на котором англичане вывозили через лиман каких-то нужных им торговцев-армян.

Между тем в городе началось ликование трудящихся масс. Откуда-то появилось множество красных флагов, которые вывесили на домах. Я не уверен, что местные жители сильно разбирались в коммунистических идеях — но вот англичан в Иране ненавидели все. Да к тому же наверняка местные жители считали — а справедливо! — что все брошенное имущество красные не утащат. Что-нибудь и им останется.

Один из наблюдавших этот позор белогвардейцев сказал: «Я горжусь, что большевики — русские».

«В результате занятия Энзели были захвачены большие трофеи: крейсера "Президент Крюгер", "Америка", "Европа", "Африка", "Дмитрий Донской", "Азия", "Слава", "Милютин", "Опыт" и "Меркурий", плавбаза торпедных катеров "Орленок", авиатранспорт "Волга" с четырьмя гидропланами, четыре английских торпедных катера, десять транспортов, свыше 50 орудий, 20 тысяч снарядов, свыше 20 радиостанций, 160 тысяч пудов хлопка, 25 тысяч пудов рельсов, до 8 тысяч пудов меди и другое имущество».

(А. Широкорад)

Драп из Энзели вызвал в Великобритании большой скандал. 27 мая 1920 года газета «Таймс» писала: «Страна открыта большевизму, весь английский престиж теперь поставлен на карту, захват персидского порта Энзели является громадной угрозой, которая может заронить искру в легко воспламеняющийся материал, рассеянный по всему Среднему Востоку».

Тем не менее пошумели-пошумели да успокоились. Воевать с большевиками британцы в тот момент не собирались. Это, кстати, хорошая иллюстрация к вопросу: когда начинают войну, а когда ее не начинают. Британцам большевики фактически плюнули в лицо — и гордые бритты спокойно утерлись.

А в это временем на севере Персии, то есть по соседству с Энзели, шло восстание так называемых дженгелийцев. Это было движение очень пестрого состава, объединенное ненавистью к шаху и англичанам. Воспользовавшись случаем, повстанцы взяли соседние с Энзели города Решт и Гилян. На небольшой территории, размером примерно 120 на 70 километров, граничащей на северо-западе с Азербайджаном (который к тому времени был советским), образовалась так называемая Персидская советская республика. Сюда тут же вошли части Красной Армии.

Каких-то серьезных намерений, связанных с ПСР, у большевиков не имелось. По крайней мере, они не планировали «поход на Тегеран», который находился всего-то в 150 километрах. Да и в самой республике большевики не пытались протаскивать на главные места представителей мелкотравчатой местной компартии. То есть надолго тут осесть они не рассчитывали.

Так зачем это делалось? А все просто. Чекисты грамотно слили «дезу» английской разведке: что, дескать, РСФСР в ответ на агрессивные действия англичан готовится двинуть свои войска на «жемчужину британской короны» — Индию.