По ступеням «Божьего трона» - Григорий Грум-Гржимайло

Город Гань-чжоу-фу мы покинули 8 апреля, монастырь Гу-мань-сы – 10 мая; таким образом, общее число дней, проведенных в Нань-Шане, равняется 32; из них 15 дней приходятся на северные его склоны и 17 на южные. Общая длина пройденного нами за это время пути равняется 292 км. На этом протяжении мы пересекли три хребта по перевалам: У-бо-линь-цзы через хребет Ци-лянь-шань; Чжи-нань-линь через хребет Северно-тэтунгский; Са-дабан через хребет Южно-Тэтунгский.

Если исключить эти наивысшие точки маршрута, а также первую станцию от Гань-чжоу-фу – селение Пин-фын-ча, расположенное на абсолютной высоте, равной 5512 футам (1680 м), то в общем наш маршрут колебался в пределах абсолютных высот от 7650 футов, или 2330 м (селение Чжань-мань-цзэ) до 10900 футов, или 3320 м (Юн-ань-чэн).

Из 32 дней наблюдения ясных было всего только два дня: оба приходились на апрель (8 и 10 апреля), и притом на ту часть нашего пути, которая пролегала по равнине между Гань-чжоу-фу и Ма-ти-сы. Затем неоднократно случалось так, что с утра ясное небо, подернутое лишь перистыми (cirrus) или слоисто-перистыми (cirro-stratus) облаками, к полудню заволакивалось тучами или, наоборот, с утра пасмурное небо к вечеру становилось вполне ясным. Совершенно чистый небосклон ночью был довольно обыкновенным явлением, но в моем дневнике на этот счет не велось записей; таких же дней, когда небо хотя бы на несколько часов было ясным, показано девять.

То, что сказано здесь относительно ясных дней, в еще большей степени должно быть отнесено к облачным: из 15 таких дней только в четырех случаях небо оставалось постоянным в течение более 12 часов кряду; в остальных же 11 случаях облака или проходили и сменялись перисто-кучевыми (cirro-cumulus), или сгущались в дождевые тучи. Пасмурных дней в течение свыше 12 часов наблюдалось 13, пасмурных – наполовину шесть. Из них в шести случаях выпадал снег, в восьми дождь, в трех дождь и снег одновременно, в одном случае град со снегом и в одном же град с дождем (гроза 26 апреля). Хотя, таким образом, из всего числа дней наблюдения дней с осадками было 19, или 59 %, но в общем весеннее время в Наньшанских горах не может быть названо обильным водными осадками: снег только однажды, а именно 16 апреля, выпал на глубину девяти сантиметров; в остальное же время он только крутился в воздухе, на земле же не оставлял почти никакого следа; равным образом под крупный дождь (ливень) мы не попадали ни разу, моросило же часто, иногда подряд несколько часов, иногда же (впрочем, только в двух случаях) чуть не целые сутки.

Эти наблюдения вполне подтверждают слова Н. М. Пржевальского, который писал^[179]: «В Гань-су, вообще обильной водяными осадками, климат весны суровее, чем в Монголии, так что в течение всего апреля здесь ни разу не падал дождь, хотя снежных дней считалось 17 [весной 1890 г., наоборот, преобладали дожди даже на высотах свыше 3350 метров абсолютного поднятия]. Затем в мае начались дожди, обыкновенно непродолжительные, так что, хотя в этом месяце считалось 20 дождливых дней и два снежных, но местные жители жаловались на засуху, да и травянистая растительность, в особенности на открытых склонах [конечно, обращенных на юг] или в степных местах видимо блекла от недостатка влаги»^[180].

Обилие степных пространств в области гор Гань-су доказывает, однако, что весны 1873 и 1890 гг. вовсе не принадлежат к числу исключительных.

Правильно и другое замечание Пржевальского, что в Гань-суйских горах чаще, чем где-либо в Центральной Азии, весной наблюдается затишье^[181].

Действительно, абсолютно безветренных дней мною было зарегистрировано семь, или 22 %; в остальные же дни ветер большею частью дул слабо, с большими интервалами и нередко при этом меняя румбы; случалось также, что ветер, наблюдавшийся нами, дул со стороны, противоположной движению облаков. Сильный ветер наблюдался дважды – с запада и юго-запада, буря однажды, а именно 30 апреля, в Да-туне, с юго-востока.

При этом следует, однако, заметить, что северные ветры наблюдались главным образом на северных склонах Нань-Шаня; на южных же они сменились восточными и юго-восточными ветрами, может быть первыми волнами летнего китайского муссона, который дул обыкновенно довольно сильно, хотя непродолжительно. На северных склонах Нань-Шаня южный ветер дул очень редко, к тому же начинался около полудня и кончался около четырех. Я принимал его за периодическое стекание с гор холодных масс воздуха (за бризы), почему и не отмечал в дневнике.

Осадки выпадали на северных склонах Нань-Шаня при затишье или при ветрах, дувших с севера и северо-востока, крайне притом слабых; так что здесь, очевидно, мы наталкиваемся на тот же факт, который разъяснил А. И. Воейков для северных склонов Кэрийских гор, получающих обильные летние осадки из местного источника – орошенных полей Хотанского округа, испаряющих огромное количество воды^[182]. При этом нелишне будет заметить, что хотя осадки выпадали здесь главным образом в виде снега, но снег этот был обыкновенно влажным и тотчас же таял; только однажды он пролежал более суток.

На южных склонах Нань-Шаня дождь два раза выпадал при затишье, раз при северо-восточном ветре и шесть раз при восточном и юго-восточном ветрах. Гроза с градом принесена была также юго-восточным ветром.

За весь рассматриваемый период времени термометр ни разу не опускался ниже 6° мороза. Такое понижение температуры мы испытывали всего однажды, а именно в ущелье Ма-ти, 14 апреля, в 4 часа утра, после того, как накануне дул NON [северно-восточно-северный ветер], сразу же и значительно понизивший дневную температуру. Впрочем, до 4–5° мороза ртуть опускалась неоднократно.

За тот же период наивысшая температура достигала 25°, да и то столь высокая температура наблюдалась всего однажды, и притом в селении Пин-фын-ча, т. е. в Ганьчжоуской равнине, а не в горах. В горах же максимум температуры не превышал 19° в апреле и 24,5° в мае.

Сводя метеорологические данные H, M. Пржевальского, А. И. Воейков замечает, что в горах Гань-су в конце апреля и в мае встречаются резкие противоположности: ясные солнечные дни и очень сухой воздух и затем несколько дней сряду снег и метели, а в мае, в нижнем поясе гор, и дожди^[183].

Вероятно, весна 1890 г. была в Гань-су особенно благоприятной или, может быть, наоборот, наблюдения Пржевальского производились в исключительно суровую весну, но только этот вывод не вполне совпадает с тем, что мы встретили в это время года в Нань-Шане. Я уже говорил, что буря, и то непродолжительная, наблюдалась всего однажды, сильные же ветры дважды; в остальное время господствовало полное затишье или дул такой слабый ветер, что он еле ощущался. Метелей нам наблюдать вовсе не доводилось. Последний снег выпал 22 апреля; затем 24-го, 25-го и 28-го снег выпадал с дождем; в мае же, даже в селении Сань-чжу-чун, выпадал только дождь.