Записки капитана флота - Василий Головнин

12 июня. До сего времени погода была пасмурная с тонким туманом, а как стало прочищаться, то мы тотчас спустились к берегу на WtZ и поставили все паруса. Берег северной стороны Урупа открылся нам в 10 часов утра, мы продолжали идти к нему, но, увидев впереди сильный сулой, привели к N вдоль него; но к 11 часам пошли в надежде, что свежий ветер, тогда дувший, пособит нам пересилить течение, которое было против нас очень велико: суда по медленности, с какой проходили мы берег, несмотря на большой ход, показываемый лагом, я полагаю, оное мили по две в час, стремилось оно к ZW; мы тогда находились от каменной косы к ZO милях в 5 или 7. Сулой сей занимал от O к W большое пространство, какого мы никогда между здешними островами прежде не видали. По разным местам оного видели большие стада птиц: ар, топорков, старичков, глупышей и пр., также носилось много морской травы и деревьев. По взятым наблюдениям солнечных высот до полудня и в полдень мы определили широту оконечности выдавшейся от Урупа к О каменной гряды 46°16'59˝.

После полудня скоро нашла мрачность и туман с ветром от ZZO, тогда мы пошли к О; во 2 часу туман немного прочистился и показал нам каменную косу, почему мы спустились на NNO, чтобы быть ближе к берегу на случай, если совсем оный от мрачности освободится. Но в 3 часу туман опять закрыл берега, в то время оконечность косы была от нас на WtZ в 5 или 6 милях. Тогда я решился пройти Буссолева проливом на другую сторону острова, увидев, что при ZO ветре на восточной стороне туманы, будучи в своем течении останавливаемы высокими берегами и горами островов, скопляются и густеют до такой степени, что в самом близком расстоянии от берега не видать ничего, следовательно, лавировать здесь – значит терять время напрасно. А на западной стороне мы всегда горизонта берега чаще находили, и я надеялся, что там нам удастся что-нибудь сделать. Проходя проливом в густой туман, мы, кроме великого множества разных вышеупомянутых родов птиц, касаток, морской капусты, и носящегося леса, ничего не видали.

В 8 часов вечера, полагая по счислению нашему, что мы прошли совсем пролив, привели бейдевинд на левый галс при свежем ветре с порывами от ZO, и тогда же почти открылся нам NW мыс Урупа^[83] на ZW 3° на расстоянии по глазомеру 6 или 8 миль. По счислению нашему, со всякой точностью деланному, он должен в это время быть от нас на ZW 6° в 6 милях, но, полагая, что было течение к W, как то мы прежде заметили, я считал себя далеко западнее пролива, а в самом деле мы еще в нем находились. Из этого следует, что в то время, как мы шли проливом (от 2½ до 8 часов после полудня), чувствительного течения не было. Увидев берег, мы шли к нему полчаса под малыми парусами, чтобы увериться лучше в расстоянии до него, а потом поворотили на правой галс; ветер был крепкий ZO с пасмурной мокрой погодой. В 11 часу на ветре прямо было необыкновенное явление, или метеор, который состоял в ярком свете, продолжавшемся секунд пять, отчего вдруг сделалось почти так светло, как днем, и вода кругом шлюпа приняла белый цвет; сей свет разлился во всей наветренной четверти горизонта.

13 июня. В полночь поворотили мы к берегу; ветер бы крепкий О и OZO с дождем почти во всю ночь; в половине 7 часа увидели мы прямо по курсу берег Урупа, к 8 часам приблизились к нему мили на 3; но как вершины, так и самые низменности его скрывались в мрачности, так что никаких приметных мест видеть было нельзя, то и не оставалось нам ничего другого делать, как, поворотив прочь, ожидать, пока не пройдет пасмурность. В 9 часов открылись вершины некоторых приметных гор и спустившиеся от них в море оконечности, а низменные места между горами были покрыты пасмурностью и туманом; тогда мы при порывистом свежем восточном ветре, поставив все паруса, какие по силе ветра только можно было нести, пошли к ZW вдоль берега на расстоянии от него миль пяти. Таким образом идя до 8 часа вечера, мы делали беспрестанно крюйс-пеленги для определения взаимного отстояния приметных мест; некоторые из них удались, а другие нет по причине частых шквалов, из лощин острова находивших, которые заставляли нас убирать вдруг паруса и мешали хорошо править рулем. В половине 8 часа настал штиль, и в остальные часы этих суток ветра совсем не было: погода стояла облачная, и по берегам мрачно. Северо-западная сторона Урупа чрезвычайно гориста и не ровна; горы разделяются на 4 куны, или кряжа, почти поперек острова направление имеющие. Каждый их этих кряжей состоит из нескольких островершинных или плоских холмов разной фигуры и высоты; между кряжами находятся низменные места и долины, к коим берег вдается более или менее между мысами, спустившимися от вершин кряжей в море.

И как низкие места и долины покрыты пасмурностью, которая их отдаляет для зрения, а горы и выдавшиеся от них оконечности чисты, то когда из-под мрачности низкой берег виден, тогда кажется, что он далеко впадает внутрь острова и образует пространный залив, а когда низкого берега не видать, то можно подумать, что тут и хорошая гавань есть или пролив. Но коль скоро мрачность пройдет, и низменности покажутся ясно, тогда откроется, что казавшийся большой залив не что иное есть, как едва приметный вгиб берега. Мы часто обманывались таким образом, и этого дня остались в сомнении: между четвертым и третьим кряжем ничего в пасмурности видеть было нельзя, а по направлению берегов, сравнивая оное с картой Бротона, в сем месте должен быть пролив между южною оконечностью Урупа и N берегом острова, которого южная часть на упомянутой карте не назначена. А как от пятого кряжа к ZW идет низкий берег, то мы заключили, что в пасмурности Бротон его не видал, следовательно и означил только северную сторону острова и пролив, отделяющий его от Урупа, а по расстоянию очень можно верить, что тут действительно пролив есть, ибо у Бротона он имеет только 16 миль ширины и направляется по румбу NW и ZO.

Неблагоприятная погода не позволила нам никаким астрономическим средством определить своей широты, следовательно, и узнать, точно ли мы видим то место, где он пролив положил. На сей стороне Урупа второй от N кряж приметнее всех: северная его гора, смотря на нее от NW, имеет на вершине не три шпица, похожие на трезубец, а другие три горы, южнее ее, от W и ZW кажутся тремя колоколами, рядом поставленными, из которых средний гораздо выше других двух. Первый кряж гор приметен по одной круглой горе, над прочими возвышающейся, и по оконечности к WNW, от ней спустившейся, которая кончится прямым, почти перпендикулярным каменным утесом, возле коего в стороне стоит высокий прямой кекур, а четвертый кряж состоит больше частью из плосковершинных гор. Подходящим к острову от W все эти кряжи, лежащие длиною своею в направлении почти NW и ZO, кажутся сплошным хребтом гор, ибо тогда долины и низменности между ними не видны, а идя к средине его от N все кряжи ясно отделяются, и когда острые верхи их и неровности скрыты в мрачности, то они имеют фигуру хлебных скирдов, стоящих рядом, когда на них смотришь по черте, косвенной к направлению, в коем они поставлены. Вечером во время штиля мы видели около себя много очень больших китов, а птиц мало, кроме стада чаек, которых никогда прежде так много не видали от самой Камчатки.