Панк-Рок. Устная история - Джон Робб

4 июля 1981 года Business, 4 Skins и Last Resort выступали в Hamborough Tavern в Саутхолле. Концерт проходил в самом центре азиатского района, и местная молодежь была настроена агрессивно после серии фальсифицированных слухов об ультраправой направленности мероприятия. Ни одна из групп даже отдаленно не принадлежала к ультраправым, и все они стали невинными жертвами сплетников и более темных сил. Трагедией движения Oi стала именно их предполагаемая принадлежность к неонацистскому движению. Слухи вызвали недовольство местной молодежи, и они атаковали паб и выступавшие там группы. Это стало причиной беспорядков, и в течение нескольких дней беспорядки начали вспыхивать в маленьких городках по всей Англии. С тех пор, как тори снова оказались у власти, в стране росло недовольство, и на протяжении 1981 года произошло несколько серьезных инцидентов, главным катализатором которых были беспорядки в Саутхолле. В следующий раз столкновения произошли в Токстете, Ливерпуль, потом в массе городков по всей Британии. Теперь уличные бунты, о которых так много пели панк-группы, стали реальностью. Результатом всего этого стала увеличивающаяся власть полиции, разбитые окна и дешевый героин, заполнивший улицы Британии. Беспорядки в Саутхолле нанесли сильный удар по разраставшемуся движению Oi, к которому тут же прилип ярлык ультраправого. Лишь через несколько лет ключевые группы движения смогли выступать без всего этого неонацистского багажа, которым их нагрузили.

Уотфорд Джон (Argy Bargu: вокал):

Такие группы, как Cocks Sparrer, Cockney Rejects и Menace, торчали от футбола, и никто из них не имел отношения ко всей этой тусовке с Кингз Роуд.

У многих первых панк-групп было огромное количество фанатов среди скинхедов, и мне кажется, что связь идет с тех пор. Кто-то может сказать, что те группы были «настоящими панками», группы, вышедшие из спальных районов и трущоб нации, и потому быстро нашедшие общий язык со скинхедами, поскольку видели в них равных себе, и так оно и было.

Микки Фитц:

Инцидент в Саутхолле случился давным-давно. У меня очень много плохих воспоминаний, никто из нас не хочет говорить на эту тему. Нас подставили, вот и все. Хорошо, что я остался в живых. Все старые картинки Hamborough Tavern сгорели — минивэн, припаркованный у парадного входа, был моим. Мы выскочили из него за десять секунд до того, как его забросали бутылками с бензином. Было страшно. Жаль, что это произошло.

Стив Кент:

Я в группу пришел позже, поэтому я не застал Саутхолл. Не думаю, что люди, поучаствовавшие в этом, гордятся произошедшим. В любом случае страна находилась на грани анархии, и я не удивляюсь тому, что это случилось — в те времена от правительства были одни неприятности, и это последствия их деятельности. Правительство прикончило движение Oi посредством медиа.

Я думаю, что у Oi очень социалистические принципы. Лично я считаю замечательным то, что у рабочего класса есть возможность сказать свое слово, и это стало самым важным посланием уличного панка. Это простая, хорошая, позитивная музыка. Я горжусь тем, что такие группы, как Rancid и Dropkick Murphys, говорят о своих Oi-корнях. Их любят очень многие ребятишки. Основной посыл панка очень позитивен: права животных и всякое такое. Вся эта сцена была позитивной, а не негативной.

Гарри Бушелл:

Насчет этого у меня позиция твердая. Причина, по которой этим группам так досталось от прессы, заключается в том, что эти ребята из рабочего класса. В музыкальной прессе немало снобизма: несмотря на то, что большинство людей там придерживались левых взглядов, все же некая чванливость присутствовала, когда речь шла об этих группах. Из-за того, что их концерты проходили в Кэнниг Таун, только мы с Гари Джонсоном ходили на них. Когда случилась вся эта история в Саутхолле, людям легко было говорить о том, что это ужасно, хотя сами они никогда не были на таких концертах. В Бридж Хаус расизмом никогда и не пахло. Это просто не позволялось. Вся эта идея о том, что эти группы поехали в Мидлсекс, чтобы устроить беспорядки, абсурдна. Мы обсуждали забастовки, а не марш Национального фронта. Никто из Oi-групп не носил свастики, в отличие от тех же Sex Pistols.

Мики Геггус:

Я никогда не хотел ассоциироваться с Oi, поскольку в свое время понял, что это джин в бутылке, только и ждущий, чтобы оттуда выбраться. Это было причиной многих проблем, и когда случился бунт в Саутхолле, я понял, что оказался прав.

На мой взгляд, нет ничего необычного в том, что случилось в Саутхолле. Мне эта идея с самого начала не понравилась — многие группы подставились из-за этого, я в этом уверен. Многое было придумано. У групп не было политической подоплеки — политика, это последнее, о чем ребята будут разговаривать за кружкой пива. После происшествия в Саутхолле пресса просто уничтожила их репутацию. Большинство из этих ребят сейчас уважаемые отцы семейств, и это преследовало их многие годы. И Гарри мне тоже жаль: ему за это крепко досталось, а у него вообще никаких скрытых мотивов не было. Это был печальный день для всех.

На наших концертах нацистов не было. Если мы замечали нацистов, мы их быстро выводили и вваливали им как следует. Они ужасные люди: что они вообще делают в стране, победившей нацизм? Еще меня злило то, что они дома слушали регги, будучи расистами. Они самые тупые люди. Из-за них все накрылось и еще они постоянно нарываются. Ты видишь, как они постоянно достают людей, а это нам не нравится — как-то шесть этих козлов наехало на двух мелких панков. Попробовали бы наехать на нас! Я занимался боксом и Джефф тоже. Винс тоже здоровенный парень и может постоять за себя, а наши роуди вообще ненормальные как мартовские зайцы.

Гарри Бушелл:

Название альбома Strength Through Oi было невинной ошибкой.^[298] У нас уже был Oi, the Album и я думал назвать альбом The Oi of Sex.

У Skids был ЕР с названием Strength Through Joy, и я решил приколоться над этим, скаламбурить. Когда я спросил Ричарда Джобсона насчет использования этого названия, он сказал, что взял его из биографии Дирка Богарда! Идея о том, чтобы использовать нацистский лозунг была несерьезной — мы даже не знали, что выражение «Strength Through Joy» было нацистским лозунгом!

Самым серьезным аргументом против нас была фотография агрессивного скина на обложке альбома. Этим скинхедом оказался нацист-гей Ники Крэйн, позднее умерший от СПИДа. Вот правда: изначально предполагалось использовать в качестве модели чувака из Вест Хэма и впоследствии бодибилдера, Карлтона Лича. Карлтон появился на одной фотосессии в Бридж Хаус, которую потом забраковали. На вторую он не пришел. Сроки поджимали, и я решил использовать образ со скинхедской рождественской открытки, который, я был уверен, попал туда из фильма Wanderers.^[299]