Красные против белых. Спецслужбы в Гражданской войне 1917-1922 - Олег Шинин

Бандитские вылазки планировались на китайской территории, в белогвардейских штабах, которые имели задание от меркуловского правительства Приморья организовать вооруженные выступления в Амурской области и взаимодействие с белоповстанческим движением в Забайкалье и Прибайкалье. Здесь в феврале – марте 1922 г. сложилось чрезвычайно напряженное политическое положение.

В Забайкалье в Акшинском районе оперировала банда Тапкаева и Перфильева в количестве 170 человек. В Сретенске и Нерчинско-Заводском районе оперировали крупные банды Богатырева, полковника Макарова, Деревцова, Киранова. В банде последнего насчитывалось до 400 человек. В Сретенском районе действовал отряд полковника Субботина. При ликвидации его Субботин был убит, захвачено 40 винтовок и пулемет.

На территории Прибайкалья было зарегистрировано более 20 банд, которые оперировали в Мухоршиборской, Харашиборской, Хонколойской, Никольской и некоторых других волостях. В районе Баргузина и Верхнеудинска – банды Потемкина, Ионина, Козулина, Решетникова^[994].

Для борьбы с бандитизмом использовались чрезвычайные меры. 16 января 1922 г. Военный совет НРА издал подписанный В.К. Блюхером приказ, в котором с согласия Дальбюро предлагалось командованию Забайкальского военного округа вместе с партийными и государственными органами приступить к созданию комиссий-троек по борьбе с бандитизмом. Они создавались в центре и на местах из представителей органов Госполитохраны, милиции и военных ведомств. Комиссии-тройки вырабатывали наиболее целесообразные меры борьбы, определяли причины возникновения бандитизма и размеры его угрозы для республики. Первоначально они создавались под председательством представителей военных ведомств.

Сотрудники ГПО в комиссиях выполняли особые функции. Они занимались сбором и всесторонней проверкой сведений о появлении и передвижении белобанд, осуществляли наблюдение за контрреволюционными организациями. Милиция и военные ведомства поступающие к ним сведения передавали ГПО.

При ликвидации крупных банд комиссии-тройки принимали решение о совместных действиях. При этом обязанности распределялись так: военный представитель определял количественный состав отряда для участия в операции, в который вливались вооруженные силы ГПО, милиции и часть войск местного гарнизона. Он разрабатывал план операции и предписывал его для исполнения начальнику отряда, которого назначал по собственному усмотрению. Включенные в отряд сотрудники ГПО на месте действий осуществляли разведку и сбор всех дополнительных материалов по заданию ГПО и начальника отряда.

По окончании операции отряд распускался. Все возвращались к месту своей службы. Пленные и документы передавались ГПО, которая вела предварительное следствие по делам бандитов и ставила в известность комиссии-тройки о результатах следствия и суда.

Все документы комиссий-троек передавались в центральную тройку, которая была создана при штабе Забайкальского военного округа и состояла из представителей Главного управления ГПО, управления Главной инспекции народной милиции и Военного совета НРА и Флота ДВР.

Весной 1922 г. под руководством комиссий-троек было ликвидировано более 18 крупных банд, оперировавших на территории ДВР. Численность отдельных из них доходила 400 человек^[995].

Развитию бандитизма в значительной степени способствовало наличие оружия у населения. Вопрос об изъятии и учете его специально обсуждался на заседании секретариата Дальбюро, которое обязало МВД провести практические меры по изъятию оружия. 9 октября 1922 г. на основании постановления МВД Главное управление ГПО издало приказ областным отделам ГПО приступить к указанной работе. 14 октября 1922 г. Центральная тройка по борьбе с бандитизмом рассмотрела вопрос о способах разоружения населения и территориальных частей. По проекту Л.Н. Бельского была издана телеграфная директива местным комиссиям-тройкам, в которой после сдачи населением оружия ГПО военным ведомствам и милиции предлагалось провести обыски. Виновные в укрытии оружия привлекались к судебной ответственности. В результате принятых мер большая часть оружия у населения была изъята, что сразу отразилось на общей обстановке^[996].

Органы безопасности совместно с войсками ВЧК и частями Красной армии на территории страны в течение 1921–1922 гг. ликвидировали 89 крупных банд общей численностью 56 тыс. человек.

В основном к середине 1920-х гг. удалось сбить пик политического бандитизма, хотя в ряде регионов страны (Средняя Азия, Закавказье, Дальний Восток) борьба с бандитизмом оставалась одним из основных направлений оперативно-боевой деятельности органов безопасности и в начале 1930-х гг.

Важнейшей задачей контрразведывательных органов всех без исключения белогвардейских режимов являлась борьба с большевистским подпольем, или, говоря языком одного из временных положений, с лицами, «…которые своей деятельностью могут благоприятствовать или фактически неприятелю… или посягают на неисположение существующего государственного строя и нарушения общественного порядка»^[997].

После зарождения Добровольческой армии ее военное и политическое положение на Дону было неустойчивым. В тот период белогвардейские органы безопасности работали крайне слабо. Видимо, по этой причине не сохранилось документов, касающихся деятельности контрразведки. До нас дошли лишь некоторые воспоминания, написанные бывшими ее сотрудниками уже в эмиграции, являющиеся сегодня основными источниками.

Так, полковник С.Н. Ряснянский признал результаты борьбы с большевистским подпольем весьма скромными: «…за время моего заведования указанными контрразведками (добровольческой и донской. – Авт.), было арестовано всего какой-нибудь десяток большевиков, тогда как их были тысячи… Не все у нас шло гладко и многое было не налажено, но у нас не было главного – денег, денег и денег… Препятствия чинили все, а помогали единицы»^[998].

Одним из немногих помощников являлся подпоручик Н.Ф. Сигида. Встав во главе небольшой охранной группы после занятия немцами Таганрога, он получал от оккупантов ордера на проведение обысков и арестов бывших сотрудников советских органов власти. Германский военный комендант, несмотря на протесты со стороны городского головы Петренко, не вмешивался в работу группы Н.Ф. Сигиды^[999].

Второй Кубанский поход увенчался успехом белогвардейцев, под контролем которых находилась часть территории юга России. В это время шло формирование органов власти, реставрировались прежние порядки, земли и предприятия возвращались их прежним владельцам. В июле – сентябре 1918 г. Добровольческая армия вела успешные бои по занятию Северного Кавказа и Кубани, Донская армия наступала на Царицын.