Искушение временем. Книга 3. Соблазны бытия - Пенни Винченци

Глупо, конечно, завидовать собственному мужу, но именно это чувство с недавних пор владело Элспет. Ее зависть была в основном профессиональной, хотя иногда доходило и до личной.

Жизнь их семьи коренным образом изменилась. Возвращение в Лондон было подобно чуду. Замечательная квартира в Баттерси, постоянные встречи с подругами. У Элспет исчезли причины жаловаться на одиночество и оторванность от мира. Сесилия подрастала и все больше радовала родителей. Ей был уже почти годик, и она быстро ползала на своих маленьких толстеньких коленках. Настоящий ангел: темные глаза, вьющиеся волосы. Целиком в породу Литтонов. Элспет даже немного пугало, что дочь была точной копией ее самой в младенческом возрасте. Кейр признался: иногда ему кажется, что Элспет произвела ребенка посредством партеногенеза, без его участия.

И все-таки сколько бы радости ни доставляла эта очаровательная малютка, возиться с ней – вовсе не то же самое, что работать. Ненагруженный мозг атрофируется, как бездействующие мышцы. Вдруг ей будет уже не восстановить прежнюю умственную форму? Элспет не раз с тревогой думала об этом.

Еще обиднее было то, что Кейр сейчас занимался ее любимой работой и показывал отличные результаты. В издательстве все говорили о его несомненном таланте и считали Кейра истинной находкой для «Литтонс». Он работал с неимоверным усердием и нравился всем без исключения авторам. Его успехи постоянно множились, отчего Элспет становилось все невыносимее. Иногда ей хотелось кричать от отчаяния.

Она честно выполнила бабушкин совет: все это время даже не заикалась о возвращении на работу. Она взращивала уверенность Кейра в себе, лелеяла его эго, чего, по ее мнению, можно было и не делать. Он родился вместе с амбициями и вряд ли нуждался в их дальнейшем развитии. Подобно зерну, Кейру просто нужно было попасть на благодатную почву, что и случилось. Вечерами он только и говорил о каких-то книгах и авторах, о рекламных кампаниях, словно Элспет работала вместе с ним и знала, о чем речь. Слушая монологи мужа, ей становилось все труднее изображать энтузиазм и отвечать восторженными восклицаниями.

Элспет даже решилась заговорить об этом с Селией, пожаловавшись бабушке, что ощущает себя задвинутой в угол. Селия потрепала внучку по руке и снова посоветовала быть терпеливой.

– Дорогая, я уже говорила тебе: иногда все решается само собой.

– Да. В какой-то мере это так. Но, увы, я чувствую, как жизнь проходит мимо меня.

– В твоем возрасте, на том жизненном этапе, у меня были такие же чувства. Я бродила по дому и изобретала способы убедить твоего деда снова отпустить меня на работу.

– А почему тебя не пускали?

– У меня случился выкидыш. После Джайлза. Наверное, я слишком много работала и… это сказалось. Я была очень удручена. Потом родились близняшки. Казалось бы, с тремя детьми только и сидеть дома. Мне советовали сосредоточиться на детях, следить за здоровьем и все такое. И тогда я заключила с твоим дедом сделку.

– Сделку? Бабушка, я впервые слышу. Надо же! А на каких условиях?

– Я сказала, что соглашусь просидеть дома еще один год, если он согласится на то, чтобы Барти жила с нами.

– И он согласился?

– Да, – ответила Селия. – Не сразу, конечно. Почему я и говорю о терпении.

– А почему тебе так захотелось взять Барти к вам в дом? Все это выглядело… немного странно.

– Я ее полюбила, – призналась Селия. – Чуть ли не с первого раза. Между нами установилась особая связь. Барти очень радовалась, когда я навещала ее мать. Ты ведь знаешь, я должна была представлять отчеты об этой семье.