Танковая война на Восточном фронте - Александр Широкорад

Как уже говорилось, первоначально танки КВ-1 выпускались с 76/30-мм пушкой Л-11. Всего было выпущено 142 таких танка. С января 1941 г. на КВ-1 стали устанавливать 76-мм пушку Ф-32. В качестве приборов стрельбы и наблюдения использовались прицелы: перископический ПТ-8 и телескопический ТОД-8. Боекомплект пушки увеличился до 114 выстрелов. Фактически это стало заменой шила на мыло, поскольку баллистика и боекомплект обеих пушек были идентичные. Вообще пушка Грабина имела несущественное преимущество перед Л-11. На подходе были 40-калиберные танковые пушки Ф-34 и Л-15, имевшие те же размеры казённых частей, что и Ф-32 и Л-11.

Казалось бы, на этом стоило и остановиться и все силы направить на доводку уже существующих образцов. Тем более что в советском танкостроении была достигнута невиданная ни до, ни после унификация — тяжёлый танк КВ и средний танк Т-34 имели одинаковый двигатель и одинаковые пушки. Причём все танковые пушки имели одинаковый боекомплект как с новыми (Ф-22, УСВ), так и со старыми (обр. 1902 г., обр. 1902/30 г.) дивизионными пушками. Советская 76-мм танковая пушка гарантированно пробивала броню всех германских танков, состоявших на вооружении к 22 июня 1941 г.

КВ-1 выпуска 1940 г., поздних производственных серий с экранами на корпусе и башне.

Но вот грянул гром. Советская разведка в 1940 г. получила «достоверные сведения» о том, что де в Германии не только созданы, но и запущены в серийное производство супертанки со сверхтолстой броней и сверхмощной пушкой. При этом назывались астрономические величины.

Обобщив все эти данные, Разведуправление Генштаба РККА 11 марта 1941 г. представило «наверх» спецсообщение № 316. О тяжёлых танках вермахта там говорилось следующее: «По сведениям, требующим дополнительной проверки, немцы начинают строить три образца тяжёлых танков.

Кроме того, на заводах «Рено» производится ремонт 72-тонных французских танков, участвовавших в войне на Западе.

По сведениям, поступившим в марте мес. с.г. и требующим проверки, на заводах «Шкода» и «Крупа» ставится производство 60 и 80 т танков»^[12].

Как видим, в Генштабе сидели умные ребята — анализировать и перепроверять германскую «дезу» не стали, а лишь подстраховались: «по сведениям требуется проверка».

«А был ли мальчик?» Действительно, в Германии велись опытно-конструкторские работы по созданию тяжёлых танков и даже изготовили несколько прототипов тяжёлых танков VK-6501 и VK-3001 (оба фирмы «Хеншель и сын»). Но это были фактически макетные образцы шасси. Не было сделано даже опытных образцов пушек для тяжёлых танков. Самыми мощными танковыми орудиями были 7,5-см пушки KwK 37L24 (чуть лучше нашей 76-мм пушки обр. 1927/32 г. и куда хуже Ф-32 и Ф-34).

Ну, кроме того, в Куммерсдорфе проводились испытания французских танков с противоснарядной броней. Вот и всё! А дальше шла великолепная дезинформация абвера. Когда и как на неё клюнули наши разведчики, мы, видимо, никогда не узнаем — в Ясенево независимым историкам вход закрыт.

Руководство клюнуло на «дезу» абвера и потребовало от Котина и К° создать отечественные супертанки. Руководство танковых заводов и КБ было заинтересовано в создании монстров, благо на ОКР шли огромные суммы. В те годы Грабин очень чутко реагировал на малейшие пожелания начальства, да и его неуемное честолюбие требовало быть «впереди планы всей».

Тяжёлый танк КВ-220 (вид сбоку и сверху).