Маршал Конев - Владимир Дайнес

После боя Конев, доложив Тимошенко обстановку, вернулся в район Рудни. Здесь он узнал, что по распоряжению штаба Западного фронта штаб 19-й армии был переведен в район станции Кардымово восточнее Смоленска. Командарм направился в 34-й стрелковый корпус. По пути в лесу он встретил заместителя командующего Западным фронтом генерал-лейтенанта А.И. Еременко, который обвинил Конева в том, что он не сумел остановить противника. В ответ на это необоснованное заявление командарм заявил, что готов лично пойти в атаку, но сейчас важнее всего наладить управление войсками. На этом конфликт двух генералов завершился. Еременко поехал в штаб фронта, а Конев — в 34-й стрелковый корпус.

Войска группы армий «Центр» к этому времени добились значительных успехов. Армии Западного фронта, оставив почти всю Белоруссию, отошли на глубину до 600 км. Из 44 дивизий, первоначально входивших в состав фронта, 24 были уничтожены, остальные 20 потеряли от 30% до 90% своего состава. Общие потери составили: безвозвратные — 341 073 и санитарные — 76 717 человек, 4799 танков, 9427 орудий и минометов и 1777 боевых самолетов{64}. Значительная часть потерь пришлась на «котлы», которые удалось создать противнику.

Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок, оценивая действия своих войск, 8 июля издал приказ, в котором отмечал: «Двойная битва за Белосток и Минск завершилась. Группе армий противостояли четыре русские армии, насчитывавшие около 32 стрелковых дивизий, 8 танковых дивизий, 6 механизированных бригад и 3 кавалерийские дивизии. Из них нам удалось разбить 22 стрелковые дивизии, 7 танковых дивизий, 6 механизированных бригад и 3 кавалерийские дивизии. Другие русские части, которым удалось вырваться из окружения, в значительной степени потеряли свою боеспособность»{65}.

Все это явилось результатом неверной оценки И.В. Сталиным, наркомом обороны, начальником Генерального штаба Красной Армии и командующим Западным фронтом военно-стратегической обстановки, несвоевременным приведением войск прикрытия в полную боевую готовность и развертыванием их в приграничной полосе. Частая потеря управления не позволяла сосредоточить усилия оборонявшихся войск на угрожаемых направлениях. Служба тыла была дезорганизована. При проведении контрударов механизированные соединения вводились в сражение по частям, без четкой организации взаимодействия и надежного прикрытия с воздуха. Они, наступая на неподавленную оборону противника, понесли большие потери.

8 июля в ставке А. Гитлера под Растенбургом (Кентшин) («Волчье логово») состоялось совещание, на котором было принято решение о плане дальнейшего ведения войны против Советского Союза. Гитлер считал наиболее желательным, идеальным решением для группы армий «Центр» окружение и ликвидацию двусторонним охватом войск Западного фронта для того, чтобы «открыть себе путь на Москву». После выхода танковых групп в районы, указанные им в директиве по стратегическому развертыванию, предусматривалось временно задержать 3-ю танковую группу с целью ее использования для поддержки группы армий «Север» или для дальнейшего наступления на восток, чтобы окружить Москву. 2-ю танковую группу намечалось направить в южном или юго-восточном направлении для поддержки наступления группы армий «Юг»{66}.

Таким образом, командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок в своих дальнейших планах уже не мог полностью рассчитывать на танковые группы. Однако он был уверен в легкой победе.

9 июля противник, несмотря на упорное сопротивление отряда майора Рожкова, захватил западную окраину Витебска и тет-де-пон перед железнодорожным мостом. Командующий Западным фронтом, получив сведения об этом, приказал генерал-лейтенанту Коневу во взаимодействии с 20-й и 22-й армиями уничтожить противника, прорвавшегося в район Сиротино, Витебск. Для выполнения этой задачи командарму подчинялись 186-я и 128-я стрелковые дивизии, 390-й гаубичный артиллерийский полк, а также разрешалось использовать 220-ю моторизованную дивизию 23-го механизированного корпуса и 57-ю танковую дивизию{67}.

Какими же силами располагал в действительности командующий 19-й армией? Это были штаб 25-го стрелкового корпуса, 501-й стрелковый полк и 1-й дивизион 267-го гаубичного артиллерийского полка 162-й стрелковой дивизии, 629-й стрелковый полк (без одного батальона), 738-й стрелковый полк и 156-й отдельный разведывательный батальон 134-й стрелковой дивизии, управление 34-го стрелкового корпуса и 1-й дивизион 535-го гаубичного артиллерийского полка 158-й стрелковой дивизии. Кроме того, командарму-19 был подчинен 23-й механизированный корпус, реальной силой которого была 220-я моторизованная дивизия, не имевшая, правда, танков и машин, а также полностью штатной артиллерии. Не густо!

Около шести часов вечера 9 июля генерал-лейтенант Конев приказал подчиненным частям форсированным маршем выйти в районы Прудники, Сенькова и 5 км юго-восточнее Витебска. Оперативная группа штаба армии по указанию Конева совместно с заградительным отрядом задерживали на шоссе Смоленск — Витебск отдельные группы пехоты, орудия, автомашины и танки, направляя их под Витебск. Это позволило усилить 220-ю моторизованную дивизию полутора полками тяжелой артиллерии.

Обстановка в Витебске была сложной. На его восточной окраине занимали оборону 150 вооруженных рабочих при поддержке 10–15 танков. Железнодорожный мост находился в руках противника. Западная окраина города была объята огнем. В районе Улановичи противник форсировал Западную Двину и одним пехотным полком занял этот поселок.

Ставка Главного Командования, стремясь любой ценой остановить продвижение противника и обеспечить условия для перехода в контрнаступление, основное внимание уделяла наиболее опасному — западному стратегическому направлению. 10 июля постановлением Государственного Комитета Обороны Маршал Советского Союза Тимошенко был назначен главнокомандующим войсками Западного направления с подчинением ему войск Западного фронта{68}. Им было приказано не допустить прорыва соединений группы армий «Центр» на Москву. Для достижения этой цели предстояло не только в кратчайшие сроки завершить сосредоточение и развертывание прибывавших из глубины страны войск, но и создать оборонительный рубеж по линии р. Десна, Полоцкий укрепленный район, Витебск, Орша, р. Днепр до Лоева. Однако полностью завершить сосредоточение войск к намеченному сроку не удалось.

Генеральный штаб Красной Армии, опираясь на данные разведки, считал, что вражеская группировка на западном направлении насчитывает всего 35 дивизий, хотя в действительности здесь было сосредоточено 66 соединений. Исходя из неправильной оценки группировки противника, Ставка ГК пришла к выводу, что его удастся остановить на этом направлении и создать условия для перехода войск Западного фронта в контрнаступление. Маршал Советского Союза Тимошенко планировал, в первую очередь, сосредоточить основные усилия на удержании Смоленских ворот — междуречья Западной Двины и Днепра, куда он направил войска 16, 19 и 20-й армий. Одновременно ожидался удар противника и на могилевском направлении, где действовала лишь ослабленная 13-я армия, несмотря на то, что там наступала одна из основных ударных группировок врага.