Разведка Судоплатова. Зафронтовая диверсионная работа НКВД-НКГБ в 1941-1945 гг. - Сергей Чертопруд

Весь подготовительный процесс оказался бесполезным. Подполье было почти полностью ликвидировано противником благодаря всего лишь одному человеку – первому секретарю ЦК КП(б) Эстонии Карлу Сярэ, которому Москва поручила возглавить вооруженную борьбу против противника. А он в первый же день оккупации сам явился к немцам и сообщил все, что знал о подполье.

Имеет смысл более подробно рассказать об этом партийном функционере. Родился он в семье тартуского рабочего в 1903 году. Подростком (с 1917 года) участвовал в Тарту в создании молодежных организаций, считающихся предшественницами комсомола Эстонии. В 1921 уехал в Россию, учился на рабфаке, затем в Ленинградском университете, которого не окончил. С 1925 по 1927 год – на коммунистической работе в Китае, был там арестован и полгода провел в тюрьме. С 1927 года член компартии Эстонии; до июля 1928 года – секретарь Эстонской секции ЦК ВЛКСМ, потом на подпольной работе в Эстонии под вымышленной фамилией. В начале тридцатых годов прошлого века арестован и при обмене политзаключенными отправлен в СССР. Как представитель Исполкома Коминтерна с 1934 года по 1936 год находился в Дании, с 1936 года по 1937 год – в Великобритании, США и Канаде, с 1936 года по 1938 год – в Швеции.

В Эстонию прибыл весной 1940 года (в конце того же года для его избирателей была придумана легенда, будто в течение 1930-х Сярэ все время работал в эстонском подполье, а в 1938 году легализовал себя на основании закона об амнистии и после этого два года находился в ссылке). 12 сентября 1940 года вошел в бюро ЦК КПЭ (компартия Эстонии) и стал первым секретарем ЦК. Депутат Верховного Совета СССР (1941). В феврале 1941 года стал кандидатом в члены ЦК ВКП(б).

В июле – августе 1941 года председатель Республиканского комитета обороны. Последние сведения о нем получены в 1943 году из Копенгагена, где Карл Сярэ выступал свидетелем на одном судебном процессе (дело об убийстве одного из членов Оргбюро КПЭ по распоряжению Москвы; следствие по этому делу было начато датскими властями еще до оккупации Дании). А сам Карл Сярэ был убит датским коммунистом в 1943 году^[539].

Фактически осенью – зимой 1941 года немцами была ликвидирована вся подпольная организация республики. Аналогичного по размаху (целая республика) «провала» в истории советского партизанского движения в годы Великой Отечественной войны не было. Добавим к этому, что в Эстонии было расстреляно или попало в концлагеря большинство партийных, комсомольских и советских активистов, даже тех, кто не входил в состав подпольной организации. Это тоже затруднило возможность организации партизанского движения на территории республики.

В Москве начали действовать традиционно – 30 августа 1942 года создали Эстонский штаб партизанского движения. Среди его руководителей был начальник эстонского отделения Четвертого управления НКВД СССР Борис Кумм^[540].

Потребовался еще год, чтобы в Эстонии началось партизанское движение. Официальная советская история приписывает это исключительно деятельности Эстонского штаба партизанского движения^[541]. Мы бы не стали утверждать столь категорично. Да, Лубянка и Кремль (партийное руководство) сыграли свою роль, но нельзя забывать и о местных факторах. Например, недовольство местных жителей действиями оккупантов (в частности, насильственной мобилизацией в армию и отправкой в Германию), а также стремительное наступление Красной армии. Можно назвать и другие факторы.

С момента создания Эстонского штаба партизанского движения до конца 1943 года в тыл противника было выведено 4 отряда (13 групп) и 15 отдельных групп – всего 28 групп (339 человек). Из них 19 групп должны были заниматься организацией партизанского движения, а оставшиеся 9 – разведывательно-диверсионной деятельностью^[542].

Этот факт зафиксировал противник. Например, командир Абвергруппы-326 капитан Дамерау в своем донесении, составленном им в Тарту в декабре 1943 года, писал:

«Случаи заброски агентов-парашютистов в Эстонию значительно участились по сравнению с 1941–1942 годами. В их задачу входит разведка, саботаж на железных дорогах… политическое разложение населения и приобретение среди него агентуры. Известны случаи, когда группам выдавались полевые типографии для изготовления листовок. Донесения, как правило, передаются по радио. Выброска происходила группами по 4–6 человек»^[543].

В 1943–1944 годах УНКВД-УНКГБ по Ленинградской области было подготовлено несколько оперативных групп для заброски в районы Печор, Тарту и Абрене (Пыталово). Правда, попытка с их помощью организовать зафронтовую работу на территории Эстонии закончилась трагически.

18 марта 1943 года были заброшены две группы. Первая, «Лесники», состояла из трех человек, десантировалась в уезде Виру-Маа, у деревни Тусно. Находившийся в ее составе эстонец Сай перешел на сторону немцев. Другой участник группы, Морозов, попал в плен, его дальнейшая судьба неизвестна. Только третьему участнику, В. Е. Соловьеву, удалось вернуться в наш тыл. Через месяц он был заброшен уже в Латвию, где пропал без вести. Вторая группа, «Валга», состояла из пяти человек и была выброшена вблизи города Ваша. После приземления на связь она не вышла, и судьба ее осталась неизвестной. В сентябре 1943 года было заброшено еще две группы. Бойцы первой были десантированы 6 сентября в окрестности деревни Мустая. Второй – 12 сентября вблизи деревня Патика. Обе группы после приземления на связь не вышли^[544].

26 октября 1943 года в окрестностях города Тарту была десантировано разведываельно-диверсионная группа «Балтийцы» в составе командира П. А. Русакова, его заместителя А. А. Смогоржевского, радиста А. Г. Каттеля, бойцов – Н. Д. Семина и А. А. Саара. Последний сразу же после приземления отделился от группы и ушел на ближайший хутор, где попросил местных жителей сообщить немцам о приземлении советских парашютистов. На следующий день к врагу явился Каттель. Прибывший немецкий отряд, где в роли проводника выступал Саар, вышел к лагерю советских парашютистов и захватил всех троих. После чего доставили в тюрьму в Тарту.