Буддист-паломник у святынь Тибета - Гомбожаб Цыбиков

Подбирать щепки от построек и сдирать кору с продающихся на базаре дров – никто не может запретить: это освященный годами обычай оказания помощи ургинской бедноте. Но говорят, что плохо только то, что допущенная к щепкам и дровам беднота не стесняется брать все, что плохо лежит, т. е. недостаточно досматривают хозяева.

Я сегодня наблюдал другое зрелище – работу перекупщиков. Из двора таможни выехали на трех верблюдах и одной лошади три монгола и женщина. Тут их окружили 8—10 лам и харахунов-перекупщиков. Предложили тут же на улице развьючить верблюдов и осмотреть сырье: воловьи шкуры 17 шт., 1 лошадиная, 10 овчин и 5 яманин (козлиных). Осмотрели, заявили, что большинство шкур с червоточинами (гγp), из овчин только одна от заколотого животного, а остальные от пропавших и т. д. Один предложил 25 руб. за все. Продавцы не согласились, тогда стали предлагать продать на выбор. Худонцы тоже не согласились разделять товар.

Кто-то из покупателей поднял цену до 35 руб., и в конце концов другой стал давать 40 руб. Продавцы не согласились, навьючив товар, подняли верблюдов и пошли дальше. Немного отойдя, остановились посовещаться. Покупатели кричали вслед, что если еще отойдут до угла, то они уже отказываются от данных цен. Тогда продавцы после некоторой заминки закричали «ап» – возьми.

Сделка состоялась. В это время подъехал еще новый покупатель и уже начал торговаться с перекупщиками и предложил им 2 руб. за шкуру. Не знаю, состоялась ли сделка или нет, но все гурьбою пошли за продавцами, чтобы они завезли товар во двор. Завернули за угол, я не пошел дальше, но через минут 10 все, за исключением одного, вернулись. Остался один верховой на пегой лошади, который уже перекупил у первых перекупщиков. Эти пошли караулить, кто новый выйдет со двора. Время было позднее, и они, посмотрев с горки во двор таможни, сказали, что больше никто не выйдет, и разошлись по домам.

Вечером на улице у ворот Учкома происходили состязания в беге молодых велосипедистов (дугуйтан). Вообще нужно сказать, что в Урге очень много велосипедов. Они дешевы: 90, 100 руб. Вместо прежних коней (уя) у многих велосипеды, кои стоят у дверей ямыней.

5 мая. С 12 до 3 час. осматривал библиотеку Учкома. Жаль только, что она по случаю ремонта сложена в одной комнате и нельзя достать тома, лежащие далеко внизу или за другими томами. Русская часть библиотеки снабжена многими старыми и новыми научно-практическими изданиями. Много сравнительно книг по Востоку, в том числе и английские издания до последних лет. Приходят и харбинские издания. Из них узнал, что в Харбине существует юридический факультет. […]

Из монгольских книг большинство уже знакомые «истории княжеских домов» и словари, например, двух-, трех– и четырехязычные. Сравнительно много монгольских рукописей (переводных). Китайские романы и история династий, например «Барун хан улусун бичик» и т. д.

Вечером от т. Алексеева принес свое «Пособие». Постараюсь в эти дни внести кое-какие исправления и изменения.

Сегодня же познакомился с типом издания последних времен. Это издание 10-го года^[212]. Книжка из двух тетрадей обычного типа – китайское издание, но ксилографы изготовлены не знающим письменность китайцем и не проверены корректором. Название «Нэм(э)джу opoгулукcaн элдэб хэрэгту хас xaгуpцaк нэрэту cудуp орочибай». Содержание: способы изучать благоприятные и неблагоприятные дни во всяком деле. Перевод с китайского. Повод составления оригинала следующий: в 1-й год правления Чжан Гуаня (Бату узэкчи) 15-й день первого месяца хан спросил у многочисленных чинов: «Почему, по моим наблюдениям, происходят только страдания, если в известные дни совершают номы и благие дела?» Тогда изучивший «три сосуда» (Трипитака)^[213] хэшан ответил: «Если случится это в день, когда господствуют суровые тэнгри, то происходят страдания от эпидемий, и все это происходит оттого, что не обращают внимания на дни, когда господствуют добрые тэнгри. Я сделаю выборки из речей Будды. Из них ты соизволь узнать о хороших и дурных днях!»

К нему прибавлен способ гадать при посредстве 5 чохов (китайских медных монет). Приведены 32 случая. Это все сочетания черных и белых чохов. Черная сторона монеты – маньчжурские буквы, а белая – китайские. Нужно потрясти в руке и разложить по одному так, как они окажутся при падении. Самое лучшее, когда все 5 – белые, самое худшее, когда все 5 – черные. Остальные сочетания промежуточные.

6 мая. Сегодня утром въехало в таможню не менее 150 телег тесу тонкого и толстого. Из свежей порубки сосны. Откуда – неизвестно. Пришли с запада, следовательно, или с Селенги, или других лесных мест. Сегодня теплая тихая погода, столь необычная в последние дни в Улан-Баторе. Когда я пришел домой и сказал об этом живущему со мной в одной квартире южному монголу, молодому революционеру, он ответил: ведь во вчерашней книге сказано, что сегодня день поворота на лето. Это и случилось. […] Сегодня ездил вместе с т. Цэвеном в ЦК партии и виделся с т. Гэлэг-Сэнгэ, председателем МНРП. Он недавно возвратился из поездки.

Я показал ему привезенный из Улан-Удэ словарь. Гэлэг-Сэнгэ сказал, что у них общепринятого словаря нет, есть у каждого свои словарики. Рекомендовал побеседовать с т. Шакжи, букварь которого у меня. Тов. Гэлэг-Сэнгэ говорит, что имеется в виду составить толковый словарь, но даже не определили окончательно, по какой системе начать: алфавитно или предметно. Просмотрел некоторые слова, и произвел он (т. е. Шакжи) на меня впечатление человека, понимающего словарь только толковый. Пытался растолковать некоторые наши термины еще пространнее. Я объяснил ему значение терминологического словаря. Он, впрочем, более интересуется толковым.

В конце концов сказал, что Учком (Монучком) напрасно толкает свою работу в ЦК и посоветовал побеседовать с т. Цэвеном. От участия в совещаниях не отказывается. Встретился на улице со старым знакомым Эрдэни Ринчино. Он говорит, что живет уже 2-й год. Еще младший брат, бывший лама, также здесь. […] Также много говорит о своей работе по орошению баргузинской степи. Только устроенная плотина не выдержала наводнения и попортилась. То обстоятельство, что канава оросила меньше места, чем предполагали, он ставит в вину гидротехнику и инженеру, проведшим канаву ниже, чем он предлагал.

В конце концов у него произошли какие-то недоразумения с кем-то из партийных местных работников, и он удалился один (без семьи) в Ургу. Теперь думает снова возвратиться на какую-нибудь работу в Бурреспублике. Здесь он преподаватель курсов законоведения (цāза хули-ийн cуpгȳли). Получает зарплату до 300 рублей. Много говорит о монголизации аппарата, политике Коминтерна, но монголы, по его словам, пересаливают.