Первое российское плавание вокруг света - Иван Крузенштерн

Июля 17-го поутру усмотрели мы острова Оркадские. В полдень находились от нас мыс Моульд острова Папа-Вестра на SO 43°, мыс Нуп острова Вестра на SO 15°. В полдень широта была 59°43'46''N. долгота 3°26'30''W. В 2 часа пополуночи увидели мы остров Фуло на NO 68°, а в 4 часа и остров Фер на SO 60° по компасу, склонение коего найдено в сей день 27°8'30''W. Ветер дул слабый повременно от SW и SSW, почему я решился пройти каналом между островом Фер и островами Шетландскими.

В скорости пополудни настало безветрие, продолжавшееся до вечера. Жители острова Фер оным воспользовались и привезли к нам для продажи на нескольких лодках кур, яиц, баранов и рыбы. Сии люди должны жить в великой бедности, как то доказывали их рубища. Фер есть остров возвышенный с неровными каменистыми берегами. К нему приближаться можно на полкабельтова. Я узнал, к удивлению моему, что на сем малом, каменистом, по-видимому бесплодном, острове, обитают 250 человек. Приезжавшие к нам казались все здоровыми. Наружный вид доказывал их бедность, но в хорошей пище не должны они иметь недостатка, как то свидетельствовал и запас нам ими проданный. Рыбаки объявили, что полные воды бывают в 11 часов с ¼-ью. Прилив идет от NW. Отлив продолжается одним часом далее и, кажется, действует сильнее прилива. Точное сведение о перемене прилива и отлива в сем канале немаловажно, ибо, если неблаговременно приняты будут меры против наступающего прилива, то при безветрии или слабом ветре удобно может корабль привлечен быть к берегу. Канал не шире 20 миль, а прилив действует при новолунии и полнолунии по 6 и 7 узлов.

Нам не благоприятствовало безветрие через всю ночь и следующий потом день, почему мы и не потеряли из виду острова Фер и Шетландских.

Июля 23-го, в 9 часов пополудни, увиделись мы с английским корветом «Линкс», под начальством капитана Маршала; а 23-го числа и с фрегатом «Квебек». Капитан последнего, лорд Фалкланд, прислал к нам офицера и приказал предложить нам наиучтивейшим образом всякое пособие, в каковом по долговременном плавании могли бы мы иметь надобность. От сего фрегата получили мы первые о «Неве» известия. Она отправилась около недели назад из Портсмута в Кронштадт за конвоем английского капера.

В 6 часов пополудни увидели мы берега Норвегии в расстоянии около 18 миль. Ночью и в следующее утро продолжалось безветрие. Б полдень находился от нас Дернеуо на NW 17°, а остров Мало, отличающийся белою башней, на NO 58°. Определенная наблюдениями широта нашего места была 57°42'40'', ближайшее расстояние от берега в 9 миль. В 11 часов следующего утра лежал от нас мыс Дериеус на NW14°.

Противные ветры и безветрия, продолжавшиеся во время плавания через Скагеррак и Каттегат, истощили наше терпение, которое, при ежечасно возраставшем желании ступить на европейский берег близ своего отечества, было чрезмерно. Благополучный ветер совсем нас оставил, и мы не прежде могли притти и стать на якорь на Копенгагенском рейде, как 2 августа в 10 часов утра. У Гельсингера задержал нас также двое суток противный ветер, бывший причиною, что я отправился в Копенгаген одним днем прежде, для исправления нужнейших дел, дабы сколько возможно приготовиться поспешнее к отплытию в Кронштадт. Плавание наше из Китая до Копенгагена продолжалось 5 месяцев и 24 дня. Во все сие время провели мы только четверо суток у острова Св. Елены, да и там была на берегу малейшая часть наших служителей, но, невзирая на все сие, были оные во все время совершенно здоровы, и мы прибыли в Копенгаген, не имея на корабле ни одного больного.

В бытность нашу в сей раз на Копенгагенском рейде, имели мы счастие удостоиться посещения принца Фердинанда Фридриха. Он прибыл к нам на корабль, сопровождаемый наставником своего флота, лейтенантом Барденфлет, и камергером Билов, при крепком ветре, на гребном судне. Я принял принца со всеми почестями, принадлежавшими высокому его сану, и не мог не пленяться как его любезностью, так и благородным, свободным обхождением с ним его наставника. Принц посвящает себя морской службе, а потому и избран для него наставником Барденфлет, весьма искусный морской офицер, могущий, конечно, подать ему хорошие сведения в мореходстве.

Августа 6-го, поутру в 7 часов, отправились мы с Копенгагенского рейда и по 13-дневном, необыкновенно продолжительном плавании прибыли на Кронштадтский рейд 19, т. е. 7 августа по старому времясчислению, находясь в отсутствии 3 года 12 дней.

Мы не лишились ни одного человека из своих служителей^[188] через все сие долговременное путешествие, которое по таковому обстоятельству должно, конечно, быть весьма достопримечательно. Сохранение здоровья людей, конечно, составляло предмет, о коем заботился я неупустительно, с величайшим попечением. Радость удачного успеха в достижении сего предмета могла быть превышена только тем, что по долговременном и опасном путешествии мог привесть обратно корабль, порученный мне, и людей, которые вверялись моему начальству, благополучно. Я должен упомянуть при сем с чувствованием особенного удовольствия и искреннейшей признательности и еще об одном обстоятельстве, доказывающем сколь искусных, предусмотрительных и ревностных имел я под начальством моим офицеров. На «Надежде» во все время нашего плавания не потеряно не только мачты, ни стеньги, ни рея, ни якоря, ни каната. Весь урон состоял в одном верпе и двух кабельтовых у Нукагивы, двух гребных судах, раздробленных тайфуном на водах японских, сверх того в одном грот-брам-рее и некоего количества такелажа, повредившегося от долговременного употребления.