Честь, слава, империя. Труды, артикулы, переписка, мемуары - Петр I

13. Для общего блага пребывание двора в Петербурге тоже больше вредно, чем выгодно, и это еще важный вопрос: не загораживает ли тем сам себя русский государь и не делает ли ущерба собственной власти? Из Москвы, как из среды страны, все казенные и судебные дела можно исправлять гораздо удобнее и обуздывать русских начальников (Commandanten), слишком падких на воровство, гораздо легче, чем из Петербурга, лежащего на конце государства.

Из всего сказанного нами выше само собою окажется, сколько вреда выйдет для страны от Петербургского местопребывания. Против того нельзя привести ни одной выгоды, какую получит страна и какою может пользоваться в таких же, и еще в больших, размерах, если правительство останется в Москве. Какую делает это разницу, ясно показал опыт в царствование Петра II и в первых годах нынешней императрицы. Когда в 1728 году двор прибыл в Москву, не только все кассы были истощены, но и у частных лиц деньги стали так редки, что проценты поднялись от 12 до 15 на сто.

Через два года потом, когда кончил жизнь Петр II, проценты понизились от 8 до 6 на сто и все кассы были до того полны, что изумительные расходы, сделанные двором в начале нынешнего царствования, не произвели никакого недостатка в деньгах; зато теперь, после того как двор несколько лет кряду оставался в Петербурге, вся страна пришла в очень бедственное положение, хотя ее и не облагали новыми повинностями, кроме рекрутской и поставки лошадей, и недостаток в деньгах слишком стал заметен во всех кассах.

14. Все, что можно сказать лестного в этом случае, что двор в Петербурге ближе к европейским делам и имеет на них больше влияния, да и с большею скоростью и силой может приводить в исполнение предприятия, на которые он решится. Но если взглянуть яснее на дело, окажется, что все рассуждение покоится на ложном основании. Правда, что русский государь в Петербурге ближе к шведам, чем в Москве.

Только вопрос: не лежит ли Петербург слишком близко к шведским пределам, чтобы можно было с успехом переводить туда местопребывание государя и, естественное последствие того, сокровища такого обширного царства? Потому что если шведам нападение удастся (что совсем не невозможно при той запутанности, в какую вскоре придет теперешняя неизвестность преемничества престола в России), они легко могут ворваться между Выборгом и Кексгольмом и разграбить лишенный всяких оборонительных укреплений Петербург, обратить его в пепел и нанести тем бедственный и чувствительный удар всей монархии.

15. А к Турции и Польше, на действия которых русский двор наверное имеет больше причин обращать внимание, чем на шведские, Москва гораздо ближе Петербурга; относительно же всех прочих европейских держав расстояние обоих городов почти одинаково: Рига, эти ворота, которыми ныне все идущее из Европы проходит в Россию, составляет почти равносторонний треугольник. По теперешнему почтовому пути Москва на 200 верст дальше Петербурга от Риги. Но причина того – что обе дороги идут вместе до Новгорода, а если бы захотели сыскать прямую дорогу на Ригу, эта разница сделается по крайней мере очень ничтожной, если только не исчезнет совсем.

16. Но положим, что Петербург действительно ближе Москвы к европейским государствам, все же это принесет двору мало выгоды в случае военных действий: окрестности Петербурга на 20 миль кругом не производят ничего другого, кроме леса и болот, почему и жители не находят достаточного содержания, не говоря уже о значительном числе войска.

По этому случаю необходимо надобно перевести не только полки во внутренние области царства, но там же устроить и магазины с продовольствием и платьем. Таким образом, когда потребует надобность двинуть в поход войско, это можно будет сделать гораздо легче в случае близости двора и удобства улаживать всякие затруднения, нежели в том случае, когда еще нужно сначала вести о том переписку да ждать приказов при всяком подъеме в поход.

17. Хоть и могло бы казаться с первого взгляда, что пребывание двора в С.-Петербурге должно быть выгодно для торговли, но опыт показывает противное. Сбыт произведений, потребляемых двором, составляет только малую часть торговли, которую Россия ведет с иностранными землями. Лучшая часть ее состоит особенно в том, что товары русских купцов легко и часто сбываются в других государствах и, следовательно, требуются и вывозятся тем в большем количестве.

Для достижения этой последней цели особливо нужно обращать внимание на то, чтобы на русские товары, вообще тяжелые, как можно меньше налагать расходов, а достичь этого решительно невозможно, пока съестные припасы останутся в высокой цене на месте отправки товаров; стало быть, так же дорого обойдется и требуемая для того необходимая работа.

Но нельзя избежать этой дороговизны там, где имеет пребывание такой большой двор, как русский, особливо когда все съестные припасы, как бывает в Петербурге, привозятся туда из очень дальних мест; а это служит причиной, что от пребывания там двора должна пропасть большая часть выгоды, какую в иных случаях могла бы найти торговля.

18. Изо всех этих обстоятельств естественным образом нельзя сделать никакого другого вывода, кроме того, что, сколько бы усилий ни употреблял русский двор и какие бы ни выдумывал средства, чтобы русских привязать к Петербургу, он никогда, однако ж, не дойдет до того, чтобы они добровольно предпочли это место своей так нежно любимой Москве и что, вместо того, как только рушится плотина, удерживающая их в Петербурге, и им дозволено будет последовать своей привязанности, они непременно воротятся к могилам своих предков.

VIII. Насколько русские подвинулись к наукам в правление Петра I, какие меры принимал он для их образования в этом и какую замечал от того пользу?

1. Выше, при рассмотрении второго вопроса, было доложено, какие старания употреблял Петр I для распространения большей учености между своим духовенством и как далеко оно успело в этом.

2. Сначала думал он дать достаточное образование своему дворянству отправкой его в чужие края, как насмотрелся он у других европейских народов. А потому только что воротился из первого большого путешествия, он отправил довольно значительное число очень грубых и невежественных молодых людей из самых знатных семейств страны в Англию, Голландию, Францию и Италию.

Но так как они принесли оттуда немного больше способности, чем взяли ее с собою, то наконец он заметил, что им недостает и начальных оснований, а потому и думал, как бы вознаградить этот недостаток заведением необходимых училищ и академий.

3. Почти около того времени началась у Петра связь с бывшей потом императрицей Екатериной, находившейся в услужении у пробста в Мариенбурге, Глюка (Glück): при покорении этого места она взята была вместе с ним в плен русскими и проведена в Москву. Это подало Петру I случай познакомиться с означенным пробстом и посоветоваться с ним о заведении училищ.