Ангелы Черчилля - Руби Джексон

– Ты меня пугаешь, Дейз! От кого письмо? – Она отвела подругу в кухню. – Садись, рассказывай.

Но Дейзи молча отдала подруге письмо. Салли прочла его, стоя у стола. Когда эта великая звезда сцены и экрана расплакалась, Дейзи не удивилась.

– Бедная, бедная Грейс! Ей, наверное, было совсем худо, а мы ничего не замечали.

Салли – любимая и, честно говоря, избалованная дочь, единственный ребенок своих родителей – не отличалась склонностью к самоедству. Она взяла на себя часть ответственности за Грейс, как и ее подруги-близнецы, они ведь все всегда делали вместе, но ее никогда не посещали мысли о том, каково это – жить непрошеной гостьей в доме, где не получаешь ни крупицы любви.

Дейзи, воспитанная в большой дружной семье, чье кредо, существуй оно, звучало бы как «мы в ответе за тех, кому живется хуже, чем нам», знала, что чувствует Салли, и крепко ее обняла.

– Ты права, мы не понимали ее состояния, но мы ведь знали, что у нее несчастливая жизнь. Каково это, жить с такой ужасной эгоисткой сестрой? Погляди, как она любит наших с тобой мам, да и пап, наверное, тоже. Так что выше голову, если мы и проштрафились, то это дело поправимое. Когда еще раз нам напишет, ответим, что она у нас всегда желанная гостья.

– Как же ей ответить? – спросила Салли, театральным жестом указывая на письмо. – Где обратный адрес?

– Не ищи неприятностей, – ответила ей Дейзи словами своего отца. – Они запросто найдут нас сами.

– Мне пора, – сказала Дейзи со вздохом спустя некоторое время. Девушки уже обсудили проблему во всех подробностях. – Она напишет еще, и мы будем знать ее почтовый адрес. Надо только набраться терпения и подождать. Иди учи свою роль. Мы все придем посмотреть на тебя в пьесе. Ждем не дождемся этого события!

Спустя несколько дней Дейзи сидела с развернутой газетой «Дартфорд Кроникл», где сообщалось о германской агрессии во всей Европе. Дверной колокольчик заставил ее оторваться от газеты. Высокий светловолосый мужчина в летной форме смотрел на нее с озадаченным выражением лица.

«Сигареты», – решила Дейзи и встала с любезной улыбкой.

– Я могу вам помочь?

– Да, если действительно умеете разбирать, чистить и снова собирать моторы.

– Вам самому это, выходит, не потянуть? – Насмешливая фраза сорвалась у нее с языка непроизвольно, и ей сразу захотелось провалиться сквозь землю от своей неотесанности. Она знала, что раньше никто с ним так не разговаривал: девушки его сословия не позволяют себе грубостей.

Но он удивил ее, рассмеявшись.

– Так говорила моя бабушка. – Он протянул руку. – Эдейр Максвелл.

Дейзи подала ему руку, и по всему ее телу пробежала приятная дрожь. Ну почему она решила не надевать сегодня то темно-синее льняное платье с голубеньким воротничком фасона «Питер Пэн», найденное ее матерью на рыночном развале? Она густо покраснела, но молодой человек, в отличие от нее, не дрожал.

– Дейзи Петри… – выдавила она, лязгая зубами.

– Это вы появились на свет с молотком в руке? Или с гаечным ключом?

Будь на его месте кто-то из ее братьев или мальчишек и молодых людей, вечно толпившихся в их доме, она бы не полезла за словом в карман, не застыла бы, как бессловесная дурочка, с разинутым ртом, перед настоящим летчиком.

Он сам положил конец ее переживаниям.

– У меня двадцатичасовое увольнение. Я был на ферме, где Альф сообщил о вашем чрезвычайно заманчивом предложении.

Она вытаращила глаза. Это что, шутка? Как ей отвечать: «Конечно, я к вашим услугам» или «Еще чего!»? От растерянности она опять промолчала.

– Мисс Петри, – начал он и со смехом осекся. – Вы меня смущаете: хлопаете глазами, как эти куклы – забыл их название… Начну сначала. Мисс Петри, Дейзи, я чрезвычайно благодарен вам за предложение помочь с… моим самолетом. Большое спасибо.

На это Дейзи, уставившейся в пол, было проще ответить.

– Пожалуйста. – Она не узнала собственного голоса.

Эдейр посмотрел на свои часы:

– У меня осталось девять часов двадцать три минуты. Двадцать две, двадцать одна…

– Хватит надо мной смеяться!

– Что вы, дорогая мисс Петри, я вовсе не смеюсь над вами, просто весьма затруднительно беседовать с человеком, так увлеченно разглядывающим пол. Вы это серьезно? Вы поедете со мной, чтобы на него взглянуть? Черт возьми, опять вы подражаете той кукле – а глаза-то как хороши!

У Дейзи пробежал холодок по спине. Все-таки надо было нарядиться в новое платье… Он хвалит ее глаза? Вот у Салли действительно красивые глазки – все это твердят. Она сделала над собой усилие и спросила:

– Прямо сейчас? Хотите, чтобы я прямо сейчас поехала к самолету?

– Будьте так добры, моя машина ждет. – Он опять покосился на часы.

– Сначала мне придется сбегать к отцу.

Он был неприятно удивлен.

– Со мной вы в полной безопасности, мисс Петри.