Терроризм от Кавказа до Сирии - Игорь Прокопенко

Мотострелки 245-го полка оказались в такой же ситуации. На узком серпантине уцелевшие машины не могут развернуться, чтобы вырваться из западни. Объехать подожженные танки тоже невозможно: слева отвесная гора, справа обрыв и река Аргун. Бандиты выбрали идеальное место для засады.

Деваться было уже некуда. Дорога очень узкая — не разъехаться. Снизу был обрыв, где протекает река Аргун, а сверху — горы, где засели «духи», расстреливающие машины федералов.

Заблокировав колонну, боевики начинают расстреливать застигнутых врасплох мотострелков буквально в упор.

Точными попаданиями бандиты сразу же выводят из строя командно-штабную машину. В ней едут старший колонны, авианаводчик и связист. Все они погибают под огнем автоматов и пулеметов. Подразделение остается без управления. В колонне начинается паника и неразбериха…

Вспоминает Александр Глазунов, в 1996 году сержант, старший разведчик 245-го МСП:

— Гореть начали там БМП. То есть там как сидели 15 человек на БМП, они так там 15 человек и лежат у сгоревшей машины.

БРДМ развернуло. Но там один или два в живых остались. И то тяжело раненные… Погибли все, водитель-механик погиб. Ему в этот день как раз исполнялось 19 лет…

Под прицельным огнем боевиков БМП, «КамАЗы» и «Уралы» мотострелков факелами вспыхивают одна за другой. Многие бойцы даже не успевают покинуть подожженные машины и сгорают в них заживо…

Говорит Александр Слесарев, в 1996 году рядовой, наводчик зенитной установки 245-го МСП:

— Сплошной комок обгорелый. Потому что там и керосин, и бензин — все вот это попадало на одежду. Все это загоралось, воспламенялось. Кто-то горел. У кого-то руки отрывало, у кого-то ноги. Потому что если попадают в танк, там уже выжить некому — это 100 процентов.

Понимая, что оставаться в машинах — верная гибель, уцелевшие мотострелки в спешке начинают из них выпрыгивать. Но, оказавшись на дороге, они остаются абсолютно на открытой местности. Снайперы боевиков, занявшие высоты с обеих сторон ущелья, словно по мишеням в тире, ведут стрельбу по бойцам. Ответить тем же мотострелки не могут. Ведь бандитов скрывает густая листва деревьев, из-за которой их огневых позиций совсем не видно… Зато они с высоты 40–50 метров прекрасно видели российских солдат.

Прикрывая друг друга, бойцы пытаются найти хоть какое-то укрытие. Кто-то из мотострелков забирается под БМП. Вскоре становится ясно, что это не самое безопасное место. Ведь почти у всех машин насквозь пробиты топливные баки. В любой момент они могут полыхнуть. Но главное в другом — спрятавшихся под броней мотострелков стали доставать хорошо обученные снайперы противника, стреляя рикошетом от асфальта.

Опытным путем бойцы устанавливают, что единственная возможность укрыться от вражеских пуль — залечь вдоль отвесной скалы, на вершине которой засели боевики. Сюда же стаскивают раненых. В ущелье, на узкой дороге, между каменной стеной и БМП их нельзя было достать.

Заняв выгодные позиции, мотострелки вступают с боевиками в ожесточенный бой. Бойцы понимают: противостоять банде из ста пятидесяти хорошо вооруженных боевиков они долго не смогут. Пока их всех не перестреляли, необходимо вызывать подмогу. По переносной станции радист 245-го полка выходит на частоту федеральных войск и сообщает командованию — колонна попала в засаду и несет большие потери. Требуется подкрепление. Услышать ответ военных начальников из штаба мотострелки не успевают — на них обрушивается шквальный огонь боевиков. Оказывается, бандиты уже давно прослушивают их радиоволну, чтобы знать все перемещения бойцов.

Бойцы вспоминают, как радист начал вызывать подмогу. И тут услышал вопрос: «Вы где находитесь?» Он, не успев сориентироваться, поспешил ответить: «Во второй машине». И тут же последовала прицельная очередь. Чеченцы «сели» на радиоволну федералов и подключались к их переговорам.

Положение мотострелков с каждой минутой ухудшается. Вдобавок ко всему теперь у них еще подходят к концу патроны. Даже с учетом боеприпасов, собранных у убитых, у каждого бойца набирается от силы по 2–3 магазина. Но натиск боевиков настолько сильный, что через 20 минут у солдат заканчиваются и эти скромные запасы. Они расстреляли все патроны и остались беззащитными, как на ладони, перед противником.

Боевики поливают огнем безоружных мотострелков еще почти полчаса. Достать до их укрытия у бандитов не получается. И тогда они решают устроить бойцам огненный капкан. Вражеский пулеметчик пробивает баки бензовозов, из них за считаные минуты выливаются тонны керосина. Одной трассирующей пули хватает для того, чтобы река из горючего превратилась в стену огня. Она проходит так близко от укрытия мотострелков, что жар пламени обжигает им лица. Но даже не это самое страшное. Смертельная опасность начинает угрожать солдатам, когда огонь достигает машин с зарядами для САУ и фугасными снарядами. Лишь чудом они не детонируют целиком. Однако от одиночных разрывов тяжелые ранения получают еще несколько бойцов… Им начинают делать обезболивающие уколы. Одного тюбика часто не хватало, чтобы унять боль, вкалывали больше — по 2–3 тюбика. Но и это не всем помогало, ребята мучились, кричали.

С начала боя проходит час. Дым от полыхающих бензовозов и взрывов снарядов плотно окутывает ущелье. В нем устанавливается практически нулевая видимость. Стрельба со стороны боевиков затихает. Мотострелки догадываются: скорее всего, банда Хаттаба начинает отходить. Но выбираться из укрытия, не имея возможности вести хотя бы огонь на прикрытие, бойцы не решаются. А подмоги, которую они так ждут, все нет…

Только спустя несколько часов в небе над Ярыш-Марды появляются два вертолета «Ми-24». Сделав несколько кругов над полем боя, они стреляют по горам. Правда, слишком поздно — боевики оттуда уже ушли…

К вечеру на место боестолкновения добираются разведчики 245-го и 324-го полков. Им остается лишь забрать то, что осталось от колонны после бойни — полтора десятка сожженных машин, 72 убитых, 53 раненых и всего 13 выживших.

Позже выяснится невероятное. Оказывается, когда стало известно, что в ущелье российская колонна попала в засаду и разведчики уже собрались было выдвинуться к ней на помощь, командование не позволило покинуть им расположение части. Ослушаться приказа и помочь своим, погибающим под пулями боевиков, разведчики не могли.

Их не отпускали из полка. Начальник штаба не отдавал приказа, чтобы пойти на помощь.

Получается, пока разведчики ждали от командования приказа ударить в тыл противнику, боевики хладнокровно расстреливали колонну мотострелков! Бандитам как будто намеренно позволили это сделать…

Генерал-лейтенант Константин Пуликовский, который в то время командовал российскими войсками на Северном Кавказе, считает: без измены такой трагедии не произошло бы. Мало кто знает, старший сын Пуликовского — Алексей — служил в 245-м полку. 16 апреля 1996 года он был в колонне, которую расстреляли под Ярыш-Марды, и погиб…

Вспоминает Константин Пуликовский, генерал-лейтенант, в 1996 году командующий Объединенной группировкой федеральных сил в Чеченской Республике: