Расстрел "Белого дома". Черный Октябрь 1993 года - Александр Островский

«Когда позднее мы уже выходили из мэрии, – пишет М. М. Мусин, – я обратил внимание на то, что у грузовика пулями были пробиты все колеса и бензобак, автоматными очередями вдребезги разнесено ветровое стекло (подтверждается и материалами видеохроники, другие повреждения по видеокадрам не различимы). Водителей грузовиков расстреливали в упор – они остались живы просто чудом»[1796].

«В этот момент, – отмечает автор «Анафемы», – удается завести водовозку и она пытается под пандусом мэрии пробить ворота подземного гаража в здании СЭВ. Сбоку от нее из-под пандуса мэрии вырывается БТР (№ 432) и прорывается в сторону гостиницы «Мир», стреляя вверх. С его брони сыпятся заскочившие на него верхом ребята из группы «Север». На кадрах видеохроники видно, как солдаты МВД сами разбивают стеклянные стены мэрии с противоположной стороны и убегают через проломы»[1797].

Как пишет А. Черкасов, в этот момент некоторые из нападающих решили «срезать» дорогу, но когда поднялись на пандус, оказалось, что никто больше не стреляет[1798].

Что же произошло?

По свидетельству одного из милицейских начальников, когда стороники «Белого дома», почти полностью безоружные, бросились на штурм мэрии, «вдруг поступил приказ – не стрелять, отойти от объекта»[1799]. Подобный приказ в 16.05 получил и отряд группы «Витязь»[1800], который перед этим в 14.30 был выдвинут к «Белому дому»[1801]

«В следующие минуты, – пишет А. В. Черкасов, – все остававшиеся в мэрии сотрудники МВД покинули здание, разбив витринные стекла цокольного этажа. Они пересекли Калининский проспект – благо, напротив мэрии был промежуток между двумя группами демонстрантов, подтягивавшихся к Белому Дому, – и скрылись в переулках»[1802].

«Массовый исход» омоновцев и дзержинцев из мэрии «через окна-стены первого этажа», по утверждению Э. З. Махайского произошел между 16.15 и 16.20[1803].

«…Этот великий драп, по мнению А. Черкасова, при всей его внешней беспорядочности, имел конкретную задачу – отойти и перегруппироваться. Местом сосредоточения был назначен участок Садового кольца рядом с площадью Маяковского, напротив Бронной улицы и гостиницы «Пекин».

В результате сторонники парламента ворвались в опустевшее здание СЭВ[1804].

Неужели, приказывая не стрелять, А. В. Руцкой заранее знал, что милиции будет дана команда покинуть мэрию без сопротивления?

Через день «Коммерсантъ-Daily» писала, что «справившись с гостиницей», «боевики» в 16.00 начали «штурм мэрии»[1805].

По свидетельству работника Министерства социальной защиты РФ А. Коренева, который в этот момент находился возле Белого дома, «штурм мэрии» начался «примерно с 16 час. 5 мин.»[1806]. Такое же время указал позднее Генеральный прокурор РФ М. Б. Катышев в своем письме от 9 сентября 1998 г. на имя председателя Специальной комисси Государственной Думы по импичменту Б. Н. Ельцина[1807].

Почти так же хронометрирует начало этого события Э. З. Махайский. Он услышал автоматные очереди со стороны мэрии, по всей видимости, когда ее двери таранили машинами, в 16.08. Стрельба, по его словам, была недолгой и продолжалась не более 30 секунд. Когда он поспешил туда, то увидел, как «по лестнице и пандусу мэрии бежали безоружные люди»[1808].

Одним из первых в здание мэрии вошел генерал Ю. В. Колосков. Вместе с баракшовцами он поднялся до четвертого этажа, затем вернулся назад и приказал взять вход в мэрию под охрану, чтобы не было грабежа[1809].

Между тем, как пишет М. М. Мусин, в мэрию уже «хлынули люди и заполнили весь холл». Среди них находился и автор «Анфемы». «На лестнице перед вторым этажом, – отмечает он, – люди остановились из-за угрозы стрельбы в упор. Здесь мы… нашли Макашова». «Приказав всем оставаться на месте», он один вышел «в лифтовый холл второго этажа» и «с мегафоном в руках» стал подниматься выше, «выкрикивая в мегафон: «Сдавайтесь! Я, генерал-полковник Макашов, гарантирую вам жизнь. Выходите по одному и складывайте оружие!»[1810].

«Когда сверху послышались шаги первой группы сдающихся, – читаем мы в «Анафеме», – наша группа охраны предосторожности ради догнала Макашова и пошла дальше вместе с ним по главной лестнице. Мы поднялись вшестером до пятого этажа»[1811].

Р. С. Мухамадиев приводит радиопереговоры между участниками захвата мэрии и руководителями парламента, из которого явствует, что не успевшие сбежать защитники мэрии забаррикадировались сейфами на пятом этаже. Поэтому было решено блокировать их там и договориться, чтобы они прекратили стрельбу[1812].

Наблюдавшая за штурмом мэрии, Н. Кочубей пишет, что когда в здание мэрии устремились сторонники «Белого дома», она вдруг увидела, как на первом этаже мэрии вспыхнул свет, затем он появился на втором этаже, на третьем и т. д.[1813]. О чем говорит этот факт? О том, что к 16.00 находившийся в этом здании ВКП ГУВД уже был переведен в другое место. Начальнику МУРа Ю. Г. Федосеев пишет, что «штаб» перестал подавать признаки жизни еще раньше, в 15.30[1814], т. е. в тот самый момент, когда демонстранты пошли на прорыв блокады «Белого дома».