Артур Артузов. Ас разведки и контр-шпионажа - Юрий Ленчевский

Личность Кутепова представляла серьезную опасность для Советского государства. Что-то нужно было сделать… Заманить генерала на советскую территорию, как это было с Савинковым и Рейли-Розенблюмом, не представлялось возможным. И тогда было решено похитить главу РОВС Кутепова. Тем более что стратегической целью руководства РОВС являлось вооруженное выступление против советской власти. Кутепова поддерживала английская разведка. Благодаря ей он в конце 1927 года получил 200 тысяч французских франков. Операция по похищению Кутепова проходила так. Бывший агент России во Франции генерал Дьяконов, ставший агентом ОГПУ, вывел чекистов на Кутепова. С помощью Дьяконова Кутепову написали записку, в которой неизвестное лицо выразило желание встретиться с ним по денежному вопросу в воскресенье. Кутепов вышел из своей квартиры в доме № 26 по рю Русселе утром в 10 часов 30 минут 26 января 1930 года. Жене он сказал, что идет на панихиду по генералу Каульбарсу в церковь Союза галлиполийцев. В 11 часов на углу рю Удино и рю Русселе к Кутепову подошли двое и посадили его в стоявший там серо-зеленый автомобиль. В машине Кутепова усыпили хлороформом и в спящем состоянии доставили в Марсель к борту стоящего там советского парохода. На борт судна Кутепова провели под видом сильно пьяного члена экипажа. После этого пароход взял курс к советскому берегу. Однако слабое сердце Кутепова не выдержало наркоза, и он умер на борту парохода. Так закончил свои дни председатель РОВС генерал-лейтенант Александр Павлович Кутепов, убежденный монархист, ярый враг Советского государства.

Расследование исчезновения Кутепова проводила французская полиция. Было установлено, что генерал вышел из дома с намерением направиться на панихиду, а перед этим встретиться с одним хорошо известным ему человеком. Но на панихиду он так и не пришел, и больше его никто не видел.

Расследование французами исчезновения Кутепова ни к чему не привело. В организации похищения генерала, врага советской власти, принимали такие опытные чекисты, как заместитель начальника контрразведывательного отдела (КРО) ОГПУ Сергей Васильевич Пузицкий, активный участник операции «Трест» (расстрелян в 1937 году, реабилитирован в 1957 году), и Яков Исаакович Серебрянский (Бергман) — начальник 1-го отделения Иностранного отдела (ИНО) ОГПУ (нелегальная разведка).

О похищении генерала Кутепова и об участниках этой операции до недавнего времени знали лишь те немногие исследователи, по тем или иным причинам знакомые с самыми секретными операциями советской разведки.

В отдельной камере под № 110 внутренней тюрьмы Главного Управления государственной безопасности НКВД находился арестованный Иванов Петр Васильевич. Кто он? И как оказался там? Это был генерал-лейтенант Евгений Карлович Миллер, профессиональный военный. В августе 1917 года он был направлен в Италию представителем Ставки Верховного Главнокомандующего при итальянской Главной квартире. Там его и застала Октябрьская революция. Миллер не признал новую власть и был заочно осужден судом революционного трибунала.

В январе 1919 года Миллер прибыл в оккупированный англичанами Архангельск и был назначен Главнокомандующим войсками Северного правительства Чайковского. В феврале 1920 года части Миллера были разбиты, а их остатки на ледоколе «Козьма Минин» и яхте «Ярославна» ушли в изгнание. О деятельности Миллера в Архангельске писал во французской газете «Информасьон» от 24 апреля 1920 года ее корреспондент эсер Борис Соколов:

«Я был свидетелем последнего периода существования правительства Северной области, а также его падения и бегства генерала Миллера со своим штабом. Я мог наблюдать разные русские правительства, но никогда не видел таких чудовищных и неслыханных деяний. Поскольку правительство Миллера опиралось исключительно на правые элементы, оно постоянно прибегало к жестокостям и систематическому террору, чтобы удержаться наверху. Смертельные казни производились сотнями часто без всякого судопроизводства…

Миллер организовал каторжную тюрьму на Иокомском полуострове на Белом море. Я посетил эту тюрьму и могу удостоверить, что таких ужасов не было видно даже в царское время. В бараках на несколько сот человек размещалось свыше тысячи заключенных. По приказу Миллера начальник тюрьмы Судаков жестоко порол арестованных, отказывавшихся идти на каторжные работы. Ежедневно умирали десятки людей, которых кидали в общую могилу и кое-как засыпали землей…

Генерал Миллер, убегая, захватил с собой всю государственную казну, около 400 000 фунтов стерлингов (10 миллионов рублей золотом), которые принадлежали Северной области».

Вот так обрисовал генерала Миллера эсер Б. Соколов, друг Керенского, далекий от симпатий к большевикам человек. Следует заметить, что даже по законам Российской империи присвоение казенных денег считалось тягчайшим преступлением.

В эмиграции Миллер продолжил антисоветскую деятельность. Похищение Кутепова нанесло сильный удар по РОВС. От боевой организации не осталось почти ничего: основная часть боевиков погибла в вылазках на советскую территорию, оставшиеся были деморализованы разоблачением «Треста» и похищением Кутепова. Миллер, возглавивший РОВС, считая, что неудачи Кутепова были связаны с отсутствием у него опыта конспиративной работы, первым делом в октябре 1930 года организовал при РОВС небольшой контрразведывательный отдел. Начальником этого отдела стал генерал-майор Глобачев, занимавший посты охранного отделения в Петрограде и Варшаве. Миллер продолжал генеральную линию Кутепова, перенес основные усилия на создание хорошо законспирированных подпольных ячеек, которые могли бы в нужный момент возглавить вооруженное восстание.

После похищения Кутепова и ряда других чекистских операций доверие к РОВС и спецслужб Англии и Франции, на чьем содержании ранее он находился, заметно пошатнулось. Генерал Миллер и другие руководители РОВС переориентировались в своей деятельности на нацистскую Германию, совместно с которой они рассчитывали вторгнуться на территорию СССР и возглавить оккупационный режим гитлеровцев.

«РОВС должен обратить все свое внимание на Германию, — заявил генерал Миллер. — Это единственная страна, объявившая борьбу с коммунизмом не на жизнь, а на смерть».

В Москве принимают решение сорвать сближение белогвардейской эмиграции с нацистами. Для этого намечалось похитить генерала Миллера и доставить его в Москву.

Чекисты полагали, что в случае исчезновения Миллера заменить его на посту руководителя РОВС реально мог только генерал Скоблин, который был агентом резидентуры НКВД в Париже (псевдоним Скоблина — «Фермер»). Такой вариант позволил бы советской разведке полностью контролировать деятельность РОВС. Была также мысль связать похищенного Миллера с организацией широкомасштабного судебного процесса над ним. Этот процесс мог бы не только разоблачить связи белогвардейцев с нацистами, но и ослабить негативное впечатление международной общественности от политических процессов над военными — маршалом и генералами Красной армии, «доказать» их связь с белогвардейской эмиграцией и иностранными спецслужбами.

О том, как оказался Миллер в камере № 110, пойдет дальше наше повествовании.

«Будучи тотчас связан — рот, глаза, руки и ноги — и захлороформирован, я в бессознательном состоянии был отвезен на советский пароход, где очнулся лишь 42 часа спустя — на полпути между Францией и Ленинградом. Таким образом, для моей семьи я исчез внезапно и бесследно 22 сентября прошлого года».