Вторая гробница - Филипп Ванденберг

– У вас замечательные связи с местным населением, – с уважением заметил Лоре, пока они перебирали собранные сокровища и зарисовывали каждый предмет, – Это может быть более полезно, чем дорогостоящий заказ на раскопки для какого-нибудь университета.

– Глядя на все сокровища, что попали к нам в руки, – ответил Картер, – я не могу с вами не согласиться, мистер Лоре. Вероятно, и десяти археологам за десять лет не удалось бы найти столько старинных предметов.

– Возникает вопрос: кто же все-таки стоит за этими темными делишками? Кто скупщик, по заказу которого действуют расхитители гробниц?

Картер огляделся по сторонам.

– Двое из них известны вот уже много лет. Однако подобраться к ним очень тяжело, почти невозможно, потому что свидетели никогда не назовут их имен, чтобы не исчез этот источник дохода. А третьего я тоже знаю.

– Вы их знаете?!

– Каждая собака их знает. Это Мустафа Ага Айят и Ахмед Абд-эр-Рассул.

– Речь идет о консуле Мустафе, который обнаружил первый тайник с мумиями?

– Да, о нем.

– А кто же третий?

– Он новичок в этом деле, но такой же бессовестный, как и остальные. Его имя – Роберт Спинк, англичанин. Он как раз собирается осесть в Луксоре.

Лоре удивленно уставился на Картера.

– Откуда вы все это знаете?

Говард горько усмехнулся и указал на стекло в верхней части двери.

– Я видел их собственными глазами. А что до англичанина, то я знаю его уже много лет. Спинк готов на любые подлости.

Картеру и Лоре потребовалось целых два дня, чтобы разобрать предметы, найденные в садовом домике отеля «Луксор», и под присмотром полиции перевезти их на пароход. Вместе с мумией Аменхотепа II на борт погрузили тринадцать других царских мумий.

Вечером, незадолго до отхода корабля в Каир, Виктор Лоре отвел Картера в сторону и сказал:

– Вы очень способный молодой человек, мистер Картер. Я думаю, вы могли бы быть очень полезны здесь, в Луксоре, для Управления древностями, если получите новое задание.

Говард отмахнулся:

– Ваши отзывы льстят мне, мистер Лоре, но я и так рассматриваю свое теперешнее задание как награду. Я работаю ассистентом у доктора Навилля для Фонда исследования Египта. За это время я многое узнал и научился ценить свою профессию. Спасибо, мистер Лоре.

Француз понимающе закивал.

– Теперь просто послушайте, что я вам хочу сказать. Я предлагаю вам пост инспектора исторических памятников в Верхнем Египте и Нубии. Это значит, что вам предоставляются все полномочия и руководство всеми археологами в этой местности. Кстати, Навилль тоже будет подчинен вам.

Картер думал, что все это ему снится. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл слов Лоре. Наконец Говард нерешительно произнес:

– Я?… Но почему именно я?

– Потому что я считаю, что вы, и только вы, подходите для этой должности. Я предложу вам, скажем, пятьсот фунтов в год. Ну как?

Говард чуть не поперхнулся. Жалованье было в десять раз больше того, что он получал, когда только приехал в Египет. Зазвенела корабельная рында – сигнал к отправлению.

– Ну как? – повторил Лоре и протянул руку Говарду. – Я не понимаю, почему вы колеблетесь. Нет никаких разумных причин, чтобы отказаться от моего предложения.

«Не слишком ли ты молод для такого задания? – пронеслось в голове у Картера. – Сможешь ли ты вообще быть справедливым?» Но тут Говард услышал внутренний голос: «Берись за это! Или ты вечно собираешься бежать от принятия важных Решений?»

С мостика закричали:

– Мистер Лоре, мы уже отчаливаем!

Француз все еще стоял перед Картером с протянутой рукой.

– Договорились! – ответил Говард и пожал ее. – Надеюсь, вы не разочаруетесь во мне.

Лope похлопал Картера по плечу.

– Другого ответа я от вас не ожидал. Я дам о себе знать, как только прибуду в Каир.

Газеты всего мира пестрели заголовками о скандальном обнаружении тайника с мумиями в Долине царей и о находке Картера в садовом домике отеля «Луксор». Эти новости публиковали в своих передовицах прежде всего американские газеты. Целые пассажирские суда с любопытными из Нового Света прибывали в Александрию и расспрашивали о Картере и его царских сокровищах. Но когда им сообщали, что эти события разворачивались в семистах километрах южнее, быстро наступало разочарование. В гостиницах Луксора не было ни одного свободного номера. На поиски сокровищ в Долину царей отправлялись толпы людей, вооруженных лопатами и грохотами для песка. Покоя в долине не было даже ночью. Авантюристы бродили по дюнам с фонарями, как стаи майских жуков.

Картер поселился в маленьком одиноком домике между деревнями Дра-абу-эль-Нага и эль-Тариф. Как самого главного смотрителя по обе стороны Нила, его уважали и почитали, но в то же время не любили, даже презирали. Тот же Навилль теперь не разговаривал с ним, потому что археологу пришлось срочно искать замену своему ассистенту. Лондонский Фонд исследования Египта сообщил, что Картер теперь никогда больше не получит у них должности.

Но это больше и не нужно было, потому что он, как инспектор Управления древностями, отныне сам распределял рабочие места. Говарду подчинялся даже вооруженный отряд, который охранял места раскопок и гробницы в Долине царей. У Картера вошло в привычку совершать контрольные обходы с одноствольной или двуствольной винтовкой арабского производства. И не только потому, что Говард опасался феллахов. Там, где раньше они чувствовали себя спокойно и по ночам проводили незаконные раскопки, теперь заправлял новый инспектор. Он появлялся с вооруженной охраной в самых невероятных местах и в любое время. По этой причине незаконные раскопки почти прекратились. А жители Эль-Куриы, которые в основном жили зa счет темных делишек, к один момент остались без пропитания и работы.

Расследование в связи с обнаружением в садовом домике отеля «Луксор» зашло в тупик, поскольку полицейские постоянно натыкались на стену молчания. Менеджер отеля, образованный египтянин, клялся бородой Пророка, что в садовом домике, кроме столов и стульев, никогда ничего не хранилось. А Мустафа Ага Айят даже слышать не хотел об этой истории. У него было алиби: он во время обнаружения сокровищ находился у мудира Кены, что письменно подтверждалось свидетелями. Двое англичан, с которыми Роберт Спинк вел дела, клялись, что тот был вместе с ними в Каире. Дабы не быть голословными, все трое предъявили железнодорожные билеты.

Картер остался один.

В один из последних знойных сентябрьских дней (жара и духота стояли с февраля, и на землю не упало ни капли дождя), когда люди ожидают их конца как избавления, Мустафа Айят ехал на дрожках на север по набережной Нила. Солнце висело низко над горизонтом, и по земле ползли длинные тени.