Право на репрессии - Олег Мозохин

Дела же по преступлениям политическим, контрреволюционным, шпионажу, бандитизму, а также по делам сотрудников ЧК, имеющих внесудебный приговор ВЧК и ее органов, должно было пересматривать ГПУ. Признавалось необходимым следствие по делам должностных и других преступлений сотрудников ГПУ вести органам ГПУ. По данного рода делам разрешалось вынесение внесудебных приговоров ГПУ, нос ведома Президиума В ЦИК.

ГПУ предоставлялось право изоляции иностранных граждан в лагерях до обмена по соглашению с Народным комиссариатом иностранных дел и с ведома Президиума ВЦИК.

Материалы следственного дела, которые расследовались ГПУ, после прохождения их через судебные органы, после вступления приговора в законную силу сдавались в архив ГПУ.

Особо сложные дела или дела, требующие сохранения полной конспирации, передаваемые ГПУ и его местными органами для слушания в ревтрибуналы, подлежали слушанию в особых сессиях трибунала, председательство в коих возлагалось на представителя местного отдела ГПУ в трибунале^[46].

В этот же день, 9 марта 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) рассматривает вопрос о предоставлении ГПУ права непосредственной расправы в отношении лиц, уличенных в вооруженных ограблениях, уголовников-рецидивистов, пойманных с оружием на месте преступления.

Этим же решением ГПУ наделялось правом ссылки в Архангельск и заключения в Архангельский концлагерь «подпольщиков», анархистов и левых эсеров, всех уголовпиков-рецидивистов. Выполняя директиву Политбюро ЦК РКП(б), ВЦИК РСФСР предоставил эти права ГПУ^[47].

Полномочия ГПУ расширялись. 27 апреля 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) рассмотрело вопрос о предоставлении ГПУ права непосредственных расстрелов на месте бандитских элементов (т. е. участников вооруженных ограблений), захваченных при совершении ими преступления.

Юридическую формулировку постановления от имени Президиума ВЦИК поручалось подготовить комиссии в составе Д. И. Курского, Н. В. Крыленко, М. И. Калинина и И. С. Уншлихта. Этой же комиссии поручалось подготовить и юридическую формулировку постановления о предоставлении ГПУ права высылки уголовных элементов^[48]. Это постановление, как и предыдущее, также было утверждено ВЦИК. Одновременно были введены ограничения функций прокурорского надзора в отношении наблюдения за точным исполнением органами ГПУ правил, изложенных в Положении о ГПУ по политическим преступлениям^[49].

Как свидетельство быстрого и всестороннего реагирования ГПУ на практические вопросы, затрудняющие решение служебных задач и способы их правового оформления, можно привести следующий характерный для этого времени пример. Так, на проходившем в 1922 г. съезде врачей выступления докладчиков были резко антисоветскими. Законных оснований для привлечения их к уголовной или административной ответственности за свои взгляды не было. В связи с этим возник вопрос о методах воздействия на этих лиц.

9 мая 1922 г. в докладной записке ГПУ И. В. Сталину, учитывая невозможность постановки целого ряда дел в судебном порядке и одновременно необходимостью избавиться «от наглых и вредных элементов», было предложено внести дополнения в положение о ГПУ от 6 февраля 1922 г. Предлагалосьпредоставитьправаадминистративной ссылки в определенные губернии на срок до двух лет за антисоветскую деятельность, причастность к шпионажу, бандитизм и контрреволюционную деятельность или высылку из пределов РСФСР на тот же срок неблагонадежных русских и иностранных граждан^[50].

Данное предложение Политбюро было одобрено.

На заседании Политбюро 24 мая 1922 г. В. И. Ленин предложил поручить Ф. Э. Дзержинскому при помощи Н. А. Семашко выработать план мер по отношению к врачам, которые выступали на съезде и доложить в Политбюро в недельный срок. В. И. Ленина поддержали И. В Сталин, Л. Д. Троцкий, Л. Б. Каменев, В. М. Молотов, А. И. Рыков. М. П. Томский воздержался, так как посчитал, что этот вопрос требует иной постановки. По его мнению, «во многом виноваты мы сами и в первую голову т. Семашко»^[51].

8 июня 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) принимает предложение И. С. Уншлихта, что более ни один съезд или всероссийское совещание «спецов» (врачей, агрономов, инженеров, адвокатов и пр.) не может созываться без соответствующего разрешения НКВД. Местные съезды или совещания «спецов» могли созываться с разрешения губернских исполкомов с предварительным запросом заключения от местных органов НКВД.

НКВД поручалось произвести с 10 июня перерегистрацию всех обществ и союзов и не допускать открытия новых без соответствующей регистрации НКВД. Не зарегистрированные общества и союзы объявлялись нелегальными и подлежали немедленной ликвидации.

ВЦСПС предлагалось не допускать образования и функционирования союзов спецов помимо общепрофессиональных объединений. Существующие секции предлагалось брать на особый учет и под особое наблюдение. Уставы этих организаций должны были быть пересмотрены при участии ГПУ.

Для недопущения впредь таких мероприятий было принято предложение о проведении фильтрации студентов к началу нового учебного года. Ограничивался прием студентов непролетарского происхождения. Предлагалось выработать правила для собраний и союзов студенчества и профессуры.

Политотделу Госиздата совместно с ГПУ предполагалось провести проверку всех частных печатных органов.

Политбюро предложило ЦИК издать постановление о создании Особого совещания из представителей Народного комиссариата иностранных дел (НКИД) и НКЮ, которому предоставлялось право, не прибегая к суровому наказанию, заменять его высылкой за границу или в определенные пункты РСФСР.

Для окончательного рассмотрения списков лиц из враждебных советской власти интеллигентских группировок, подлежащих административной высылке, была образована комиссия в составе И. С. Уншлихта, Д. И. Курского и Л. Б. Каменева.

31 июля 1922 г. ГПУ был подготовлен и направлен в Политбюро проект постановления, в котором предлагалось создать при НКВД Особое совещание из представителей НКВД и НКЮ с утверждением его состава Президиумом В ЦИК.

В проекте постановления срок административной высылки не мог превышать пяти лет с утратой для высланного активного и пассивного избирательного права на время высылки, причем высылка за границу предполагалась и без указания срока, т. е. до постановления о ее отмене.

Высланный должен был находиться под гласным надзором местных органов ГПУ. Его местожительство определялось ГПУ, в район которого он поступал согласно указаниям Особого совещания.

Особое совещание не изобретение большевиков. Впервые оно было учреждено в России при МВД в 1881 г. императором Александром III по представлению министра внутренних дел графа Игнатьева и согласно ст.34 положения о государственной охране имело право ссылки до пяти лет в отдаленные места империи. По его решению в Нарым, Туруханский край ссылались такие видные партийные деятели, как В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий, И. В. Сталин, Ф. Э. Дзержинский и другие. Послереволюционных событий 1917 г. Особое совещание, как и многие другие государственные органы, перестало существовать.