Ликвидатор. Откровения оператора боевого дрона - Кевин Маурер

Вооружение на «Хищнике» появилось только в 2001 году с выходом модели MQ-1B. Гондола целеобнаружения была усовершенствована и получила функцию захвата цели. До модернизации операторам средств обнаружения приходилось сопровождать цель камерой вручную. Схема не идеальная, поскольку уставший оператор средств обнаружения мог расслабиться в неподходящее время и сместить перекрестье прицела с цели в ключевой момент, что привело бы к промаху. Компания «Raytheon» прислушалась к пожеланиям военных и разработала систему слежения, которая автоматически удерживала прицельную гондолу направленной на цель.

Я не обладал опытом оказания огневой поддержки с воздуха, и это могло подпортить мне второй этап обучения. Я все еще был вторым после Майка в списке лучших, и мне хотелось остаться как минимум на том же месте, поэтому я решил поискать тактический справочник «3–3» для «Хищника». «Три-тире-три», как мы его называли, представляет собой базовое руководство по тактике, в котором описывается, как выполнять ту или иную боевую задачу.

Обычно такого рода справочник можно было найти среди вороха незасекреченных материалов, относящихся к различным системам вооружений в ВВС. Но мои поиски в библиотеке эскадрильи не увенчались успехом. Я откопал лишь одну устаревшую статью времен войны в Персидском заливе, написанную пилотом армейского вертолета о ракете модели «A», которая применялась на винтокрылых машинах. Мы же стреляли модифицированными ракетами модели «K».

Тогда я начал расспрашивать инструкторов, пытаясь выудить из них любые крупицы нужной мне информации или копию руководства.

— Где найти справочник «3–3»? — задавал я один и тот же вопрос.

Каждый раз мне в ответ недоуменно пожимали плечами. Даже Гленн не знал, где его отыскать. «Хищник» стоял на вооружении ВВС почти десять лет, а к нему, как выяснилось, до сих пор не было руководства! О какой эффективности обучения можно говорить без руководства по тактике?

И тогда я решил написать его сам.

У меня дома лежала инструкция от моего старого учебно-тренировочного «T-37», оставшаяся со времен, когда я служил летчиком-инструктором. Ее первая часть была посвящена обучению базовым навыкам пилотирования. В 1990-х годах все пилоты американских ВВС получали основы летной подготовки на «T-37», поэтому инструкция оказалась весьма полезной в качестве образца для моего собственного пособия. Однако я понятия не имел, что писать в разделе, касающемся тактики, поэтому обратился за советом к Майку. Он был летчиком-истребителем и имел тактический опыт, которого мне недоставало.

— Ну, что тут у тебя? — сказал он, усаживаясь за стол-бюро в кабинете у меня дома.

Я протянул ему папку с бумагами, ставшими плодом моей попытки написания руководства «3–3» для «Хищника».

— Знаешь, я не смог отыскать «3–3» ни для одного тактического самолета, — сказал я.

Майк кивнул. Тактические руководства для всех истребителей были в ограниченном доступе, даже если на них не стоял гриф секретности. Истребительные эскадрильи не позволяли совать в них нос посторонним без особой необходимости.

— В целом я оформил его по примеру инструкции от «T-37», — сказал я Майку.

Майк сразу перешел к страницам, посвященным тактике.

— Вижу, раздел о «Хеллфайр» ты уже закончил.

— Тяжеловато пришлось, — ответил я.

Я вывел на экран компьютера соответствующий документ.

— Я тут отыскал кое-какие базовые схемы, — пояснил я. — Использовал их как шаблон для описания процедуры применения ракеты. Тут все, от приема целеуказаний 9-Line до действий после нанесения удара.

Майк молча изучал раздел.

— Летчик-истребитель так бы не действовал, — произнес он.

— Мы не летчики-истребители, — возразил я.

Майк вскинул на меня глаза.

— Все летчики-истребители обучаются по своим программам, но в целом алгоритм их действий схож, — объяснил он. — Нарушать его — непрофессионально.

Он был прав. БПЛА-сообщество пребывало еще в младенчестве, и составление справочника стало попыткой привнести в его ряды некоторый профессионализм. Большинство людей называют беспилотные летательные аппараты дронами, однако, как сказал Чак в своей приветственной речи, мы этот термин не приемлем, поскольку он отказывает работникам нашей сферы в профессионализме. Беспилотник не летает и не сражается сам по себе. Он не автономен. Пусть мы лично и не сидим в «Хищнике», не стоит заблуждаться, думая, что у него нет пилотской кабины и пилота. Мы управляем в нем всем, включая вооружение.

— Ладно, можешь порвать, — вздохнул я.

Следующие несколько дней Майк занимался внесением правок в тактический раздел. В общей сложности составление чернового варианта справочника заняло чуть больше месяца. Уже не испытывая прессинга борьбы за титул «выпускника с отличием», я сосредоточился на написании пособия, а Майк мне помогал. Мои летные и боевые навыки быстро развивались, отчасти благодаря работе над справочником.

Впрочем, ничто не могло заменить практические занятия. Мой первый учебно-боевой вылет обернулся полной катастрофой. Я не имел представления даже о том, как вывести на экран системы слежения оружейное меню. В отсутствие симулятора, на котором можно было бы попрактиковаться, в реальном полете я с трудом понимал, что мне необходимо делать.

Пришлось признаться инструктору. Выражение его лица в тот момент было таким же, с каким я порой взирал на своих курсантов в годы службы на инструкторской должности. Это пугающее выражение лица как бы говорило: «Ты что, не сделал домашнее задание?» Он неспешно провел меня по всей карте контрольных проверок, объяснив назначение каждой кнопки и пункта меню. Благодаря его терпению и содействию Майка в составлении справочника «3–3» я вскоре научился запускать ракеты.

К финальному этапу обучения я подошел, по-прежнему находясь в пятерке лучших в группе. Но этот этап оказался даже более сложным, чем обучение ракетной стрельбе. На протяжении трех вылетов мы должны были действовать как передовые авиационные наводчики. Нашим заданием была «координация ударов и рекогносцировка». Мы эшелонировали истребители и наводили их на цели, фактически выполняя функцию контрольно-диспетчерской вышки. Чтобы удерживать все движущиеся объекты на нужных курсах, требовались предельная концентрация внимания и слаженность действий.

ВВС Национальной гвардии Техаса выделили в помощь нашей группе несколько истребителей «F-16». Это был мой последний учебно-боевой вылет, предполагавший решение некоторых оперативных задач, после чего меня ожидали еще несколько контрольных полетов и финальный летный экзамен. Сегодня по сценарию я должен был найти несколько ракет «Скад», спрятанных в пустыне. После их обнаружения моей задачей было навести «F-16» на цель. На выполнение задания нам отводилось два часа.

Во время практической фазы обучения операторы средств обнаружения и пилоты тренировались вместе, но не в постоянных составах. В этот день рядом со мной сидела Сара. Мне уже доводилось с ней летать, так что мы были знакомы. Она поступила на службу в ВВС в восемнадцать лет сразу после окончания нью-йоркской средней школы. Женщина миниатюрная, за панелью управления Сара и вовсе выглядела Дюймовочкой. Зато она имела острый глаз и репутацию одного из лучших операторов средств обнаружения в группе.