Бедный попугай, или Юность Пилата. Трудный вторник - Юрий Вяземский

II. Он перестал смотреть на солнце и опустил взгляд к пруду и к камышам. И, словно оратор, вытянув правую руку к ивовым деревьям, а левую прижав к сердцу, продекламировал сначала на греческом, а затем на латыни:

Член же отца детородный, отсеченный острым железом,

По морю долгое время носился, и белая пена

Взбилась вокруг от нетленного члена. И девушка в пене

В той родилась. Сначала подплыла к Киферам священным.

Ее Афродитой,

«Пенорожденной», еще «Кифереей» прекрасновенчанной

Боги и люди зовут, потому что родилась из пены.

А Кифереей зовут, потому, что к Киферам пристала.

Он уронил правую руку, а левую отнял от сердца и задумчиво погладил лоб. А потом сказал:

— Так Гесиод нам вещает. И тоже путает, путает… Сатурн оскопил Урана намного позже. А в начале первой станции не было не только Крона-Сатурна, но и Урана-Неба еще не было. Не было также ни моря, ни земли. Были лишь первостихии — Турба, Орда, Морс и Венера. И Венера Вита вознамерилась отделиться от сопряженных с нею сестер-первоначал. И приняв такое решение, стала Венерой Афродитой. То есть возвысилась над другими стихиями и стала танцевать, кружась и взбивая пену из первозданной материи, которая, если говорить словами Аристотеля, еще не имела формы, но стала приобретать ее в виде пены, которую взбивала Изначальная Танцовщица.

Пена затвердевала и превращалась в холм над первозданной протяженностью, в остров среди изначальной текучести.

Холм этот и остров потом назовут Киферой. Строго говоря, Афродита не подплыла к острову, а сама стала островом.

— По-гречески «пена» будет «афрос». Тут нет ничего удивительного, — пояснил Вардий, будто только этот момент в его рассказе нуждался в пояснении.

И продолжал:

III. — Был первый месяц в древнем календаре, который мы называем мартом. Ни луны, ни солнца во вселенной тогда еще не было. Во тьме творились события на первой станции, на острове Кифера.

Орфики утверждают, что первым возлюбленным Венеры был Протагон. Да, так его можно назвать. Но был он, разумеется, не тем первоначальным Протагоном, который, по орфикам, якобы создал мир. Венера Афродита сама сотворила себе мужа как древнее и естественное притяжение женского начала к мужскому, и это изначальное притяжение материализовалось и стало Протагоном, первым мужем Венеры.

И едва у Венеры появился возлюбленный, как сама она, первая богиня, поменяла имя и приобрела новую суть.

Греки эту Венеру — Венеру первой станции — называют Мойрой или Кифереей. Римляне именуют ее Промыслительницей или Фортуной. А мне самым точным и правильным представляется имя Фата.

Ибо отныне Венера стала богиней судьбы — той самой Единой Мойрой, о которой пишет Гомер, той Старшей Богиней, которой поклонялись в древних Афинах.

Венера Фата стала первой судьбоносной богиней. А те мойры или парки, о которых мы вспоминаем, — Лахесис, назначающая жребий еще до рождения человека, Клото, прядущая нить нашей жизни, Атропос, неотвратимо приближающая будущее и прерывающая наше земное существование, — этих знакомых нам богинь Венера Фата породила из себя и поставила себе служанками, потому что некому было ей прислуживать на острове Кифера.