Непростительный 1941. "Чистое поражение" Красной Армии - Руслан Иринархов

Бои с переменным успехом продолжались и за захваченный противником плацдарм в районе Дубоссар, где его части продвинулись в районе Погребы на рубеж отм. 148,4. Некоторого успеха добились части 30-й стрелковой дивизии, которые выбили противника из с. Кучеер. Но это обстоятельство на общую обстановку не влияло.

Недовольный действиями войск Юго-Западного и Южного фронтов, главком Юго-Западного направления маршал Буденный направил в войска директиву № 024/оп[364]:

КОМАНДУЮЩИМ ЮГО-ЗАПАДНЫМ И ЮЖНЫМ ФРОНТАМИ

1. Изучая опыт боевых действий последних дней, усматриваю почти полное отсутствие маневренности со стороны наших войск.

2. Наступление обычно ведется фронтально, в лоб на огневые средства врага.

3. До сего времени отсутствует стремление проникать в промежутки и атаковать противника во фланг и тыл.

4. Как в наступлении, так и в обороне у командиров нет стремления уничтожать противника по частям, начиная с мелких подразделений: взводов, рот и батальонов.

5. Боевых действий ночью почти не ведется, а между тем, в условиях прерывчатого фронта и наличия танковых частей у противника, боевые действия ночью должны найти особо широкое применение.

6. В обороне при атаках противника прорванные боевые порядки вместо организации борьбы с танками чисто откатываются назад и, есть случаи, оставляют артиллерию.

7. Совершенно слабое применение находят минометы, командиры, видно, еще не осознали боевой мощи этого оружия.

8. При вводе в бой вновь прибывших соединений и частей командиры и комиссары не принимают мер, обеспечивающих боевую устойчивость свежих войск.

9. Приказываю вам эти мои замечания довести до командиров полков включительно, потребовать от старших начальников непосредственно в боевой обстановке учить войска…

Главнокомандующий войсками Юго-Западного направления

Маршал Советского Союза Буденный

Член Военного совета

Хрущев

Начальник штаба Юго-Западного направления

генерал-майор Покровский.

Анализируя полученные за 27 июля данные из войск, разведотдел фронта сделал вывод[365], что противник, сковывая наши соединения активной обороной на уманском направлении, стремится прорваться из района Гайсин на восток и выйти во фланг и тыл группировке войск, действующей севернее и северо-западнее Умань, Христиновка. Можно также ожидать активных действий противника из района Лисянка, Виноград, Чижовка (все пункты южнее Тараща) в южном направлении. А упорной обороной на котовском направлении противник преследует цель не допустить восстановления единого фронта обороны 9-й и 18-й армий, обеспечивая себе возможность ввода в этот разрыв подвижных сил для прорыва к Южному Бугу.

Подтверждением этого вывода являлся факт обнаружения скопления большого количества частей и подразделений противника разных родов войск в районе Стратеевка, Саражинка, Барсуки, Обжила, Евтодия, Чернече, Ухожаны, Волово, Демовка, Любомирка, Перейма, Укожаны, Смолянка, Обжила.

Вечером генерал Тюленев вновь потребовал от командующих 18-й и 9-й армиями ликвидировать разрыв на стыке их войск. Для усиления удара предназначались 130-я и 169- я стрелковые дивизии, которые в ночь на 28 июля сосредотачивались в районе Ольгополь и во взаимодействии с частями 164-й стрелковой дивизии наносили удар в общем направлении на Балту.

Одновременно частями 2-го кавалерийского корпуса планировалось осуществить охват противника с юго-востока, не допустив его прорыва в первомайском направлении, а другими соединениями 9-й армии продолжать бои по разгрому кодымской группировки войск противника. Удар должна была поддержать фронтовая авиация, выполнив для этого не менее шести полковых вылетов[366].

Учитывая сложную обстановку в полосе обороны его войск, Военный совет Южного фронта обратился к главкому направления за разрешением на отвод армий на новые оборонительные рубежи с одновременным усилением состава войск 5 стрелковыми и 2–3 авиационными дивизиями. Но маршал Буденный сам решить этот вопрос не мог. Обосновав просьбу на отвод войск убедительными фактами, главком вышел на Ставку с предложением отвести правое крыло Южного фронта последовательно на следующие рубежи: к 30.7 — Христиновка, Гайворон, Слободка, Рыбница; к 2.8 — Звенигородка, Умань, р. Синица, Ананьев, Гояны; к 4.8 — р. Синюха, Первомайск, Троицкое, Григориополь. Одновременно маршал просил усилить Юго-Западное направление истребительной и штурмовой авиацией, танками[367].

Это было бы наиболее целесообразное решение, так как оборона войск Южного фронта была прорвана в нескольких местах и трещала по швам, и только организованный и планомерный отвод войск мог спасти положение. Да и силы 26-й армии и 2-го механизированного корпуса были не безграничны, в боях по оказанию помощи группе войск генерала Понеделина они понесли уже значительные потери.

Но Ставка ВГК, с целью недопущения глубокого прорыва противника на стыке войск Юго-Западного и Южного фронтов, 28 июля разрешила отвод правого крыла Южного фронта только на рубеж Шпола, Терновка, Балта, Рыбница (некоторые участки этого рубежа уже находились в руках врага. — Р.И.), где прочно закрепиться; за счет вновь формируемых дивизий (не менее четырех) и отходящих частей 6-й и 12-й армий создать сильную группу резервов, сосредоточив ее в районе Черкассы, Кировоград, Кременчуг. Силами этих войск подготовить и осуществить удар на стыке Юго-Западного и Южного фронтов в общем направлении Черкассы, Винница[368].

Командованию Юго-Западного фронта приказывалось приостановить отход 26-й армии, провести необходимую перегруппировку сил и нанести удар навстречу 6-й и 12-й армиям. Для обеспечения левого фланга 26-й армии на участок Стеблев, Смильченцы выдвигалась пополненная 212-я моторизованная дивизия. Но этот удар значительно запоздал, его удалось нанести только 7 августа, когда уже и помогать было некому.

В директиве указывалось, что командование Южного фронта в своих действиях не стремится к собиранию резервов для нанесения мощных контрударов, в результате войска оказывали врагу пассивное сопротивление, что приводило к осложнению обстановки на различных участках фронта.

И это указание сразу нашло свое отражение в боевом распоряжении командующего Южным фронтом, который приказал вывести во фронтовой резерв боеспособную 51-ю стрелковую дивизию, перебросив ее к утру 30 июля на автотранспорте в район Ананьева. Одновременно ослабленная 95-я стрелковая дивизия передавалась в состав Приморской армии[369].