Сталинские коммандос. Украинские партизанские формирования 1941-1944 - Александр Гогун

Не только форма, но и содержание текстов было зачастую весьма специфическим.

По национальному вопросу — сильной стороне советской системы — периодически делались огрехи. В 1942 г. в составленной на русском языке листовке к населению Украины «О славе русского оружия», восхвалялось 26-летие Брусиловского прорыва, и в панегирических тонах воспевались победы русской императорской армии^[918]. Лектор ЦК КП(б)У Кузьма Дубина обнаружил в отряде им. Шевченко соединения Бегмы «политически вредную» листовку за июль 1943 г. «Воззвание к донским казакам»: «“Казаки! Мы предлагаем вам подумать о прошлом русского народа”. Дальше говорится о “русском государстве”, о борьбе “русского народа”, но не говорится ни слова о борьбе советского народа (русских, украинцев, белорусов и т. д.). Люди не учли, что они работают в районах, где действуют бульбовцы (Ровенская область), изливающие потоки лжи о “московских агентах” и проч. И такой тон листовки, безусловно, в данной конкретной обстановке кроме вреда ничего не дает»^[919].

Не совсем точным представляется и утверждение группы американских специалистов о том, что «в сущности, поведение немцев соответствовало стереотипам, распространяемым партизанской пропагандой»^[920].

Во-первых, был утрирован антиславянский расизм национал-социалистов. Это делалось для того, чтобы создать у мирных жителей впечатление, что все поголовно будут вскоре уничтожены захватчиками. В частности, главе Третьего Рейха партизанские агитаторы постоянно приписывали слова, которых он не говорил. Процитируем их по листовке соединения Алексея Федорова: «Бандит, кровопийца, людоед Гитлер в своей безумной программе писал: “Для того, чтобы создать великую германскую империю, чтобы завоевать весь мир, нужно самое главное: вытеснить и уничтожить славянские народы — русских, поляков, чехов, словаков, болгар, украинцев, белорусов. Для достижения этой цели необходимо врать, предавать, убивать”»^[921]. Спустя полгода аналогичная мысль приводилась в другом подобном материале — на сей раз Житомирского соединения: «Проклятый пес — Гитлер, приказал своей банде: “.Убивай русских, поляков, украинцев и других славян. За это несу ответственность я, а поэтому убивай, убивай и убивай”»^[922]. Через некоторое время сабуровские агитаторы конкретизировали мысль: «Гитлеровские гады выполняют чудовищный приказ своего взбесившегося кривого Гитлера о поголовном истреблении всего белорусского и украинского народов»^[923].

Во-вторых, партизанская пропаганда полностью игнорировала Холокост, несмотря на то, что количество жертв этой репрессивной акции в Украине значительно превышало число убитых в ходе «пацификации» сел в рамках «антипартизанских» операций оккупантов. Можно предположить, что «народные мстители» учитывали антисемитские настроения значительной части населения Восточной Европы и предполагали, что акцент на юдофобии гитлеровцев может выставить партизан в глазах украинцев и других славян «защитниками евреев». При этом, например, жестокость УПА в расправах над польским населением постоянно использовалась советскими агитаторами в антибандеровской пропаганде.

В-третьих, несколько преувеличивался масштаб и жестокость колонизаторских планов Третьего Рейха. В одном из воззваний 1942 г. красные агитаторы договорились до того, что Гитлер решил послать на Украину 25 млн колонистов^[924], т. е. треть населения Германии. В листовке сабуровского соединения середины 1942 г. наличествовали явно сомнительные цитаты: «Министр фашистской германии Дарре заявил: “.Надо, чтобы культивируемые земли перешли в руки класса германских господ. На всем восточном пространстве лишь немцы имеют право быть собственниками имений. Страна, населенная чужой расой, должна быть страной рабов”. У одного убитого немецкого офицера было найдено такое письмо: “Дорогой Фриц! Сын господина Решмера уже закрепил за собой поместье — полторы тысячи га. Меня привлекает Подолия. Я бы хотела там свить гнездышко. Надеюсь, что и наше будущее имение будет не меньше. Заранее тебе благодарна. Твоя Эльза”»^[925].

Четвертым направлением «клеветы на немецко-фашистский строй» являлось принижение военного искусства германских полководцев путем баснословного раздувания потерь Вермахта. В частности, в 1942 г. во время летних поражений Красной армии сабуровцы заявили, что «за три месяца активных боевых операций этого года с

15 мая по 15 августа 1942 года немцы потеряли 1 миллион 250 тысяч солдат и офицеров, из них убитыми не менее 480 тысяч солдат и офицеров»^[926]. В ноябре 1942 г. в агитации «лесных солдат» можно найти такую «статистику»: «Дорогие братья и сестры. За 16 месяцев войны немцы потеряли свыше 12 миллионов солдат и офицеров. Германия истекает кровью, ее людские резервы иссякают»^[927]. Эта аляповатая ложь попадала и в листовки, обращенные к венгерским и словацким охранным частям^[928]. Понятно, что позитивно это не могло сказываться на результате агитации хотя бы с той точки зрения, что немецкие пропагандисты по крайней мере до конца 1942 г. сообщали в целом корректные данные о потерях Вермахта и Красной армии.