Ганнибал у ворот! - Ганнибал Барка

(5) После переправы на плотах оставшийся путь был для Фульвия уже легок: не только в городах, но и вдоль дороги были заботливо сложены съестные припасы; солдаты шли бодро, уговаривая друг друга прибавить шагу – идут ведь защищать родной город.

(6) Гонец из Фрегелл шел днем и ночью; вести, принесенные им, ужаснули Рим. Их разнесли по городу, добавляя к услышанному пустые выдумки, которые еще сильнее переполошили всех.

(7) Женский плач слышался не только из домов; женщины высыпали на улицы, бегали из храма в храм, обметали распущенными волосами алтари и, (8) стоя на коленях, воздевая руки к небу, молили богов вырвать Город из вражеских рук, избавить от насилия матерей-римлянок и маленьких детей.

(9) Сенаторы находились на форуме; каждый из должностных лиц мог в любую минуту к ним обратиться: одни получали распоряжения и отправлялись исполнять свои обязанности, другие спрашивали, нет ли какого-нибудь поручения. В крепости, на Капитолии, по стенам, вокруг города, даже на Альбанской горе и в Эфуле^[646], в крепости, поставили охрану.

(10) Среди всей этой тревоги донесли: проконсул Квинт Фульвий выступил с войском из Капуи. Дабы власть его не была умалена по прибытии в город, сенат постановил приравнять власть Квинта Фульвия к консульской. (11) Ганнибал в отместку за разрушение моста жестоко опустошил область Фрегелл и через области фрузинатов, ферентинцев и анагнийцев^[647] дошел до Лабиканских земель^[648].

(12) Оттуда он направился через гору Альгид к Тускулу^[649]. Город его не принял, и он спустился вниз правее, в сторону Габий, затем пошел в Пупинию^[650] и стал лагерем в восьми милях от Рима. (13) Чем ближе подходил неприятель, тем больше беженцев гибло от рук нумидийцев, шедших впереди, тем больше брали в плен людей всякого звания и возраста.

10. (1) Среди этого смятения Фульвий Флакк вошел с войском в Рим через Капенские ворота, направился через центр Города и Карины^[651] к Эсквилину и расположился лагерем между Эсквилинскими и Коллинскими воротами^[652]. Плебейские эдилы доставили туда продовольствие; консулы и сенаторы прибыли в лагерь, (2) где совещались о важнейших государственных делах.

Постановлено было, что консулы ставят свои лагери около Коллинских и Эсквилинских ворот, городской претор Гай Кальпурний начальствует в Капитолии и крепости, сенат в полном составе собирается на форуме – вдруг понадобится что-то немедленно обсудить. (3) Тем временем Ганнибал подошел к реке Аниен и стал в трех милях от Города.

Расположившись лагерем, он с двумя тысячами всадников проехал до Коллинских ворот и до самого храма Геркулеса^[653]. Он разглядывал совсем вблизи стены и расположение Города (4) с такой дерзкой беспечностью, что Флакк не выдержал и выслал всадников с приказом отогнать врага назад в его лагерь.

(5) Когда сражение завязалось, консулы приказали, чтобы нумидийцы-перебежчики, стоявшие тогда на Авентине числом до тысячи двухсот человек, прошли через Город на Эсквилин; (6) сочтено было, что никто лучше них не сумеет драться среди лощин, огородных изгородей, гробниц и дорог, идущих оврагами. Люди, увидев из крепости и с Капитолия, как конные нумидийцы спускаются по Публициеву взвозу^[654], закричали, что Авентин взят.

(7) Началось смятение, беготня; не будь сразу за Городом карфагенского лагеря, перепуганная толпа высыпала бы из Рима, а теперь, укрываясь в домах и постройках, люди стали бросать камни и дротики в проходящих сограждан, принимая их за врагов. (8) Успокоить смятение и объяснить ошибку было невозможно: улицы были переполнены стадами скота и селянами, которых неожиданная, страшная беда гнала в Город.

(9) Конное сражение было успешно; врага отбили. И поскольку то тут, то там по пустякам возникала напрасная тревога и приходилось людей успокаивать, постановлено было, чтобы все бывшие диктаторы, консулы и цензоры получили военную власть на время, пока враг не отойдет от городских стен. (10) Остаток дня и следующая ночь были тревожны, но пустые тревоги были рассеяны.

11. (1) На следующий день, перейдя Аниен, Ганнибал вывел в боевом строю все войско; Флакк и консулы от сражения не уклонились. (2) Оба войска приготовились к битве – наградой победителю был бы Рим, – как вдруг хлынул ливень с градом; солдаты, чуть не побросав оружие, укрылись в лагере, но вовсе не из страха перед врагом.

(3) И на другой день войска, выстроившиеся на том же месте, заставила разойтись такая же буря, но стоило солдатам укрыться в лагере, наступила удивительно ясная и тихая погода. (4) Карфагеняне сочли это знамением; слышали будто бы и слова Ганнибала: никак-де не овладеть ему Римом – то ума недостанет, то счастья.

(5) Надежду Ганнибала умалили еще два обстоятельства: одно неважное, другое важное. Важное состояло в том, что, пока сам он сидит с войском под стенами Рима, в Испанию отправилось пополнение римскому войску; неважное – в том, (6) что, как узнал он от какого-то пленного, поле, где он стоит лагерем, только что продано, да еще без всякой скидки.

(7) Выходит, в Риме нашелся покупатель на землю, которую он, Ганнибал, захватил, которой владеет. Он так возмутился, что тотчас же вызвал глашатая и велел ему объявить: продаются лавки менял, расположенные вокруг римского форума.