Орел пустыни - Джек Хайт

– Ерунда. – Он повысил голос. – Ко мне! Ко мне! Продолжайте сражаться.

– Это не имеет смысла, мой господин. Ваша армия бежала. Вам необходимо отступить.

– Я не позволю этим собакам одержать надо мной победу, – зло выкрикнул Нур ад-Дин.

Юсуф посмотрел в глаза своему господину.

– Они уже одержали победу, малик. Не позволяйте им еще и убить вас.

Плечи Нур ад-Дина поникли.

– Хорошо, – прошептал он, но не пошевелился. Казалось, владыка разом лишился сил.

Юсуф оглянулся на приближающуюся лавину пехоты франков, до которых оставалось всего пятьдесят ярдов. Один из солдат метнул копье, и оно вонзилось в землю рядом с лошадью Юсуфа. Другие останавливались и готовились стрелять из луков. Юсуф снова повернулся к Нур ад-Дину:

– Вы должны ехать, малик! – Он схватил поводья лошади Нур ад-Дина и пришпорил своего скакуна, увлекая за собой короля.

Охрана тут же окружила их со всех сторон. Они не успели далеко отъехать, когда рядом начали падать стрелы. Одна ударила в бок скакуна Юсуфа, животное споткнулось и сбросило его на землю. Юсуф перекатился и вскочил на ноги. Нур ад-Дин тут же остановился, не обращая внимания на дождь стрел, падавших вокруг него на землю.

– Скачите быстрее! – закричал ему Юсуф, но король не пошевелился. – Каракаш, Эль Маштуб! Уведите его отсюда! Мы задержим их, чтобы вы могли спастись.

– Да хранит тебя Аллах, Юсуф! – крикнул Каракаш, схватил поводья лошади Нур ад-Дина и галопом поскакал прочь.

Юсуф повернулся к франкам.

– Вперед! – закричал он и помчался в сторону врага. – За ислам! За Нур ад-Дина!

* * *

– Кровь Христова! Он сошел с ума, – прошептал Джон.

Отступающая мусульманская армия мчалась мимо него, а он сидел верхом на своем коне на вершине невысокого холма, наблюдая, как Юсуф и дюжина мамлюков атаковала тысячи франков. Наконец они сошлись, и некоторое время отряд Юсуфа держал строй. С такого расстояния мамлюки в темных кольчугах выглядели как стальной клинок, глубоко вошедший в ряды франков, пешие солдаты в легких доспехах расходились вправо и влево, пропуская воинов мусульман. Потом наступление замедлилось, упал один мамлюк, за ним второй и третий. Вскоре их строй поглотило войско франков.

Джон стиснул зубы, и его охватила ослепляющая ярость, лишавшая способности думать. Он обнажил меч, пришпорил коня и галопом помчался вниз по склону холма мимо отступающих сарацин. Конные рыцари франков прекратили преследование и принялись грабить мертвецов. Джон скакал мимо них, не останавливаясь, в сторону пехоты франков. Их наступление также остановилось.

Когда Джон подскакал ближе, свозь поднявшуюся в воздух пыль он увидел, что Юсуф все еще жив. Он остался с четырьмя мамлюками, и вокруг них образовалось свободное пространство.

Христиане стояли спиной к Джону; они развлекались с Юсуфом и его людьми, неспешно атакуя их длинными копьями. Двое солдат обернулись, услышав стук копыт, но было поздно. Одного лошадь Джона отбросила в сторону, другой рухнул под ее копыта. Джон рубил направо и налево, пробиваясь сквозь ряды пехотинцев.

– Юсуф! – крикнул он, когда миновал последних франков.

Его лошадь продолжала скакать вперед, и Джон, не останавливаясь, схватил Юсуфа за руку и одним движением забросил в седло себе за спину. Они вместе сбили еще нескольких франков, собравшихся с противоположной стороны. Лошадь продолжала мчаться вперед, Джон рубил всех, кто оказался справа, а Юсуф – слева. Однако франки подбирались все ближе. Джон почувствовал, как по его кольчуге скользнул меч, еще один удар пришелся в бедро, он получил болезненную рану. Затем что-то врезалось в шлем, и перед глазами у него заплясали искры. Он взревел и нанес слепой удар. А потом они оказались на свободном пространстве, лошадь Джона продолжала галопом нестись вперед.

– Ты спятил? – закричал ему Юсуф в ухо.

– Ты мой друг, и я не позволю тебе умереть в одиночестве. – Джон оглянулся через плечо и увидел, что их преследует дюжина франков.

Но они отстали на пять ярдов, потом на десять и остановились.

– Мы ушли! – воскликнул Джон.

Но тут один из франков метнул копье. Он промахнулся, но следующее ударило в бок лошади Джона. Животное споткнулось и упало, однако Джон и Юсуф успели соскочить в сторону, чтобы лошадь их не придавила.

Они встали и увидели, что солдаты вновь к ним бегут.

– От всех нам не убежать, – сказал Джон.

– Тогда мы умрем, сражаясь.

– Нет, я обязан тебе жизнью, Юсуф. Пришло время отдать долг.

Юсуф покачал головой:

– Я останусь с тобой.

– Спасайся! – Джон толкнул Юсуфа в сторону отступающей армии мусульман. – Проклятье, беги!

Затем Джон повернулся и побежал навстречу франкам. Он в последний момент сделал шаг в сторону, уходя от копья первого, и нанес удар ему в горло. Второй атаковал с булавой в руках, Джон увернулся, ударил противника по ногам, и тот рухнул как подкошенный. Следующие два рыцаря пошли в наступление одновременно. Один направил свой меч ему в грудь, второй – в голову. Джон парировал первый удар, увернулся от второго и всем телом врезался во франков. Оба упали, и он вонзил первому меч в грудь, но не успел вытащить клинок. Второй поднялся на колени с мечом в руке, и Джон ударил его кулаком в челюсть. Глаза франка закатились, и он рухнул на землю. Джон подхватил его меч и увидел, что остальные франки окружили его со всех сторон.

– Ну, давайте, – прорычал он, поднимая меч. – Попробуйте меня взять, ублюдки!

Один из франков бросился вперед, но в последний момент остановился. Джон сделал шаг в его сторону. И в этот момент что-то ударило его сзади по затылку, и все вокруг почернело.

* * *

Юсуф продолжал бежать мимо остатков армии Нур ад-Дина. Некоторые пехотинцы несли своих товарищей или помогали идти тем, кто получил ранения в ноги. Другие шли поодиночке, опустив головы. Конные мамлюки ехали мимо них, глядя в пустоту и ошеломленные поражением. Из последних сил Юсуф заставил себя бежать дальше, пока не добрался до небольшого ручья, где остановилась армия, чтобы разбить лагерь и посчитать потери. Юсуф опустился на колени на берегу и начал пить воду пригоршнями.

– Юсуф!

Он поднял голову и увидел Ширкуха. Они обнялись.

– Рад встрече, дядя, – сказал Юсуф.

– Взаимно, я уже подумал, что мы тебя потеряли, молодой орел. Пойдем, я отведу тебя к Нур ад-Дину.

Они перешли ручей и направились к шатру. Внутри, на складном стуле, закрыв лицо руками, сидел Нур ад-Дин. Он снял рубашку, и лекарь зашивал рваную рану у него на плече.

– Я строил мечети и школы, помогал бедным, – бормотал Нур ад-Дин. – Почему Аллах меня наказывает?

– Мой господин, – сказал вошедший Юсуф.