Путешествия. Дневники. Воспоминания - Христофор Колумб

Адмирал приказал направить корабли на юго-запад, к Канарским островам. В следующую среду, т. е. 2 октября, он бросил якорь у Гран-Канарии, главном из всех семи островов Канарского архипелага. Но он не пожелал остаться здесь, и поэтому в полночь велел снова поднять паруса, и в субботу, 5 октября, пришел к острову Гомере, где пробыл два дня. Эти дни он использовал для того, чтобы возможно быстрее добыть для флотилии скот, который закупали люди, посланные на берег, и сам адмирал. Приобретали же они телят, коз и овец.

И люди его, кроме того, купили восемь свиней по цене в 70 мараведи за каждую…^[226] и это были те семена, которые дали начало всем кастильским культурам, что здесь ныне имеются, а также и огурцам, дыням, лимонам, апельсинам и прочим видам овощей и фруктов. На Гомере запаслись водой, дровами и свежей провизией для всей флотилии. Здесь же адмирал вручил всем пилотам запечатанные инструкции, в которых указаны были маршруты плаванья к земле короля Гуаканагари, где в крепости, заложенной адмиралом, осталось 38 христиан.

Адмирал приказал пилотам ни при каких обстоятельствах не распечатывать инструкцию. Только в том случае, если из-за дурной погоды их корабли отстали бы от флотилии, пилоты получали право распечатать инструкцию, чтобы узнать, каким путем следует им плыть дальше. Но при любых других обстоятельствах подобное не дозволялось, потому что адмирал не желал, чтобы кто-нибудь узнал об этом пути, опасаясь, как бы не проведал о том португальский король.

В понедельник, 6 октября, адмирал приказал всей флотилии поднять паруса. Он прошел мимо острова Иерро, который расположен близ Гомеры и является самым западным среди Канарских островов. Направившись оттуда своим путем, он отклонился к югу больше, чем во время первого путешествия^[227], когда шел открывать [новые земли]. До 24 числа того же месяца адмирал, по его предположению, прошел 450 лиг.

Однажды на корабль залетел жаворонок (golondrina), и немного спустя [небо] стало покрываться тучами и начались ливни. Адмирал предположил, что подобное изменение [погоды] могло произойти только потому, что где-то вблизи есть земля. И поэтому он приказал убрать некоторые паруса, а всем, отбывающим вахту, быть в ночную пору особенно бдительными.

[Открытие малых Антильских островов и Пуэрто-Рико]

В воскресенье, 3 ноября, когда рассвело, вся флотилия увидела землю. И так велика была всеобщая радость, как будто перед моряками разверзлись небеса; земля эта была островом, который адмирал назвал Доминикой, потому что открыл он его в воскресный день^[228].

Затем справа от Доминики замечен был еще один остров, и показались во множестве и другие острова. Все^[229] возблагодарили бога и пропели «Salve Regina», затем…^[230] стал доноситься с берега аромат цветов, которым все восхищались. Люди на кораблях видели бесчисленное множество зеленых попугаев, которые летали стаями, как дрозды, в определенное время года и, как обычно, попугаи оглашали воздух громкими криками.

Полагали, что от Гомеры до Доминики за 21 день пройдено было 750 лиг или лишь немногим больше^[231].

Казалось, что на восточном берегу Доминики не было удобной гавани, и поэтому адмирал направился к другому острову, второму по счету, которому он дал имя «Маригаланте», потому что так назывался корабль, на котором он плыл^[232].

Адмирал высадился на берег и от имени королей Леона и Кастилии принял эти земли в формальное владение, скрепив акт подписью нотариуса^[233].

Адмирал отправился оттуда на следующий день, в понедельник, и увидел другой большой остров, которому дал имя Гвадалупе^[234]. Корабли подошли к его берегам, и после того как была найдена удобная гавань, стали в ней на якорь.

Затем адмирал приказал отправить несколько лодок к берегу, чтобы осмотреть селеньице, которое виднелось неподалеку. Но моряки не нашли в нем никого, потому что все его обитатели бежали в лес, заметив корабли. Здесь впервые были встречены большие, словно петухи, попугаи, которые зовутся «гуакамайя».