История Византии - Джон Джулиус Норвич

Ситуация развивалась следующим образом. Конрад вместе с горсткой выживших после сражения при Дорилее немецких крестоносцев продолжил путь в компании французов в сторону Эфеса, где вдруг заболел. Мануил приплыл на корабле из Константинополя и отвез Конрада в столичный дворец, где его и выходили. Затем в марте 1148 г. Мануил предоставил Конраду корабли, которые должны были доставить его в Палестину. Французы же в это время осуществляли тяжелейший переход через Анатолию. Хотя Людовик и проигнорировал совет императора держаться побережья, он был склонен приписывать каждую новую стычку с тем или иным врагом византийскому вероломству, и в нем быстро развилось почти психопатическое чувство ненависти к грекам. В конце концов Людовик сел в Атталии на корабль, на котором и продолжил путь в Святую землю, предоставив своим воинам вести дальнейшие боевые действия так, как они посчитают нужным. Только к Пасхе 1148 г. разрозненные части некогда великого войска достигли Антиохии.

Но это было только начало. Алеппо, основное средоточие мусульманских сил, ныне управляемый сыном Зенги Нуреддином – еще более грозным и могущественным, чем отец, – являлся первоочередной целью крестоносцев, и Раймунд настойчиво склонял Людовика к тому, чтобы он незамедлительно повел наступление. Людовик ответил, что сначала должен помолиться у Гроба Господня. В это время королева Элеонора, чьи отношения с Раймундом вышли за рамки дружеских, заявила о намерении остаться в Антиохии и добиваться развода с Людовиком. Тот, не обращая на это внимания, повез ее в Иерусалим – они прибыли туда в мае, вскоре после Конрада. Элеонора, появляясь на людях вместе с французским королем, выглядела подавленной и не размыкала уст. Там они пробыли до 24 июня, когда состоялось общее собрание крестоносцев, на котором было вынесено решение о согласованной атаке на Дамаск – центр единственного крупного арабского государства, враждебного Нуреддину, а потому являвшегося потенциальным союзником христианских сил. Атакуя его, они толкали арабов в объятия Нуреддина, обеспечивая, таким образом, собственное поражение. Подойдя к Дамаску, рыцари обнаружили, что его стены очень прочны, а защитники города настроены весьма решительно. 28 июля, всего лишь через пять дней после начала похода, крестоносцы отступили. Некогда славная армия проиграла всю кампанию после четырех дней боев, не отвоевав ни пяди мусульманской территории.

Людовик не спешил возвращаться во Францию. Его жена была решительно настроена разводиться, и короля страшили сопутствующие этому делу треволнения. 8 сентября Конрад сел на корабль, направлявшийся в Фессалоники, и оттуда император уже во второй раз доставил его в Константинополь. К этому времени оба они уже стали близкими друзьями. Мануил был очарован западной культурой, Конрад же, со своей стороны, совершенно подпал под обаяние принимавшего его хозяина дворца. На Рождество в этом же году племянница Мануила Феодора вышла замуж за брата Конрада Генриха, герцога Австрийского, и оба правителя договорились в ближайшее время организовать поход в Южную Италию. Достижения этой военной кампании были невелики, но она стала единственным положительным результатом Второго крестового похода, во всех остальных отношениях явившегося позором для христианского мира.

Распрощавшись с Конрадом, Мануил направился к своим войскам, находившимся вблизи острова Корфу, осада которого продолжалась уже на протяжении целой зимы. Но лишь в сентябре 1149 г. гарнизон сдался. Император предложил Конраду встретиться теперь в Италии, однако ему пришлось ждать, пока улучшится погода, а за это время пришло известие о крупном мятеже, поднятом сербами. Он также узнал, что Георгий Антиохийский привел флотилию из 40 судов к самым стенам Константинополя и даже прошел еще некоторое расстояние вверх по Босфору, разграбив ряд богатых вилл на побережье и вдобавок нахально выпустив несколько подожженных стрел в сад, разбитый перед дворцом. Это явилось оскорблением, которое император никогда уже не сможет забыть. Однако сербское восстание представлялось делом гораздо более серьезным, особенно если, как предполагал Мануил, за ним стоял король Сицилии. Император не знал, что Рожер организовал подобный же заговор против Конрада, профинансировав союз немецких князей, возглавляемый графом Баварским Вельфом, заявившим о себе как о серьезном сопернике германского короля в борьбе за императорский трон. Таким образом, король Сицилии противостоял двум союзным империям, фактически сковав действия обеих. Беспринципный авантюрист по меньшей мере являлся достойным противником.

Между тем 29 июля 1149 г. Людовик и Элеонора прибыли морским путем в Калабрию из Палестины и направились далее в Потенцу, где их ожидал Рожер. Совсем недавно Людовику довелось встретиться с греческими пиратами, в результате чего он потерял нескольких приближенных и почти весь багаж, и король почти совершенно убедил себя в том, что единственный, кто несет ответственность за провал Крестового похода, – это Мануил Комнин. И он с полной готовностью воспринял предложение короля Сицилии о создании союза против Византийской империи. Рожер заявил, что разделяет мнение Людовика о том, что Мануил заранее выдал туркам всю информацию о Крестовом походе – который, таким образом, был обречен еще с самого начала. Следовательно, нужно обязательно уничтожить Мануила. Тогда и только тогда они могли начать победоносный третий поход, с тем чтобы загладить позор второго.

Это предложение было глубоко лицемерным. Короля Сицилии нимало не беспокоили христиане Отремера. Рожер в гораздо большей степени предпочитал арабов, которые составляли значительную часть сицилийского населения и занимали большинство чиновничьих постов в его королевстве, да и на арабском языке он говорил превосходно. Однако у него были притязания на Антиохию и Иерусалим; да и если бы Рожер не предпринял активных действий против Мануила, то император сам бы пошел в наступление против него.

Когда Людовик отправился в Тиволи, чтобы разузнать мнение папы, Евгений выказал полное равнодушие: он не хотел усиливать позиции вредоносного Рожера. Но другие ведущие клирики, включая Бернара Клервоского, проявили энтузиазм по поводу этого начинания. После того как король вернулся в Париж, главным поборником нового Крестового похода стал Сугерит, аббат Сен-Дени.

План провалился из-за Конрада. Он имел сильные подозрения, что Рожер финансировал Вельфа Баварского. А императору Мануилу Конрад доверял и не хотел разрушать их союз.

В 1150 г. был разгромлен Вельф, а в следующем году той же участи подверглись сербы и венгры. Наконец-то вооруженные силы двух империй могли двинуться в Южную Италию. Поддержку им пообещала Венеция. Даже папу Евгения союзникам удалось склонить на свою сторону. Для Рожера будущее начинало выглядеть все более мрачным.

Но 15 февраля 1152 г. Конрад умер в возрасте пятидесяти девяти лет в Бамберге. В последнем наставлении своему племяннику и преемнику Фридриху Швабскому – известному в истории под именем Барбаросса – содержался призыв продолжить его военно-политический курс. Фридриха не надо было об этом особо и просить. Но процесс престолонаследия не оказался гладким, и военные походы он решил на некоторое время отложить. В чем Фридрих расходился со своим дядей, так это в вопросе об отношениях с Византией. Сама мысль о том, чтобы делить с ней спорные земли Южной Италии – не говоря уж об их уступке, – была совершенно неприемлемой. Не прошло и года с момента его восшествия на престол, как он подписал с папой договор, в соответствии с которым отвергалась передача Византии какой бы то ни было итальянской территории.