Мир позавчера. Чему нас могут научить люди, до сих пор живущие в каменном веке - Джаред М. Даймонд

Религия с течением времени меняет свои функции в ходе исторического развития человеческих сообществ. Сегодня среди граждан западных стран две из древнейших функций в разной мере утратили свое значение или исчезли вовсе. Напротив, некоторые из важнейших современных функций едва ли существовали в малочисленных общинах охотников-собирателей и земледельцев. Четыре функции, сначала бывшие малозначимыми или несуществовавшими, достигли пика развития, а теперь снова угасают. Эти изменения функций религии с ходом ее эволюции сходны с изменениями функций многих биологических структур (таких как электрические органы рыб) и форм социальной организации при эволюции биологической.

Теперь я собираюсь обсудить то, что многими учеными рассматривается как семь главных функций религии, и задать вопрос: устареет ли в конце концов религия или выживет? А если выживет, то какие именно из ее функций поддержат ее существование? Я рассмотрю эти семь функций в порядке их предполагаемого возникновения и исчезновения в процессе социальной эволюции, начав с функций, имевших первостепенное значение в ранней человеческой истории, но менее заметных сейчас, а заканчивая теми, которых изначально не существовало, но которые обрели значение недавно или в настоящее время.

Исходной функцией религии было объяснение. Не обладающие научными знаниями традиционные народности предлагают объяснения всему, с чем сталкиваются, конечно не обладая провидческой способностью различить, какие объяснения современные ученые сочтут естественными и научными, а какие отнесут к религиозным верованиям в сверхъестественное. Для традиционных народов все это — объяснения, и те объяснения, которые впоследствии станут рассматриваться как религиозные, не составляют чего-то отдельного. Например, новогвинейские общины, в которых я жил, находят много объяснений поведению птиц, которые современный орнитолог счел бы точными и проницательными, — например, значения некоторых птичьих криков. В то же время они дают другие объяснения, которые орнитолог отметет как суеверия, например представление о том, что пение некоторых птиц — это голоса людей, превратившихся в птиц. Мифы о происхождении мироздания, подобные тем, что рассказывают сикари, или те, что содержатся в Книге Бытия и объясняют существование вселенной, людей и разнообразия языков, широко распространены. Древние греки, нашедшие правильные научные объяснения многих феноменов, ошибочно верили в богов как сверхъестественную силу, вызывающую восходы, закаты, приливы, ветра и дожди. Креационисты и большинство современных американцев рассматривают Бога как первопричину возникновения вселенной и ее законов и, таким образом, ее существования; Бог создал каждое растение и животное, включая человека. Однако я не уверен, что креационисты продолжают привлекать понятие бога для объяснения каждого восхода, прилива и порыва ветра. Многие миряне сегодня, продолжая считать Бога создателем вселенной и ее законов, полагают, что, будучи однажды созданной, вселенная функционирует с незначительным божественным вмешательством или без такового.

В современном западном обществе религия все больше уступает свою объяснительную функцию науке. Происхождение вселенной, как мы его представляем себе сегодня, объясняется Большим взрывом и последующим действием законов физики. Современное разнообразие языков больше не объясняется с помощью мифов о происхождении, таких как история вавилонской башни или рассказ сикари о разрыве лиан на акации, а рассматривается как исторический процесс изменения языков, что будет мной описано в главе 10. Объяснения восходов, закатов и приливов теперь предоставлены астрономам, а ветров и дождей — метеорологам. Птичьими песнями занимается этология, а происхождением каждого вида растений и животных, включая человека, — эволюционная биология.

Для многих современных ученых последним бастионом религиозного объяснения остается Бог-как-первопричина: науке, по-видимому, нечего сказать о том, почему вообще существует вселенная. С моего первого курса в колледже Гарварда в 1955 году я помню, как великий теолог Пауль Тиллих предложил гиперрациональным студентам дать научный ответ на простой вопрос: “Почему что-то существует, когда могло ничего не существовать?” Никто из моих соучеников не мог ответить на вопрос Тиллиха. Однако они в свою очередь могли бы возразить, что собственный ответ Тиллиха — Бог — есть всего лишь присвоение названия отсутствующему ответу. Ученые теперь работают над вопросом Тиллиха и предлагают некоторые решения.