Сталин. Кто предал вождя накануне войны? - Олег Козинкин

(Примечание. Здесь следует сделать важное пояснение. Не стоит так уж радоваться тому, как Н.Г. Кузнецов быстро довёл до своих подчинённых требование привести в боевую готовность вверенные им части — флоты, речные приграничные флотилии и, соответственно, авиацию, подчиняющуюся именно НКВМФ. Согласно донесению уполномоченного 3-го отдела 10-й смешанной авиадивизии Леонова от 27 июня, «На Пинском аэродроме, где дислоцируется 39-й СБАП, эскадрилья самолётов Пинской флотилии, которая не была рассредоточена, подверглась полному уничтожению противником… Основной причиной, послужившей большому количеству потерь самолётов на аэродромах, явилось то, что командование дивизии не рассредоточило матчасть самолётов. Кроме того, налёт был внезапным, и не была организована защита аэродромов от последующих налётов германской авиации после первого нападения.

Такой факт имел место в 39-м СБАП, где было 3 налёта. В результате рассеянности командования и отсутствия приказа действовать матчасть самолётов была уничтожена» (РГВА, ф. 9, оп. 39, д. 98, л. 243–249. Мельтюхов М. Указ. соч.).

Значит, к моменту налёта, к 3.30 утра 22 июня самолёты НКВМФ, размещённые на аэродроме 10-й сад ЗапОВО, не были приведены в боевую готовность, не были рассредоточены. Скорее всего, вина за это лежит на командовании этой дивизии. Ведь в данном случае команды должны были проходить через них. А ведь в своих воспоминаниях командир 10-й сад генерал Белов и писал, что по линии ВВС он получил приказ 20 июня о приведении в боевую готовность, а Павлов её отменил 21 июня! Но Белов ничего не написал о том, что он что-то получал насчёт самолётов Пинской флотилии в ночь на 22 июня. И насколько сегодня известно, авиация того же Черноморского флота, которая полностью подчинялась руководству ЧМФ, также не была приведена, как уверяет Кузнецов, в боевую готовность к моменту налёта немецкой авиации. А ведь Н.Г. Кузнецов уверяет, что всех предупредил чуть ли не к 1 часу ночи…)

А теперь смотрим, что делает Тимошенко далее. Он уже после начала войны, после 4.00, похоже, занимается прямой изменой?! Генерал Болдин, первый заместитель командующего ЗапОВО, показывает (Бет-дин И.В. Страницы жизни. М., 1961, гл. «Так началась война». Есть в Интернете):

«За короткое время в четвёртый раз вызывает нарком обороны. Докладываю новые данные. Выслушав меня, С.К. Тимошенко говорит:

— Товарищ Болдин, учтите, никаких действий против немцев без нашего ведома не предпринимать. Ставлю в известность вас и прошу передать Павлову, что товарищ Сталин не разрешает открывать артиллерийский огонь по немцам.

— Как же так? — кричу в трубку. — Ведь наши войска вынуждены отступать. Горят города, гибнут люди!

Я очень взволнован. Мне трудно подобрать слова, которыми можно было бы передать всю трагедию, разыгравшуюся на нашей земле. Но существует приказ не поддаваться на провокации немецких генералов.

— Разведку самолётами вести не далее шестидесяти километров, — говорит нарком.

…Настаиваю на немедленном применении механизированных, стрелковых частей и артиллерии, особенно зенитной. Но нарком повторил прежний приказ: никаких иных мер не предпринимать, кроме разведки вглубь территории противника на шестьдесят километров.

…В сложившейся ситуации я никак не мог смириться с мыслью о том, что действия, начатые германской армией против советских войск, являются провокацией, а не войной.

Наконец из Москвы поступил приказ немедленно ввести в действие “Красный пакет", содержавший план прикрытия государственной границы. Но было уже поздно. В третьей и четвёртой армиях приказ успели расшифровать только частично, а в десятой взялись за это, когда фашисты уже развернули широкие военные действия. Замечу, кстати, что и этот приказ ограничивал наши ответные меры и заканчивался такими строками: “Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить”…»

Болдин пишет, что утром всё же был отдельный приказ Москвы на вскрытие «красных пакетов» и соответственно на ввод в действие плана прикрытия. В 3-й и 4-й армии его получили и начали расшифровывать до начала боевых действий, а в 10-й «взялись за это, когда фашисты уже развернули широкие военные действия» (с 10-й связи не было после 2.00, и в Белосток посылали делегатов). Учитывая время на шифрование в штабе округа (минут 20–30), отправку и расшифровку в армиях (ещё минут 20–30) и на то, что «широкие боевые действия» немцев начались около 5.00 утра, можно с уверенностью сказать, что отдельный приказ ГШ на ввод плана прикрытия пришёл в округа около 4.00–4.30 часов 22 июня.

Болдин пишет, что был отдельный приказ Москвы после 4.00 о вскрытии «красных пакетов» и в этом приказе был пункт о том, что «никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить». Данный пункт даже у меня вначале вызвал некоторое смущение — была мысль, что Болдин смешал в одну кучу «Директиву № 1» и отдельный приказ ГШ на вскрытие пакетов с вводом планов прикрытия. И в книге «Кто проспал начало войны?» и было сделано такое предположение. Но в действительности это не так. Сначала в округа около 1.00 пришла «Директива № 1» с приказом приводить в боевую готовность «полная» все части западных округов с ПВО и ВВС. А когда нападение стало свершившимся фактом, в округа из Москвы после 4.00 отправили разрешение-приказ вскрывать «красные пакеты» и вводить в действие ПП.

Вполне нормальное поведение НКО и Генштаба. И Болдин так и написал: «Наконец из Москвы поступил приказ немедленно ввести в действие “Красный пакет", содержавший план прикрытия государственной границы». А потом посетовал что «и этот приказ ограничивал наши ответные меры и заканчивался такими строками: “Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить”…» То есть его удивило, что в приказе на вскрытие «красных пакетов» и на ввод плана прикрытия снова повторили положение из «Директивы № 1»: «д) Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить».

Однако резуны вслед за своим «гуру» уверены, что приказа на вскрытие «красных пакетов» и на ввод планов прикрытия из Москвы вообще не поступало, а Болдин путает и пишет именно о «Директиве № 1», в которой и был этот пункт: «Никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить». Их, видимо, смущает, что в разных приказах повторилось одно и то же указание. Но ведь Болдин прямо и написал, что и его удивило, что «и этот приказ» повторяет положение из Директивы № 1. Хотя на самом деле в подобном повторе нет ничего необычного.

Возникает вопрос, а какой номер у данной директивы Москвы на ввод планов прикрытия, если известен номер «Директивы № 1» от 22.20 21 июня, а в 7.15 подписали Директиву № 2? Резуны, которые твердят что ПП Москвой не вводились вообще (до 22 июня было рано, а после — поздно, и войска начали воевать по принципу «кому что в голову взбредёт»), начинают нервно хихикать, мол, у директивы Москвы после 4.00 на ввод планов прикрытия был номер «полтора».