Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР - Дмитрий Верхотуров

«Достижения пятилетнего плана представляют собой изумительное явление. Тракторные заводы Харькова и Сталинграда, автомобильный завод «АМО» в Москве, автомобильный завод в Н.-Новгороде, Днепровская гидроэлектрическая станция, грандиозные сталелитейные заводы в Магнитогорске и Кузнецке, целая сеть машиностроительных заводов на Урале, который превращается в советский Рур, – все эти и другие промышленные достижения во всей стране свидетельствуют, что, каковы бы ни были трудности, советская промышленность… растет и крепнет… Пятилетний план заложил основы будущего развития и чрезвычайно усилил мощь СССР».

Британский журнал «Round Table», июль 1932 года

В начале 1931 года, после штурма плановых заданий в течение особого квартала 1930 года, в строительных работах наметился решительный перелом. Стройки постепенно приближались к победному завершению. Достраивались корпуса новых машиностроительных заводов, начинался монтаж металлоконструкций перекрытий, настил полов, остекление корпусов и массовый завоз на стройки нового оборудования. Это была последняя стадия строительства заводов, после которых они выдавали свою первую продукцию и вступали уже в период освоения оборудования и достижения проектной мощности.

Стройки переходили из века бетона в век стали. Бетонные и каменные работы сменялись монтажными. Место кирпича и бетонного раствора заняли балки металлоконструкций, станины станков, место мастерка и лопаты занял клепальный молоток, электросварочная машина и гаечный ключ.

Давно подмечено, что большие начинания затягивают в себя людей, несмотря на все тяготы и сложности. Большое дело, особенно большая стройка, раз втянув в себя работника, уже не отпускает его от себя, и он в ответ на требования приложения еще больших сил для достижения результата, удесятеряет свою активность. Если один человек, втянувшись в какое-нибудь свое большое начинание, ведет его к концу, несмотря на надрыв и тяготы, то легко себе представить, как, насколько сильно большие стройки сталинской индустриализации втягивали в себя простых рабочих-строителей и руководителей. Этот эффект «большого дела» только возрастал в своей притягательной силе из-за того, что стройки были по-настоящему грандиозными и работали на них тысячи людей.

Когда строительство только-только начиналось, активность рабочих была далеко не на высоте, и характерного, как в то время говорили, пафоса стройки еще не было. Кругом были горы земли, выкопанные котлованы, грязь, горы стройматериалов, нехватка жилья, продуктов, огромные очереди в столовых и тяжелая усталость. С упадком настроения среди рабочих-строителей руководство стройки боролось как могло, добиваясь переменного успеха. Но когда начались бетонные работы, когда началась кладка стен и завод стал вырастать не по дням, а по часам, положение стало меняться. Рабочие почувствовали свою коллективную силу. То, что раньше казалось невозможным и неосуществимым, сейчас на их глазах делалось их руками.

Стала распространяться, но, правда, не моментально, убежденность в собственных силах, в преимуществах высокопроизводительного труда. Давала плоды долгая настойчивая агитация парторганизаций строек за форсированное строительство заводов. Многотиражки строек сыграли огромную роль в борьбе за темпы и ликвидацию прорывов. Это трудно как-то переоценить. Они, эти небольшие листки, делали из простого наемного рабочего сознательного участника очень большого и важного дела.

Когда заводы вошли в стадию активных и повсеместных бетонно-каменных работ, вредительство и проявления вражды к Советской власти стали постепенно сходить на нет. Теперь вести агитацию против стройки стало многократно труднее. Когда поднялись стены корпусов, они уже сами по себе были агитацией за продолжение работ, и даже самые закоренелые маловеры голосовали за увеличение темпов работ, за уменьшение сроков строительства, за встречные планы. В борьбе за стройки был достигнут решительный, коренной перелом.

Чем ближе дело подходило к окончанию строительства, тем больше был энтузиазм рабочих. Хотелось побыстрее закончить стройку, хотелось поставить рекорд в производительности труда и прославиться, хотелось премий и наград. Партия пустила в ход все способы поощрения, которые только были к тому моменту придуманы. За ударные стройки, за рекорды стали даже награждать орденами, приравнивая трудовое достижение к воинскому подвигу.

Пожалуй, ни одно строительство, ни один крупный завод не избежал штурмов в строительстве. Если в 1930 году штурмы объявлялись для того, чтобы хоть как-то выправить положение с безнадежно проваленными планами, то в 1931 году штурм предназначался для того, чтобы достроить и пустить завод в срок, а еще лучше – раньше срока! И ведь поддерживали штурмы, в них участвовали все строители, кроме больных, в них нередко участвовали люди, к строительству не имеющие никакого отношения: население рабочих поселков и городов, красноармейцы, учащиеся. Это, конечно, не считая комитетов партии и комсомола в полном составе. Энтузиазм был огромным.