Жизненный путь Христиана Раковского. Европеизм и большевизм: неоконченная дуэль - Мария Тортика (Лобанова)

Французский ученый Ланжевен, которому я показывал Ваш альбом, сделал одно замечание, которое интересно знать Вам, – а именно, что увлечение кубизмом – в прошлом – было для Вас не бесполезным для передачи выражения лиц.

Скоро я поеду в Москву. По обратном приезде надеюсь, что Вы будете у нас с Вашей супругой, и не только на приемах, но и так, запросто, чтобы можно было свободно покалякать».^[822]

Из этого примечательного письма видно, что дипломат отнюдь не был лишен художественных радостей и вкуса, не говоря уже о том, что он дружески общался с художником, все официальные сроки пребывания которого за границей давно миновали и который возвращаться в СССР не собирался. Анненков вспоминал, что он частным образом встречался с Раковским, который часто посещал его дома. Художник относил Раковского, вместе с Троцким, Радеком, Крестинским, к «подлинным интеллектуалам в отличие от большинства советских руководителей, культурный уровень которых был невысок».^[823]

Работая в Париже, Х. Г. Раковский продолжал поддерживать связь с Всесоюзным обществом культурных связей с заграницей, в частности с О. Д. Каменевой. С ней велась обширная переписка. В составе полпредства работали уполномоченные ВОКС, занимавшие одновременно посты первых секретарей, – вначале Н. С. Тихменев, а затем И. А. Дивильковский. В связи с назначением Дивильковского Каменева писала Раковскому: «К сожалению, я не видела тов. Дивильковского, как Вы рекомендовали, перед его отъездом в Париж и не могла с ним поговорить более или менее конкретно насчет работы во Франции по линии ВОКС. А между тем эта работа находится сейчас в такой серьезной стадии развития, что именно теперь нужно было бы приложить максимум усилий, чтобы вывести ее из первоначальной организационной формы».^[824]

Через полпредство в Париж ВОКС направлял многочисленные статьи и другие материалы для публикации во французских изданиях,^[825] причем Раковский со свойственным ему опытом, тактом и относительно малой по сравнению с другими советскими деятелями догматичностью следил, чтобы среди этих материалов не было откровенно пропагандистских, чтобы максимально позитивный имидж СССР формировался, по возможности, косвенно.

Важным направлением связей Х. Г. Раковского с ВОКС было содействие французским деятелям культуры в посещении СССР с целью реализации их творческих планов. Когда в начале 1927 г. в Харьков отправился секретарь французского Общества научного сближения с СССР Андре Мазон, побывавший перед этим в Москве и Ленинграде, О. Д. Каменева послала заместителю наркома просвещения Украины Я. П. Ряппо письмо, в котором, информируя, что Мазон имеет рекомендацию от Раковского к одному из тогдашних руководителей республики А. Я. Шумскому и что француз желает ознакомиться с работой научных учреждений СССР, просила поселить его в общежитии Дома ученых, так как ограниченные средства не позволяли ему жить в гостинице.^[826]

В июле 1927 г. ВОКС просил о предоставлении места в общежитии Центральной комиссии по улучшению быта ученых в Москве французскому специалисту по истории русской литературы Р. Мартелю, приехавшему для работы в архивах с рекомендацией Раковского.^[827]

Помощь французским культурным деятелям и институтам имела и другие разнообразные формы. Полпредство СССР в контакте с ВОКС снабжало их советскими научными и художественными изданиями и в свою очередь передавало просьбы советских организаций о присылке литературы. В январе 1926 г. полпредство передало большую партию русских и советских книг Институту славянских исследований в Париже.^[828] Обширная литература направлялась Обществу друзей русской книги.^[829] С просьбой предоставить ему советские издания для исследований по истории к Раковскому обратился редактор журнала «Енформасьон» Ж. Ансель, а полпред в свою очередь попросил об этом ВОКС и получил оттуда для Анселя издания Центр архива и Коммунистической академии, в частности книги по истории международных отношений, истории Франции и о мировой войне 1914–1918 гг.^[830] Летом 1926 г. в полпредство была послана первая книга серии «Запад и Восток», которую начал издавать ВОКС при участии французских общественных деятелей и посредничестве советского полпреда.^[831]

О движении литературы в другом направлении и о роли в этом Раковского свидетельствует, например, такое письмо председателя Биокосмической ассоциации в Париже Ф. Монье О. Д. Каменевой от 20 июля 1926 г.: «Следуя совету г. Раковского, посла СССР во Франции, которого я ознакомил с интернациональной биокосмической ассоциацией, организованной мною при участии нескольких ученых и представителей интеллигенции, посылаю Вам несколько экземпляров бюллетеня “Ла ви универсаль”».^[832]

Оказывалась поддержка и деятелям культуры других стран. Однажды в Париже Раковского посетили знаменитые американские актеры Мери Пикфорд и Дуглас Фербенкс, просившие содействия в посещении СССР. Их просьба была удовлетворена в срочном порядке.^[833]

Х. Г. Раковский содействовал, насколько это было возможно в условиях жесткой идеологической заданности гуманитарных наук в СССР и насколько это было в его силах, научным поискам ученых-историков. Осенью 1926 г. в Париже побывал профессор Евгений Викторович Тарле, который при содействии полпреда провел успешный розыск документов в архивах и обнаружил ценнейшие материалы, связанные с заговором Гракха Бабёфа во время Французской революции конца XVIII в., а также по истории французского рабочего класса.^[834] Он нашел, в частности, совершенно неизвестные материалы о восстании в Лионе в 1834 г. Вскоре появились статья, а затем и книга с использованием этих материалов.^[835]