1941. Пропущенный удар. Почему Красную Армию застали врасплох? - Руслан Иринархов

Повсюду раздавались выстрелы орудий, на поле загорались все новые и новые костры, горело множество танков и бронемашин. Все поле заволокло дымом и пылью, невозможно было что-то рассмотреть в этом мраке, но противники искали и находили друг друга, и опять к небу поднимался дымно-огненный факел от горящей машины. Отважно сражались танкисты батальонов майора М.А. Бандурко и капитана Ф.И. Лысенко, поддержанные своими боевыми друзьями.

Враг не выдержал удара советских танкистов и отошел к Видомле. Но он и не думал уступать поле боя. Вскоре появилась вызванная на помощь по радио авиация. Группы самолетов начали непрерывно наносить удары по боевым порядкам 30-й танковой дивизии, заставив ее остановиться и перейти к обороне. Прикрытия истребителей не было, а слабые зенитные подразделения не могли справиться с атакующими со всех направлений вражескими самолетами. Да к тому же танковые подразделения противника стали обходить фланги частей полковника Богданова, создавая угрозу их полного окружения.

В течение всей второй половины дня части дивизии сдерживали наступление противника огнем с места, предпринимая неоднократные контратаки. Ведение боевых действий ухудшало то обстоятельство, что соединение действовало без поддержки остальных войск армии. И причина заключалась в том, что армейский штаб так и не сумел наладить управление частями по радио и телефону, связь осуществлялась только через делегатов и путем постановки задач командирам лично.

Потеряв за день 25–30 % личного состава (в том числе трех командиров батальонов и пять командиров рот), около 50 % своих танков[351], в основном от ударов с воздуха, к исходу дня части дивизии отошли на рубеж Поддубно — Либья (некоторые подразделения севернее Ратайчиц). Здесь танкисты начали приводить себя в порядок: заправляли танки горючим, пополняли боезапас, проводили необходимый ремонт, формировали экипажи и подразделения.

В 21 час командир дивизии получил приказ генерал-майора Оборина: с утра 23 июня во взаимодействии с 22-й танковой дивизией атаковать противника в направлении Богдюки — Турна и выйти в район Хмелева — Подлесье.

Откуда возникло это решение на контрудар? Ведь командование армии прекрасно понимало, что понесшим большие потери частям и соединениям 28-го стрелкового и 14-го механизированного корпусов необходимо какое-то время для приведения себя в порядок. Немецкая авиация разбомбила два окружных артиллерийских склада (в районе Березы и Пинска), создав для частей 4-й армии большие трудности с обеспечением их боеприпасами. Военные склады в Бресте были захвачены противником в первые часы войны.

10-я смешанная авиационная дивизия, тоже понесшая большие потери, надежно прикрыть свои наземные войска была уже не в силах. После того как были разбиты аэродромы Кобрин, Пружаны, Барановичи, уцелевшие самолеты перебазировались в Пинск.

Тяжелая обстановка сложилась и в тылу армии. Авиация противника непрерывно наносила бомбовые и штурмовые удары по войскам, железнодорожным узлам, дорогам, командным пунктам. Железнодорожные пути на станции Жабинка были завалены разбитыми и сожженными вражеской авиацией вагонами, вокзал и железнодорожные пути разрушены. С брестского направления доносилась непрерывная артиллерийская канонада. По всем дорогам тянулись вереницы уходящего в тыл гражданского населения. Время от времени среди них появлялись разрозненные группы военнослужащих и мелкие подразделения воинов. Их останавливали заградительные отряды и направляли в ближайшие части 28-го стрелкового корпуса.

Возвратившиеся из частей командиры докладывали нерадостную обстановку, сложившуюся на фронте. Соединения армии уже понесли большие потери в личном составе, боевой технике и автотранспорте. Да и сам штаб армии при переходе в Запруды вновь попал под вражескую бомбежку, потеряв штабные автобусы с некоторым количеством личного состава и две радиостанции.

Учитывая обстановку, на совещании руководящего состава армии было принято решение все усилия сосредоточить на обороне[352].

Было намечено оборудовать несколько оборонительных рубежей. В районе Кобрина эта задача возлагалась на сводный полк. По реке Мухавец, от Буховичей до Пружан, такой рубеж предполагалось создать силами одного из полков 205-й моторизованной дивизии и не имевшими техники подразделениями 30-й танковой дивизии. В районе Березы на возведении оборонительного рубежа работали другие полки дивизии полковника Кудюрова.

Да, это было правильное решение, но около 16 часов из Минска командованию армии поступило следующее распоряжение: «Штаб округа развернулся в штаб Западного фронта. Объявлена общая мобилизация. Армию перевести на штаты военного времени. Войска соседней с вами армии в 10 часов дрались на границе. С тех пор связи с ними нет. Командующий фронтом приказывает 4-й армии: контрударом, главным образом силами корпуса Оборина, разгромить противника в районе Бреста и выйти к границе. В помощь вам из полосы соседней армии с рубежа Бельск — Гайновка будет действовать в направлении на Брест механизированный корпус генерала Ахлюстина. Для участия в контрударе утром из Пинска к Бресту направилась Пинская флотилия под командованием контр-адмирала Д.А. Рогачева. Правофланговые войска Юго-Западного фронта, примыкающие к вам южнее Влодавы, сдерживают врага в 10–12 км от границы. Не дайте возможности противнику вклиниться в стык между фронтами в Полесье. Ваш сосед, 10-я армия, на белостокском направлении обороняется на границе, а левофланговыми дивизиями ведет бой на подступах к Беловежской пуще. Вместо 49-й стрелковой дивизии, передаваемой в 10-ю армию, к Барановичам из тыла выдвигается стрелковый корпус, который вольется в состав вашей армии»[353].

Около 18 часов на командный пункт в Запрудах прибыл генерал-майор И.Н. Хабаров, вручивший командованию армии распоряжение штаба Западного фронта, к которому была приложена выписка из директивы НКО СССР № 2 от 22 июня 1941 года, потребовавшая от войск Красной Армии уничтожения нарушивших границу сил противника[354].

Генерал Коробков не стал доказывать руководству фронта нереальность выполнения приказа о наступлении и его возможных негативных последствиях, опасаясь, чтобы его не обвинили в трусости. В 18 часов 30 минут в части были направлены делегаты связи с приказом командарма[355].

БОЕВОЙ ПРИКАЗ КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ 4-й АРМИИ ЗапОВО № 02

1. Противник бандитски напал на советские города и потеснил наши части от границы в восточном направлении.

2. Войска 4-й армии, продолжая в течение ночи твердую оборону занимаемых рубежей, с утра 23 июня переходят в наступление в обход Брест-Литовска с севера, с задачей уничтожить противника, переправившегося через р. Западный Буг.