Властелины моря - Джон Хейл

Многочисленные поездки и полевые исследования на побережье Эгейского моря и восточного Средиземноморья помогали осуществить Американский институт классических исследований в Афинах, Ассоциация выпускников Йельского университета, компания «Трэвел дайнемикс», попечители Луисвиллского университета, добрые мои друзья Брюс и Элизабет Данливи, роттердамское телевидение, оплатившее поездку в Афины, где в гребном клубе бухты Зея я сам осваивал особенности гребли на триере. Много и охотно мне помогали туристические компании «Ганлик» (Виргиния), «Регейрос» (Пенсильвания), «Рингбомс» (Финляндия). Мухаррем Зебек из Измира оказал неоценимую помощь в Турции, пройдя со мной весь путь по реке Эвримедонт с ее стремительным течением на юге, до заболоченных берегов в районе Кизика (ныне Эрдек) на севере. Если же куда-то, например, до дельты Нила, не удавалось добраться самому, личный опыт заменяли живые рассказы Боба Бриера и Пэт Ремлер. Своими первыми впечатлениями о Галикарнасе, Милете, Эфесе, Нотии, Самосе, Лесбосе, Геллеспонте и других местах на всем протяжении восточной границы афинской морской империи я обязан доброму гостеприимству великого археолога Джона Кэмпа.

За годы исследований морской истории Афин я получил множество уроков в ходе общения и переписки с рядом крупных ученых, таких как Люсьен Бах, Джек Каргилл, Лионель Кассон, Джон Коутс, Филипп де Суза, Виктор Дэвис Хансон, Питер Крентц, Роберт Литтман, Шон Макгрейл, Джон Моррисон, Билл Мари, Борис Ранков, Барри Штраус, Лари Тритл, Гарри Тцалас, Ганс фон Виз, Х.Т. Уоллингс. В кругу своих коллег по Луисвиллскому университету я обязан Бобу Лугинвиллю за помощь в истолковании греческого текста, посвященного военному мастерству Формиона, как его описывает Полиен; Бобу Кебрику, проявившему интерес к античной технике гребли; астроному Джону Килкопфу, уточнившему положение светил во время сражения при Саламине. Вилль Алтонен из Финляндии просветил меня насчет нынешних спортсменов, увеличивающих скорость – как и их предшественники из древних Афин – за счет использования гребных подушек и работы ножных мышц.

В кругу археологов, работающих под водой, многому научили меня по части устройства кораблей древности Бриджет Бакстон, Дебора Карлсон, Сьюзен Карцева, Параскева Миша и Катарина Делапорта, эфор, как сказали бы в Спарте, – пятерка исследователей морской старины, с кем я познакомился во времена своих греческих изысканий. Я приветствую своих друзей и коллег – исследователей кораблекрушений времен греко-персидских войн – Шелли Воксмана, Боба Хольфельдера, Дэна Дэвиса, Алексиса Кэтсамбиса, Дану Йоргер, а также команду и членов группы ученых, собравшихся на борту судна «Эгей». Лучшим пониманием устройства неориона , как и сухопутной жизни афинской триеры в целом, я обязан героям-амфибиям, работающим в рамках проекта «Бухта Зея», и среди них – Бьорну Ловену, Мэтсу Нильсену, художнику Иоаннису Накасу, а также тем щедрым душам, что вошли в круг американских друзей этого проекта.

Первоначальный импульс написанию этой книги дал Доналд Кэген. Годы спустя он же придумал ей название. Однажды снежным февральским вечером 2006 года я сидел за столом отливающей черно-белым блеском кухни в доме Кэгенов. Марте Кэген наскучил наконец очередной спор об афинском флоте, и она вознеслась в высшие сферы. Дон скользил глазами по фразам и словам – длинному списку накопившихся за последние несколько дней и отвергнутых названий книги. Слышно было только, как по оконному стеклу шуршат снежинки. Внезапно Дон вскинул голову, посмотрел на меня с видом человека, которому явилось озарение, и тоном оракула выговорил четыре слова. Я сразу же согласился, что для названия они вполне годятся, и заметил, что, если не ошибаюсь, слова эти прозвучали в одной из речей Перикла.

– Да ну? Но уж точно не в «Надгробной». А ну-ка, подайте книгу.

У Кэгенов за Фукидидом в оригинале далеко ходить не приходится – текст всегда в нескольких шагах от твоего стула. Я дотянулся до ближайшего экземпляра. Дон принялся перелистывать последнюю речь Перикла – страстное выступление, прозвучавшее вскоре после того, как разразилась эпидемия чумы и народ отвернулся от своего вождя. Как обычно, он держал книгу в трех дюймах от глаз и скользил пальцами по строкам, бормоча что-то по ходу дела.

– Если б я не видел, что вы так подавлены… мир… суша и море… – Тут он перестал переводить. – Ха! Да это даже лучше, чем вам вспомнилось! «Kyriotatous»! Афиняне правят как высшие властители мира. Вот так-то! – Дон захлопнул книгу и подтолкнул ее ко мне: – Пусть будет «Властелины моря».