Путь к власти - Ирина Даневская

Но сейчас все изменилось. Имела ли право она, дочь Генриха IV и сестра короля Франции, закрыть глаза на предательство? Немного поразмыслив, Генриетта решила не торопить события. Время, а вернее, ближайшая встреча с Арманом поможет ей принять верное решение…

Решив так, она перевела взгляд на маркиза, который внимательно следил за ней. Его цепкий леденящий взгляд проникал ей прямо в душу. Принцесса почувствовала, как на ее лбу выступил пот.

– Вы пытаетесь прочесть мои мысли, сударь? – попыталась она пошутить.

– Я надеюсь, мне не придется заходить так далеко, – серьезно ответил Валенса. – Почему вы отдали мне это письмо?

Генриетта даже не удивилась его проницательности, настолько этот вопрос совпал с ее собственными ощущениями.

– По-вашему, я должна была отдать их королю, моему брату? – язвительно поинтересовалась она.

– Я бы так и поступил, – серьезно ответил Валенса. – Бумаги могли бы похитить те, кто на меня напал, и, если бы вы сообщили мне об этом, я бы нисколько не удивился. Зато заговор бы умер, не успев родиться…

– Я отвечу вам, – после длительной паузы произнесла Генриетта. – Если вы мне расскажете, почему вы проявляете такой интерес к судьбе Ла Рошели? Ведь это письмо адресовано вам, не правда ли?

Ни один мускул не дрогнул на лице де Молина, только его черные глаза хищно заблестели.

– Почему вы так решили, Ваше Высочество? – намеренно небрежно поинтересовался он. – Я должен был доставить его адресату, только и всего.

С минуту принцесса вглядывалась в его лицо, потом, решившись, произнесла:

– Бумаги были вскрыты… Вам, как простому курьеру, оказано слишком большое доверие, сударь. Вы, конечно, можете возразить, что письма достались вам уже со сломанными печатями, вот только…

– Что?

– Кольцо… кольцо у вас на пальце…

Маркиз поднялся и, забыв о боли, встал на ноги. Его лицо было мрачнее тучи. Генриетта следила за каждым его движением.

– Вы знаете, кто я?

– Догадываюсь.

Что ж, вы знаете довольно много. Я – великий магистр ордена «Черных капюшонов». Вы знаете, что бывает с теми, кто вмешивается в наши дела?

Странно, но принцессу его откровения не напугали, а рассмешили.

– Почему вы смеетесь? – недоуменно спросил Валенса.

– Вы еле стоите на ногах. Если бы рядом были ваши сторонники, вас здесь уже не было бы. Следовательно, вы один. К тому же, маркиз, вы обязаны мне хотя бы благодарностью. Я ведь вернула вас к жизни. Или же порядочность настолько чужда вашей натуре, что вы угрожаете мне, женщине?

Он оглядел ее с головы до ног. Потом заговорил, и в его голосе послышалось невольное восхищение.

– Несмотря на свой юный возраст, вы очень умны, Ваше высочество. И вам что-то очень от меня нужно, если вы решились сознаться. Что же?

– Я уже задала вам вопрос и рассчитываю получить ответ. Но сначала вернитесь в постель. Вы еще слишком слабы.

Великий магистр последовал ее совету. Принцесса помогла ему лечь поудобнее.

– Я отвечу на ваш вопрос, – ответил де Молина. – Хотя ответить на него вы могли бы и сами, если бы потрудились озаботить свою хорошенькую головку…

Итак, мой орден существует, чтобы оказывать поддержку Истинной вере, которую извратил Рим, заставив ее служить своим интересам. Папы не могут править в Царствии Небесном. Поэтому решили создать Царствие на земле, причем самому Господу отвели в нем отнюдь не главную роль. Господство Рима над государствами, государями и их подданными – вот истинная цель папизма. Но пока есть мы, «Молчаливые», этим планам не суждено сбыться. Только Господь Бог может вершить судьбы, и только Господу нашему мы, все мы, должны подчиняться… Не против Рима, не против католической церкви и ее слепых пастырей мы сражаемся – где словом, где мечем, а где кинжалом убийцы, а против их Богопротивных планов. И сам Господь на нашей стороне!

За годы своего существования мы достигли многого – Англия, Нидерланды, большая часть Германских княжеств, Чехия, то есть сторонники истинной веры, сражаются вместе с нами… И вот теперь вы спрашиваете, какое мне дело до того, что больше миллиона французов с оружием в руках готовы бороться во Славу Божию? Я отвечу – да, мне есть до этого дело, и я верю в правильность этого пути, так как верю в Господа нашего. И как Господь не оставляет свою паству, так и я окажу поддержку благим начинаниям детей его… Я ответил на ваш вопрос, моя принцесса?

– Да… да, маркиз, вы ответили на мой вопрос, – прошептала Генриетта, до глубины души взволнованная его рассказом…

Принцесса еще не знала, что стоит за откровениями этого страшного человека, она еще была слишком молода и наивна, чтобы разглядеть подоплеку его рассказа. Поэтому она рассказала де Молина историю своего заточения в монастырь.

Ни один мускул не дрогнул на лице Великого магистра. Но в его хитроумном мозгу уже зародился план относительно этой девочки, красоту и ум которой он уже успел оценить.

Но будет ли она послушной пешкой в его игре? На этот счет у Эрнандо де Молина, увы, не было сомнений…

Через десять дней маркиз де Молина покинул монастырь и отбыл в неизвестном направлении, но прежде сумел произвести на принцессу неизгладимое впечатление, чего, собственно, и добивался. Генриетта была покорена умом, энергией и некой магической силой, исходившими от этого, без сомнения, гениального человека. Она жаждала его общества и была непритворно расстроена его отъездом. Но ее душу грели заверения Великого магистра о скором свидании.

– А вам я советую покинуть монастырь, – сказал он на прощание. – Вы слишком красивы для этих стен…

Генриетта решила последовать его совету, хотя ее сердце замирало от страха. Она впервые поступала вопреки королевской воле и теперь ждала бури. Предчувствия ее не обманули, но к королю она пришла, преисполненная решимости победить.

– Как Вы посмели вернуться без моего разрешения? – загремел Людовик, увидев сестру.

– Да, я вернулась! – В такой ярости король ее никогда не видел. – Вы заточили меня в монастырь, ухватившись за смехотворный повод, чтобы избавиться от меня, чтобы убить меня. Этого не будет! Я буду обороняться даже против вас.

Король опешил.

Генриетта, вы не в себе. Что вы говорите?

– Что слышите, и посмейте только сказать, что это неправда! – принцесса была неплохой актрисой. Самые настоящие слезы ручьями текли по ее щекам. – Вы никогда меня не любили, но ваша хваленая гордость была слишком задета связью вашей сестры с простым дворянином! И тогда вы решили сгноить меня в монастыре, чтобы ваш позор, позор королевского дома, умер вместе со мной!

Она выкрикивала все новые и новые обвинения, абсурдные по своей сути, но звучавшие так реально, что она сама почти поверила в них. Людовик не знал, что и подумать.