Жизнь Марии Медичи - Элен Фисель

«Возникла полная путаница, и у короля появилось намерение соединить матерей, как он соединил детей. Когда он навещал своих многочисленных отпрысков, его сопровождали либо жена, либо возлюбленная, а иногда и обе вместе. Генрих IV не представлял собой чего-то исключительного, такого рода сцены наблюдались довольно часто»⁵³.

* * *

Эту почти идиллическую картину не разрушил даже заговор против короля, раскрытый в 1604 году, в котором самую активную роль играл отец фаворитки – Франсуа де Бальзак д’Антраг. Заговорщики планировали заманить Генриха к маркизе де Верней, умертвить его, а королем провозгласить ее сына Гастона-Генриха. Суд приговорил герцога к смерти, а его дочь – к пожизненному заточению в монастырь, но король позволил старику провести остаток дней в родовом имении⁵⁴. Что же касается Генриетты, то за ее судьбу можно было не опасаться. Генрих лично допросил ее, и она без труда доказала свою непричастность к заговору. Не зря же говорят, что у любовницы всегда найдутся добродетели в глазах воображения.

Парижскому парламенту (так в те времена во Франции назывался высший суд, в состав которого входили, кроме непосредственных вассалов короля, высшие придворные чины и ближайшие советники короля) осталось лишь подчиниться воле монарха.

Следует добавить, что к числу заговорщиков относился и сводный брат Генриетты Шарль де Валуа (1573–1650), который был незаконнорожденным сыном короля Карла IX и воспитывался при дворе. Генриетте удалось спасти жизнь и ему. Шарль де Валуа вышел из Бастилии в 1616 году, уже при Людовике XIII.

Это выглядит странно, но король еще больше привязался к своей фаворитке, хотя прекрасно знал злой нрав этой женщины. В свою очередь Генриетта де Бальзак д’Антраг маркиза де Верней без зазрения совести эксплуатировала королевскую щедрость, выпрашивая за каждую ласку деньги и поместья. Она постоянно старалась унизить законную королеву и вскоре рассорила ее с мужем.

* * *

Стычки Марии Медичи и Генриетты де Бальзак д’Антраг продолжались. Король буквально разрывался между ними, стараясь восстановить мир во дворце. Однако у него было свое видение проблемы. В частности, он решил, что главный источник беспокойства – окружение Марии, якобы настраивающее ее против короля. А раз так, он потребовал, чтобы Мария немедленно отправила во Флоренцию главных «советников» – Леонору Галигаи и Кончино Кончини. Мария, естественно, отказалась, и разразился страшный скандал.

На этом фоне Генриетта повела себя удивительно грамотно: она писала королю ласковые письма, жалела его, уверяла, что любит и будет любить всегда.

Марии бы поучиться у соперницы, но, ослепленная ревностью, она совершала ошибку за ошибкой: постоянно была чем-то недовольна, постоянно тратила огромные суммы денег… Возможно, в ее претензиях было немало справедливого, но воспринимать слова Марии адекватно Генрих уже не мог. Его стало бесить общение с женой.

* * *

Несмотря ни на что, 10 февраля 1606 года Мария Медичи родила королю еще одну девочку. Ее назвали Кристиной. Через тринадцать лет она станет женой Виктора-Амадея I Савойского (1587–1637), сына того самого Карла-Эммануила Савойского, с которым воевал Генрих IV.

На крестины дочери Мария пригласила из Италии свою сестру Элеонору, герцогиню Мантуанскую. Этим она решила продемонстрировать всем в Париже свою привязанность к флорентийской семье и ее интересам.

Решение жены, естественно, не понравилось Генриху IV. Дальше – больше. В феврале 1609 года в мир иной отошел дядя Марии, великий герцог Тосканский Фердинандо Медичи, и его место занял Козимо II, ориентированный в своей политике не на Францию, а на Австрию (он был женат на дочери эрцгерцога Австрийского принцессе Марии Магдалене). Французский король почувствовал себя оскорбленным, и это еще больше осложнило его отношения с женой. Но это произойдет через три года. Пока же герцогиня Мантуанская прибыла в Париж, и ей пришлось оказывать знаки внимания, соответствующие особе королевских кровей.

Церемонию крещения Кристины проводил кардинал Жуайёз, и все это так походило на семейное торжество флорентийцев, что Генрих в какой-то момент почувствовал себя лишним. Впрочем, он был на своей территории и быстро отогнал от себя неприятные мысли.

* * *

Шестнадцатого апреля 1607 года Мария Медичи родила второго сына. Мальчина назвали Николя, и в историю он вошел как «принц без имени» (он умер в четырехлетием возрасте).

В ночь с 24 на 25 апреля 1608 года родился еще один мальчик – Гастон, ставший герцогом Орлеанским.

После родов, которые оказались тяжелыми, Мария была вынуждена оставить Париж и поехать на воды.

Лечение оказалось успешным, и еще через год она произвела на свет третью дочь, которую, как ни странно, назвали… Генриеттой. Генриетта станет женой Карла Стюарта, будущего короля Англии, Шотландии и Ирландии, правившего под именем Карла I. Поговаривали, что ее муж состоял в преступной связи (о гомосексуализме тогда и речи не было) с герцогом Бакингемом. Как бы то ни было, судьба Карла печальна. В ходе Английской революции XVII века он был признан государственным преступником и обезглавлен. Генриетта пережила его на двадцать лет. Она мать двух английских королей – Карла II и Якова II.