Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров - Терри Гудкайнд

Когда офицеры ушли, Ричард тяжело опустился на стул. Он проделал долгий путь от лесного проводника до главнокомандующего.

Кэлен гордилась им.

Она уже открыла рот, чтобы это сказать, но ее опередила Надина.

— Спасибо, — равнодушно буркнул Ричард.

Надина нерешительно тронула его за плечо.

— Ричард, ты всегда был… Ну, я не знаю… Для меня просто Ричардом. Моим земляком. Лесным проводником. Но сегодня, особенно сейчас, я впервые увидела тебя в ином свете. Ты действительно магистр Рал.

Ричард облокотился на стол и спрятал лицо в ладонях.

— Мне кажется, что я скорее предпочел бы оказаться на дне обрыва погребенным вместе с Храмом Ветров.

— Не глупи, — прошептала она.

Кэлен быстро подошла к Ричарду, и Надина скользнула прочь.

— Ричард, ты должен лечь спать, — сказала Кэлен. — Сейчас. Ты обещал. Ты нам нужен здоровым. Если ты не ляжешь спать…

— Знаю. — Тяжело оттолкнувшись от стола, он встал и повернулся к Дрефану и Надине. — У кого-нибудь из вас есть что-нибудь, что поможет заснуть? Я уже пробовал… Бесполезно. Просто лежал и пялился в потолок. Мой мозг никак не может успокоиться.

— Дисгармония Фен Сан, — немедленно сообщил Дрефан. — И ты сам в этом виноват, потому что довел себя до изнеможения. У каждого из нас есть свои пределы, и если…

— Дрефан, — ласково перебил его Ричард, — я знаю, что ты хочешь сказать, но я делаю то, что должен делать. Постарайся это понять. Джегань хочет нас всех перебить. И я не могу сидеть сложа руки.

Дрефан хмыкнул.

— Я все понимаю, только ты от этого здоровее не становишься.

— Одним словом, я постараюсь быть хорошим мальчиком, но только потом, ладно? Так как насчет того, чтобы мне все же каким-то образом сегодня уснуть?

— Медитация, — ответил Дрефан. — Она приведет в гармонию твои энергетические потоки.

Ричард почесал бровь.

— Дрефан, сотням тысяч людей грозит смерть, потому что Джегань жаждет власти над миром. И он уже доказал нам, что его решимость не имеет границ. И убивать он начал с детей. — Ричард сжал кулак так, что побелели костяшки. — И лишь для того, чтобы передать мне послание! Детей! — Лицо Ричарда, наоборот, налилось кровью. — Ну так он просчитался! Я ни за что и никогда не отдам свой народ такому тирану! Никогда! Я сделаю все, чтобы остановить чуму! Клянусь!

В комнате воцарилась звенящая тишина. Кэлен никогда не видела Ричарда таким. Когда в его глазах плясала волшебная ярость магии Меча Истины, то объект этой ярости обычно находился в пределах досягаемости. Ярость была направлена на вполне ощутимую угрозу.

А сейчас это была бессильная ярость на невидимого противника. Сейчас перед Ричардом не было врага, с которым можно сразиться. По его глазам Кэлен видела, что этот гнев не волшебного происхождения. Это была ярость Ричарда в чистом виде, без магии.

Наконец он сделал глубокий вдох, успокаиваясь, и провел ладонью по лицу.

— Если я попытаюсь медитировать, — голос его снова звучал ровно, — то опять увижу в своем воображении умирающих детей. Я этого не вынесу. Мне нужно уснуть без сновидений.

— Без сновидений? Тебя тревожат сны?

— Кошмары. Впрочем, кошмары поджидают меня и днем, когда я бодрствую, но тогда они по крайней мере реальны. Сноходец не может проникнуть в мои сны, но он все же ухитрился заставить меня видеть кошмары. О добрые духи, даруйте мне спокойствие хотя бы во сне!

— Явный признак дисгармонии меридиана Фен Сан, — подтвердил сам для себя Дрефан. — Я вижу, ты будешь непростым пациентом.

Он расстегнул один из кошелей у себя на поясе и достал оттуда несколько маленьких мешочков. Один он убрал обратно.

— Нет, это снимает боль, но не поможет уснуть. — Он понюхал следующий. — Это рвотное. — Он перебрал все мешочки и снова сложил их в кошель. — Нет, боюсь, у меня с собой нет ничего попроще. Я привез только редкие средства.

— Что ж, спасибо за попытку, — вздохнул Ричард.

Дрефан повернулся к Надине. Она была сама готовность и стояла, поджав губы, чтобы не выдать своего ликования.

— То, что ты дала матери Йоника, для Ричарда будет слишком слабым, — сказал ей Дрефан. — У тебя нет хмеля?

— Есть, — спокойно ответила она, явно довольная тем, что наконец кто-то спросил ее. — Экстракт, разумеется.

— Отлично, — кивнул Дрефан и хлопнул Ричарда по спине. — Помедитируешь в другой раз. А сегодня уснешь, едва до подушки доберешься. Надина сделает тебе настойку. А я пойду наставлять слуг.

— Не забудь помедитировать, — пробормотал Ричард, когда Дрефан ушел.

Бердина осталась изучать дневник, а Надина, Кара, Райна, Улик с Иганом и Кэлен направились вслед за Ричардом в его спальню, которая находилась неподалеку от кабинета. Улик с Иганом, как всегда, остались в коридоре. Остальные вошли в комнату.

Ричард бросил свой золотой плащ на стул. Снял через голову перевязь и положил на плащ Меч Истины. Затем лениво стянул через голову расшитую золотом куртку, снял рубашку и остался в черной безрукавке.

Надина уголком глаза следила за ним, одновременно вслух отсчитывая капли, которые капала в стакан с водой.

Ричард плюхнулся на край кровати.

— Кара, будь добра, стащи с меня сапоги.

Кара закатила глаза.

— Я что, похожа на лакея?

И принялась за дело, а Ричард лишь улыбнулся:

— Скажи Бердине, пусть найдет любые упоминания об этой горе Четырех Ветров. Может, наткнется на еще что-нибудь стоящее.

Кара глянула на него снизу вверх.

— Блестящая мысль! — с издевательским энтузиазмом воскликнула она. — Готова поспорить, она в жизни бы до этого сама не додумалась, о всезнающий и мудрый повелитель!

— Ладно-ладно. Похоже, я тут никому не нужен. Так где там мой волшебный напиток?

— Уже несу, — радостно пропела Надина.

Кара крякнула, стаскивая с него второй сапог.

— Расстегните штаны, я их тоже сниму.

Ричард бросил на нее сердитый взгляд:

— Спасибо, сам справлюсь.

Кара хихикнула, а он скатился с кровати и подошел к Надине. Та протянула ему стакан.

— Не пей все. Я накапала пятьдесят капель. Этого больше чем достаточно, но я решила, пусть у тебя будет запас. Выпей треть, а если проснешься ночью, можешь сделать еще пару глотков. Я добавила еще валерианы и пустырника, чтобы ты заснул уже наверняка и без сновидений.

Ричард залпом выпил половину и скривился.

— Судя по мерзкому вкусу, я от этой штуки либо усну, либо помру.

— Будешь спать, как младенец, — улыбнулась Надина.