Летний дракон. Первая книга Вечнолива - Тодд Локвуд

Я с тревогой ждала, сколько же яиц окажется в кладке сейчас.

Эйтис отложила на свежую подстилку из щепок восемь штук, серых в пятнышко, на одно больше, чем в прошлом году.

Когда все началось, мы с отцом, Томаном, Джем и Дарианом сразу же принялись за работу. Каждое яйцо было досуха вытерто, проверено на предмет трещин и признаков того, что дить внутри здоров, а потом взвешено. Затем мы восковыми карандашами аккуратно написали на скорлупках инициалы родителей и порядковый номер невылупившегося дитя. Бережно уложив груз в тележку, мы покатили наши хрупкие драгоценности в драконятню, где в засыпанном свежей, сухой соломой гнезде нас ждал Ранну. Отложив последнее яйцо, к нему присоединилась и Эйтис. Вскоре она задремала, низко урча, как громадная кошка.

Снаружи лил дождь. Мы приготовились к родам следующей драконицы. В какой-то момент в стойло вернулись Дариан с Ару, выходившие размять ноги. Дариан подсел ко мне.

– Кайрек хочет с тобой поговорить, – сообщил он тихонько.

– Чего?.. Что он сказал?

– Что хочет с тобой о чем-то поговорить.

– О чем?

– А я откуда знаю? Сама у него узнай. Он о чем-то хочет тебя спросить.

– Нет!

Я насторожилась. В голове одновременно возникли две мысли: «Он меня хочет» и «Пожалуйста, нет». Я вспомнила мечту Кайрека о жизни в гнездовье и тепло, которое разлилось в моей груди, когда я слушала его. Резной деревянный дракончик по-прежнему жил на моем прикроватном столике. Я разглядывала его не одну бессонную ночь, гадая, можно ли мне вообще так рано задумываться о замужестве.

Я ведь почти не знала Кайрека. Как, впрочем, и себя. Поэтому и не хотела ничего слышать. Мой мир изменился. У меня и так полно проблем. Я помотала головой.

– Когда? Сейчас?

– Когда угодно, – пожал плечами Дариан и оставил меня, красную и дрожащую.

Меня привела в ярость смесь стыда, желания и страха, которая буквально разрывала мои внутренности.

Но разговору было суждено подождать. У Колувер начались роды, и остальные заботы отодвинулись на второй план. Когда она справилась со своей задачей, солнце уже опустилось за горизонт, ливень превратился в крупную морось, а потом все и вовсе прекратилось. В гнезде Одакса в драконятне самку дождутся десять отменных яиц – на два больше, чем в прошлом году.

Оставалась лишь Грюс. Она была крупнее и Эйтис, и Колувер, поэтому всегда разрешалась от бремени последней. Отец с Томаном по очереди мерили шагами стойло. Дариан спал на койке, а я не могла и глаз сомкнуть. Я, конечно же, наблюдала за родами и раньше, но ведь Ару и Кейрр уже в следующем году будут готовы к размножению, поэтому происходящее вызывало у меня особенный интерес. Я сидела, обхватив руками спинку стула, и смотрела, как Джем взвешивает последнее яйцо Колувер.

Меня окутало умиротворение, и все мои тревоги, пусть на мгновение, исчезли. Грюс что-то глухо пророкотала. Отец замурлыкал себе под нос. Томан подошел к Джем и, обняв со спины, поцеловал в щеку, когда она повернула голову.

С некоторых пор Томан стал более терпеливым и любящим.

Вот где я хотела быть – в своем гнездовье, и помогать дитям рождаться на свет. Наш новый выводок – родные братья и сестры Ару. Это теперь семья Кейрр. Мои губы впервые за несколько дней тронула улыбка. Я цеплялась за свою фантазию изо всех сил, стараясь не думать о плохом.

Уставшая, но довольная Джем подвинула стул и, усевшись, потянулась.

– Знаешь, сейчас наступило, наверное, мое самое любимое время – когда яйца отложены и гнездовье наполнено спокойным ожиданием. Мне нравится здешний уклад, но вот такие деньки особенно.

Несмотря на всклокоченные, спутанные волосы и темные круги под глазами, Джем сияла. И в такие моменты я как никогда видела в ней сестру. Ей тоже находилось место в моей мечте – счастливой жизни с драконами.

«Держись за свою мечту», – сказала я себе мысленно. Она ведь так близко, надо просто протянуть руку.

Улыбка Джем померкла.

– Что с тобой? – спросила меня Джем.

Неужто лицо меня выдало?

Беллуа. Аддай. Ужасы. Эдимму. Заграждения Стэйлана, шныряющие повсюду солдаты. Домашний арест. С чего бы начать?

Я кивнула на яйца.

– Посмотри на них, Джем. Они ничего не знают о мире, в который пришли. Сколько из них проживет хорошую жизнь? Многие погибнут на поле боя. Разве тебе не грустно?

Джем пожала плечами.

– Иногда. Но мы так или иначе служим Империи, верно?

– У людей хотя бы есть выбор.

– Разве?

Я глянула на тачку, где лежали три последних яйца Колувер, обернутые теплым одеялом.

– Не всегда. Время от времени. Но у драконов?.. Никогда.

– Нам везет, – произнесла Джем. – Даже несмотря на Ужасов, Эдимму, машины для убийств на крышах нашего гнездовья, мы все равно делаем свое дело, – Джем смахнула с моего лица прядь волос. – Воспользуйся передышкой. Поработай над драконьим языком, – и она вновь улыбнулась.

– Он существует. Надо только прислушиваться. И тогда начинешь его различать.

– Я прислушиваюсь. И думаю, что ты права, – Джем встала и чмокнула меня в лоб. – Мне пора. Я быстро, туда и обратно! Не забрасывай драконий язык. Однажды научишь и меня!

Джем подмигнула мне и выкатила тележку с яйцами из стойла. Вошедший после этого Беллуа закрыл за ней дверь. У меня внутри что-то оборвалось. Я не видела его с того самого дня, как мы попали в засаду на горе. Что он вообще забыл в гнездовье?!

– Как ни странно, я видел сей процесс лишь дважды, – заговорил Беллуа. – Очень хотел бы понаблюдать, если позволите.

Отец смерил его взглядом.

– Ладно, но под ногами не мешайся, – отозвался он и продолжил мерить шагами стойло.

Мы с Томаном сидели и ждали. Дариан спал. Вернувшаяся Джем уставилась на Беллуа, повернулась к нему спиной и начала раскладывать по местам захваченные из дома одеяла, бутылки с горячей водой и нагретые полотенца, источавшие пар.

В конце концов, Беллуа приблизился ко мне.

– Майя, – произнес он с коротким поклоном. – Я должен поблагодарить тебя за помощь на горе. Глубоко признателен – и за себя, и за мою милую Зелл. Она – мой старейший и ближайший друг. Не знаю, что бы я… – он умолк, не в силах подобрать слова.

Я немного помолчала.

– Я делала лишь то, что должна была, – в конце концов, сказала я.

– О, нет. куда больше. – Беллуа шумно выдохнул. – Признаюсь, подобные разговоры даются мне с трудом. Иногда я веду чересчур пылкие речи, и знаю, что эмоции часто берут надо мной верх. Но я не злой человек, Майя. К чему я клоню: я прекрасно понимаю, что ты могла оставить нас на растерзание чудовищу. Но ты так не поступила.