Врата зимы - Марк Энтони

Чтобы быть равным воинам Ватриса, у нас должен появиться и воин Сайи, – говорили мудрые старухи-провидицы.

Многие могущественные колдуньи использовали зелья из трав, а также заклинания наряду с более простыми чарами вроде обольстительной красоты и вина, желая проскользнуть на ложе какого-нибудь сильного воина. На свет появлялись девочки, наделенные Даром, но мальчиков так и не было. Не было до тех пор, пока…

Эйрин увидела перед собой Иволейну, одетую в платье Наренейи. Она сидела в опочивальне Бореаса. Скоро появился король, чей мозг был затуманен отваром из трав, подмешанным ему в вино. Он был груб и настолько одурманен хмельным питьем, что не услышал криков боли и не заметил пятен крови на простынях.

И все же это был только наполовину обман, поскольку Наренейя сама поклонялась великой Сайе. Несмотря на любовь к Бореасу, ее долг перед колдуньями был сильнее супружеской привязанности. Будучи не в состоянии сама зачать ребенка, Наренейя тем не менее поступила так, как сочла необходимым. При помощи двух служанок, также поклонявшихся Сайе, она обманула короля и придворных. Не так уж сложно было каждую неделю подкладывать под платье спереди подушку потолще, а оставшись наедине с Бореасом в супружеской опочивальне, чарами убеждать его в том, что ее остающийся плоским живот увеличивается с каждым днем.

Через пару месяцев обман завершился. Наренейя сообщила королю, что подошло время произвести на свет наследника Кейлаванского престола. Она отослала из спальни всех, кроме верных служанок и повитухи – Старухи Верховного Шабаша. В то же самое время в дальней комнате замка Иволейна дала жизнь младенцу – здоровенькому и красивенькому мальчику. Нити Паутины Жизни свились вокруг него, подобно кокону света. Прежде чем юная мать успела поцеловать новорожденного в лобик, его забрали у нее и тайком отнесли в покои Наренейи. Так появился на свет Теравиан.

– Прочь! Убирайтесь прочь! – пронзил воздух резкий крик Иволейны, разрушив чары.

Эйрин пошатнулась, хватаясь за голову. Лирит помогла ей удержаться на ногах, держа за плечи.

– Убирайтесь! – снова крикнула потерявшая рассудок королева.

Ее лицо исказила ярость. Желала ли она, чтобы они покинули ее комнату или ее мысли?

Королева схватила тарелку и швырнула ее в девушек. К счастью, она промахнулась, и тарелка, ударившись о стену, разбилась. Эйрин и Лирит испуганно попятились.

– Теперь мне ясно, как я должна поступить, – мощным басом пророкотала Иволейна. – Вы используете его так, как использовала его она, но есть способ, благодаря которому он не достанется никому. – Она вздрогнула, и гримаса ненависти сменилась выражением материнской нежности. – Я – его мать. Это – последнее и единственное, что я могу для него сделать.

С этими словами Иволейна прошествовала мимо перепуганных молодых женщин и, шагнув за порог, скрылась из виду.

Эйрин обессилено опустилась в кресло, не обращая внимания на царящее в комнате зловоние. Ноги отказывались повиноваться ей. Нужно немного передохнуть.

– О Лирит!..

– Тише, сестра! – подошла к ней Лирит. – Я прикасалась к твоей нити точно так же, как ты прикасалась к нити Иволейны. Я все поняла. Какое коварное предательство, да поможет нам Сайя! Интересно, Бореас узнал о поступке Наренейи?

Этого Эйрин не знала. В тех осколках, что предстали ее взору, такой картины не было.

– Когда бы это ни случилось, сейчас уже слишком поздно. Бореас не мог никому сказать правды, потому что, видимо, хотел, чтобы Теравиан был его наследником. Мне кажется, что в любом случае он любил Наренейю.

Однако теперь было понятно, почему Бореас так относился к Иволейне и всем колдуньям. Они воспользовались им в своих интересах. Так же, как воспользуются и Теравианом. Вот только как?

– Я не знаю, сестра, – сказала Лирит, не прибегая к магии, чтобы понять мысли Эйрин. – И не понимаю, какое место в замыслах Лиэндры может занимать Теравиан. – Потерявшая рассудок и сломленная Иволейна, – со вздохом произнесла Эйрин. – Она была королевой, колдуньей, матерью, но обстоятельства ни разу не позволили ей быть одновременно королевой, колдуньей и матерью. Каждая роль требовала чего-то особого, и в конечном итоге это привело к безумию.

В глазах Лирит мелькнула печаль.

– Иволейна стал жертвой интриг, так же как и Бореас и Теравиан.

– Жертва интриг, – задумчиво повторила Эйрин. – Жертва…

Неожиданно ее охватил страх. Он испуганно вскочила.

– Что с тобой, сестра? – удивилась Лирит.

– Иволейна сказала, что осталось только одно. Только один способ гарантировать то, что никто не сможет использовать Теравиана в своих целях, – торопливо объяснила Эйрин.

Глаза Лирит испуганно расширились.

– Да поможет нам Сайя! Мы должны остановить ее! Девушки выскочили из комнаты и помчались по коридору. Слуги, рыцари и вельможи испуганно прижимались к стенам, стараясь избежать столкновения. Когда подруги добежали до покоев принца, то почувствовали, что сил у них больше не остается.

– Что случилось, любезные дамы? – осведомился стоявший у дверей лорд Петрийен.

Рядом с ним девушки увидели горстку гвардейцев-латников короля Бореаса. После покушения на принца герцог Петрийен и сай'эль Аджир несли караул перед дверями покоев Теравиана. Подобное рвение со стороны особ столь высокого происхождения казалось Эйрин излишним. Разве королевские гвардейцы не смогут обеспечить безопасность принца? Скорее всего высокородные гости замка желали продемонстрировать королю свою преданность. Оставалось надеяться на то, что подобная преданность укрепит безопасность Теравиана.

– Здесь не проходила королева Иволейна? – спросила Эйрин, пытаясь восстановить дыхание после суматошного бега. – Вы ее не видели?

– Да, досточтимые сударыни, видели, всего минуту назад.

Лирит схватила герцога за рукав.

– Вы впустили ее к принцу? Вы позволили королеве войти в покои принца?

– Конечно же, я впустил Ее величество королеву Иволейну к принцу, – нахмурился Петрийен. – Принц воспитывался при ее дворе. С какой стати нам отказывать ей в такой любезности?

Поздно. Они опоздали. Эйрин еле сдерживала дрожь.

– В апартаментах принца есть еще кто-нибудь?

– Морниш по имени Сарет нанес визит его высочеству Теравиану, – ответил герцог. – Его общество, надеюсь, немного поднимет настроение принца. А почему вы спрашиваете?

– О боги! Сарет! – воскликнула Лирит.

В следующее мгновение за закрытыми дверями раздался звук приглушенного удара. Герцог испуганно посмотрел на обеих женщин и рывком распахнул двери. Представшая перед ними картина заставила Эйрин застыть на месте.

Иволейна прямо у нее на глазах полетела на шкаф, опрокинув кувшин с вином. Теравиан уже лежал на полу с побелевшим от ужаса лицом. Над ним склонился Сарет, вцепившийся в его тунику.