Пятая дочь Владыки - Ирина Снегирева

Лаириэль

Мечты надо оставлять за дверью.

Не знаю, что именно произошло, но сильное разочарование не наступило. Возможно, потому что до конца я так и не верила собственное преображение. Значит, Хилон ничуть не сильнее отцовских целителей. Ведь испортить внешность это одно, а исправить собственную подлость совершенно иное.

— Почему вы помогаете мне? Нам, — исправилась я, глядя на притихшую Тому. Не иначе не ожидала, что я приду в себя так быстро. Интересно, чего я ещё не дослушала? Зависть из-за учёбы? Нет, не то. Человечка и сама неплохо учится. Происхождение? Что-то слишком много в последнее время тех, кто смотрит на мою родовую кровь. А, ладно, не буду на этом зацикливаться. Сейчас важнее избежать или хотя бы продержаться до своих. А там видно будет, что да как.

— Почему? Вы ведь совсем не на стороне кагана, я же вижу.

— Не время объясняться. — Маг поморщился, но отказываться от разговора всё же не стал. — У меня с Сартаком свой счёт. Вас он точно не касается.

Меня это объяснение не удовлетворило, но и не расстроило. Ведь враг моего врага хоть и не друг, но союзник. Пусть временно, но мы в одной упряжке.

— Такое объяснение вам, принцесса, подходит? — Хилон усмехнулся. Похоже, Томку он собеседники не брал.

— Вполне. — Я кивнула. — Вы поможете нам сбежать? Желательно вместе с теми целительницами, что были украдены до нас. Кто из них жив? — Последний вопрос я адресовала Томке, но та лишь виновато пожало плечами. Ясно. Не успела узнать.

— Они в услужении у первой жены Сартака.

— У Эрилин?

— Нет. Первая, что стала ему женой. Самая первая. Их обручили ещё в детстве. Они давно уже не совсем муж и жена в прямом смысле. Но Фатина имеет определённое влияние на Сартака.

— Вы её ненавидите? — Поинтересовалась я. Слишком равнодушным пытался казаться наш собеседник, когда рассказывал про первую жену кагана.

— Да, — не стал скрывать мужчина. — Но это моя месть, личная. Сейчас главное другое.

— Побег? — без труда угадала я. Чего же ещё.

— Он не удастся, — спокойно ответил маг. — Купол сейчас пропускает только в одну сторону.

— В смысле? — Задала я вопрос и ответ на него мне не понравился. От слова совсем.

— Купол неприступен. Сартак вложил в него души умерших жён.

— Что? — произнесли мы с Томкой одновременно. Слова, сказанные магом, были весьма неожиданными.

— Когда они умерли? — Моё сердце сжалось от дурного предчувствия. И понимаю, что все не вечны, а из 999 дам кто-то обязательно будет со слабым здоровьем. Только неприятный осадок вызвали эти слова.

— В разное время, — мрачно усмехнулся старик.

Мне даже показалось, что он согнулся под тяжестью собственных дум. Неужели ушёл кто-то важный для него? Спросить? Ведь не скажет. Я покосилась на Томку, но та расценила это как призыв к действию.

— Это души магинь? — поинтересовалась человечка и от волнения мазнула пальцем по переносице.

— И их тоже. Тех, кто любил мужа и пожелал даже после смерти быть полезной ему любым способом.

— То есть, купол, он живой? — у меня волосы зашевелились на голове от ужаса. Это что сейчас натянуто над всеми нами? Похоже, что весь мир долгое время не знал и не интересовался, что происходило у людей. А тут такое…Прорыв в науке? Несомненно. — Это сделали вы?

— Нет, я в некромантии не слишком силён, — признался Хилон. — Фатина. Это её рук дело.

Мы поражённо замолчали. Женщина-некромант. У нас в Академии таких было очень мало. Их сторонились даже ведьмочки, не говоря о целителях. Хотя нам всем приходилось вместе заниматься.

Первая супруга кагана. Но зачем ей это? Не проще ли отпустить всех? К чему хранить неуспокоенные души? Брр! Догадка оказалась непростой, но вполне реальной. И молчать я не стала.

— Фатина ненавидит прочих жён?

— Принцесса умна, — маг учтиво поклонился.

— И смерть некоторых из них, если не всех, лично для вас подозрительна, ведь так? Но зачем же она допустила, чтобы каган имел столько жён? — не понимала я. Томка только кивнула, молча поддакивая мне.

— Принцесса слишком юна, чтобы разбираться в сердечных думах старой жабы. — Маг не стал скрывать своего презрения к некромантке. Давняя вражда? Или же пострадал кто-то из близких Хилона?

— У вас кто-то умер! — Томка была само участие. Я тоже хотела это знать.

— Сестра. Но, предвидя ваш вопрос, отвечу, перед смертью я поклялся не причинять боль её любимому. Как позднее оказалось, это Сартак.

— Э…А разве она не была его женой? — нахмурено поинтересовалась Фролова.

— Нет. В том-то и дело, что нет. Моему повелителю мало обожаний законных жён и прекрасных наложниц. Своё внимание он решил переключить на мою Хиль. Жаль, что я узнал об этом слишком поздно. Вот и вся история.

Мы промолчали, обдумывая каждый своё. Не Сартак, а какой-то маньяк! Похоже, для него важно количество дам. И чем их больше, тем он счастливее, в смысле хочется снова увеличить свой курятник. Я знаю, есть такие больные. У нас в общежитии одна девушка копила фарфоровых слоников. Красиво, конечно. Но Нанрис рассказывала, как они регулярно падают владелице на голову с полок. Получается перебор. А тут не слоники, а живые дамы. С ними сложнее.