Клуб "Темные времена" - Элисон Гудман

Она в своей спальне. На кровати.

Девушка распахнула глаза. Повешение! Она оторвала руку от простыни и неуклюже прикоснулась к горлу. Темноволосая искусительница…

– Миледи? – Над постелью склонился туманный силуэт.

– Дерби? – прохрипела Хелен. Во рту у нее было невыносимо сухо.

– О, миледи! Вы очнулись!

Хелен моргнула, пытаясь сосредоточиться на лице горничной. Темный синяк на щеке, круги под глазами, встревоженный взгляд.

– Я сбегаю за вашей тетушкой, – поспешно проговорила Дерби.

– Подожди. – Хелен приподняла руку, но тут же ее уронила. Она словно оказалась в густых водах, и каждое движение давалось ей с трудом. – Мы одни?

– Да, миледи.

– Где медальон?

Дерби коснулась своего лифа с высоким воротом и прошептала:

– В безопасности, миледи.

– Что произошло? Как я сюда попала?

– Вас принесли домой ваш брат и герцог Сельбурнский. Я уже была здесь. Ваш затылок был весь в крови, миледи. Мы боялись… – Голос девушки дрогнул. – Мы боялись, что вы умрете.

Хелен поднесла руку ко лбу и нащупала бинт.

– Герцог? – прошептала она.

– Да! – Дерби энергично закивала. – Он так властно себя вел, миледи. Обещал вашему дядюшке, что не позволит слухам просочиться в газеты, и посоветовал всем говорить, что вы упали с лошади. Эту новость сообщили всем, кого вы знаете. Его милость шесть раз приходил вас проведать, спрашивал, как вы. – Дерби выпрямилась и показала на два великолепных букета в вазах у кровати. – Это от него. И те четыре тоже, – продолжила служанка, махнув рукой в сторону закрытого бюро, на котором стояли небольшие букетики. – А фиалки от мисс Гардуэлл. Вы пропустили ее бал, но она совершенно не обиделась и даже принесла вам цветы. Очень мило с ее стороны. Ирисы – от мистера Браммела, а розы – от леди Маргарет и мистера Хаммонда. – Дерби наклонилась к девушке. – Лорд Карлстон тоже заходил, но цветов не принес.

Сердце подло затрепетало при упоминании его светлости, но тут же увяло от горьких воспоминаний: мистер Бенчли, мамино письмо. Хелен постаралась отвлечься от внезапной пустоты в душе и провела пальцем по мягким лепесткам одного из букетов. Шесть из них принес герцог?..

– Давно я лежу без сознания?

– Почти четыре дня. Сейчас вечер четверга, миледи. Доктор Робертс очень за вас беспокоился. Мы все страшно переживали! – Дерби снова выпрямилась. – Должно быть, вам хочется пить. – Она повернулась к кувшину и налила в стакан жидкость молочно-белого цвета. – Врач посоветовал дать вам ячменной воды, когда вы очнетесь. Пейте маленькими глотками.

Хелен приподнялась на локтях. Дерби помогла ей сесть, поддержав спину твердой рукой, а затем поднесла к губам хозяйки стакан. Хелен сделала глоток чуть теплого напитка, и боль в пересохшем горле немного улеглась.

– Простите, миледи, но сразу много пить нельзя, – извиняющимся тоном проговорила Дерби, забрала стакан и уложила Хелен обратно на подушку. – Я схожу за вашей тетушкой.

Но Хелен снова поднялась на локтях, встревоженная внезапной мыслью:

– Дерби, а тебе наша выходка чем-нибудь грозит?

– Нет, миледи. Ваша тетушка решила, что вы отправили меня домой и пошли смотреть на казнь в одиночку. Я возражать не стала. Я правильно сделала?

– Да, отлично. А как ты объяснила этот кошмарный синяк? – нахмурилась Хелен.

Дерби склонила голову набок:

– Миледи, вы и сами прекрасно понимаете, что никого не заботит, как светская дама обращается со своей горничной.

– Они полагают, что я тебя ударила? – Хелен чуть не задохнулась от возмущения. Она никогда не поднимала руку на слуг.

– Я сейчас приведу вашу тетушку и брата, – спокойно ответила Дерби и вышла из комнаты.

Хелен не сомневалась, что Эндрю страшно на нее зол. Она откинулась на подушку и опустила веки, но пульсирующая головная боль не позволяла ей окунуться в заманчивое черное озеро сна.

Послышался щелчок, и дверь открылась. Девушка встрепенулась и медленно открыла глаза.

– Хелен? – В спальню заглянула тетушка. От ее напудренного лица веяло усталостью. – Как ты себя чувствуешь?

За ней стоял, улыбаясь, бледный, осунувшийся Эндрю.

– Привет, сильфида, – тихо сказал он.

– Голова раскалывается, – пожаловалась Хелен.

– Ничего, врач скоро придет. – Тетушка опустилась на стул у кровати и разгладила юбку легкого утреннего платья. – Он уже дважды делал тебе кровопускание. Замечательный человек! – Леди Леонора наклонилась к племяннице и сжала ее руку: – Я так рада, что ты наконец очнулась, моя дорогая!

Хелен слабо улыбнулась.

– Простите, – прошептала она, и ее взгляд метнулся к брату.

– Не знаю, что в последнее время на тебя нашло, – проворчал он. – Ты хотя бы представляешь…

– Эндрю! – оборвала его тетушка. – Вероятно, тебе пока лучше уйти.

Молодой человек потер затылок.

– Я рад, что тебе лучше, – угрюмо бросил он и вышел из комнаты.

Хелен молча проводила брата взглядом.

– Он все это время оставался у нас, ждал, пока ты поправишься, – сообщила тетушка, когда дверь за Эндрю закрылась.

– Дядюшка тоже рассердился?

– О, милая, он пришел в бешенство! Готов был выгнать тебя из дому, хоть ты и лежала без сознания. К счастью, вмешательство и регулярные визиты герцога отчасти его смягчили. – Леди Леонора поднялась со стула и отошла к бюро, повернувшись к Хелен спиной. – Согласись, цветы от его милости прекрасны. Шесть букетов, и все из оранжереи! Осмелюсь предположить, что завтра он принесет еще два.

– Да, он очень добр, – прошептала Хелен.

Тетушка резко развернулась:

– Как ты могла совершить настолько позорный, ужасный поступок? Отправилась смотреть на повешение, да еще и в одиночку! – Она сжала ладони. Пальцы ее дрожали. – Нет, я поклялась не бранить тебя, пока ты еще слаба. – Леди Леонора перевела дыхание. – По правде говоря, я предполагала, что твое несносное поведение оттолкнет его милость, но он все еще тобой увлечен. Хелен, дорогая, тебе очень повезло. У меня самой это в голове не укладывается. Может, теперь герцог чувствует за тебя ответственность. Не знаю. Да и какая разница? Главное, чтобы эти чувства не пропали. – Она натянуто улыбнулась, лишь слегка обнажив зубы.

Стук в дверь разрушил напряженную тишину.

– Войдите, – громко сказала тетушка.

Дверь открылась, и Хелен увидела доктора Робертса с учеником, крепким молодым человеком, прижимавшим к груди черную кожаную врачебную сумку.

– Приятно видеть, как пациент идет на поправку, – спокойным, размеренным тоном произнес врач, но за маской профессионального дружелюбия Хелен заметила облегчение. Он изящно поклонился дамам и подошел к кровати в сопровождении своего ученика. На худом лице появилась искренняя улыбка. – Как самочувствие, леди Хелен? Полагаю, головная боль у вас невыносимая.