Теория катастрофы - Ник. Горькавый

— Что же, — в голосе Анны зазвучала почти материнская гордость, — я всегда знала, что мы, женщины, талантливее вас, мужчин. Только у нас нет животно-адреналиновой страсти к тараканьим бегам, которые вы называете карьерой.

— Никки уже сделала головокружительную карьеру, за два года став основательницей новой династии, — усмехнулся Шихин-старший.

— Как же вы закончили поединок с чемпионом школы, если ваш меч застрял в стене? — заинтересованно спросил Айван.

— Тебе надо посмотреть запись этой дуэли, братец, — хихикнула Дзинтара. — Никки дралась сразу двумя мечами. Когда её клинок влетел в стенку, то то же самое произошло с мечом её соперника. Чемпион оказался безоружным, а у Никки остался второй клинок!

— Драться двумя мечами?! Покажите этот фокус, Никки, — загорелся Стефан, и Айван с энтузиазмом его поддержал.

— Я, конечно, могу его показать, — вздохнув, сказала Никки, — но не думаю, что вы сможете его повторить…

— Почему же? — обиженно вскинулся Стефан. — Мы с мечами давно имеем дело!

— Понимаете, Стефан, с физической точки зрения, я — не совсем человек, — откровенно призналась Никки, и за столом воцарилась мёртвая тишина. — Двенадцать лет назад во время аварии у меня был сломан шейный позвонок. Мой компьютер Робби находчиво засунул туда нейропротез, и с тех пор мои мышцы управляются не только с помощью мозговых команд, но и при активном участии Роббиного процессора. И я могу задействовать такой режим движения мышц, что руки будут двигаться заметно быстрее обычного… правда, за это можно поплатиться сильным растяжением связок… Точность моих движений тоже выше нормы… — Никки взяла в руки свежую маслину из вазы и бросила её куда-то за спину. Взлетев на несколько метров, маслина ударилась о стену замка, вернулась и попала прямо в пустой узкий бокал, стоящий перед Стефаном.

— Сатурн всмятку! — поражённо сказал тот.

— Вы бросали не глядя, как же вы смогли рассчитать удар? — спросил восхищённый Айван.

— Я могу смотреть не только зрением, ко мне подключены лазерный сканер и много всяких сенсоров… Например, я чувствую слабую радиоактивность гранитных перил у веранды, могу видеть сквозь стену… сейчас по коридору ваш сотрудник несёт кофе, чай и ещё какой-то красный напиток…

— Клюквенный морс, — сказала удивлённая Анна. — Никки — ты человек тысячи талантов!

— На меня было совершено уже несколько покушений, чертовски близких к успеху, так что мне приходится быть настороже, оглядываться почаще… А рука у вашего сотрудника была, видимо, сильно сломана, и сейчас вся лучевая кость заменена на какой-то сложный биоэлектронный протез…

— Что?! — удивился Алекс Шихин. — Какой протез?

— Не знаю, довольно интересный, металла практически нет, но много сложных квазиорганических элементов. Я рассмотрела эту штуку, когда он подавал лосося.

На веранде появился слуга, несущий на большом подносе кофейники, чайники и графины.

Алекс нажал кнопку на своём т-фоне.

Через минуту на Утреннюю веранду торопливо вышел крепкотелый лысый человек, запыхавшийся и, видимо, откуда-то бежавший.

— Стас, когда вы ломали руку? — небрежно поинтересовался Алекс у слуги, разливающего напитки.

— Полгода назад, сударь, — склонил голову слуга.

— И где вам её вылечили?

— В Лунном госпитале, сударь, — невозмутимо ответил Стас, — было небольшое костное воспаление, но потом врачи справились отлично, сейчас ничего не болит.

— Вам не ставили никаких протезов в кость? — спросил Алекс.

— Нет, сударь, — удивлённо ответил слуга, — у меня был обычный перелом: я упал, играя в лунное робополо. Зачем мне протез?

Алекс обратился к лысому человеку.

— Ант, проверьте кости его руки, есть основания полагать, что там встроен передатчик.

— Сударь! — вскричал слуга. — Я верой и правдой служу вашему дому двадцать лет, я не обманываю вас!

— Он говорит честно, — уверенно сказала Никки. — Он ничего не подозревает.

— Из дворца не ведётся никаких несанкционированных радио-, лазерных или других передач, — заявил Ант, видимо, начальник службы безопасности. — Это исключено.

— Если это умный передатчик — а глупо полагать, что он глуп, — сказала девушка, — то он может ждать, когда попадёт за пределы вашего контроля.

— Когда вы в последний раз уезжали из замка? — спросил Алекс слугу ровным голосом, но за которым угадывалось большое напряжение.

— Два месяца назад, на Пасху, сударь… — еле слышно пробормотал слуга.

— Уже хорошо… — мрачно сказал Алекс. — Ант, учтите это соображение и не выпускайте его из замка, пока всё не проверите. И займитесь остальным персоналом — особенно у кого были переломы или попадания в больницу.

Ант увёл Стаса, старчески шаркающего ногами по полу.

Никки вздохнула:

— Когда Робби сообщил мне, что рентгеновский излучатель даёт разные сканы левой и правой рук Стаса, я даже не заподозрила, что это шпионское приспособление. Я присмотрелась с помощью своих… чувств и решила, что это биопротез…

— Значит, вы видите человека буквально насквозь, — натужно засмеялся Стефан.

— Причём несколькими способами, — кивнула Никки, — но к вам это не относится. Мой Робби оценивает потенциальную опасность окружающих и из этических соображений исключает из сканирования моих друзей и знакомых, например, всех вас. Но за вашими служащими он следил и, найдя что-то интересное, дал мне знать… Обычно я ведь не всматриваюсь в людей своими сверхчувствами — это идёт в компьютерном «подсознании», пока не получен сигнал тревоги. Но если желаете, я могу вас просветить, Стефан…

— Нет, спасибо! — вскричал старший принц. — Не надо выворачивать меня наизнанку. Давайте сохраним хотя бы видимость приватности…

На этом завтрак завершился. Мужчины Шихины встали, вежливо поклонились остающимся Анне и девушкам и вышли с веранды с озабоченным видом.

— Кажется, ты немножко напугала моих мальчишек! — сказала королева Анна.

— Я не могла не сказать им, с каким человеком они имеют дело, — вздохнула Никки. — Дзинтара и остальные друзья в курсе моих… способностей. Но они уверены и в том, что я не злоупотребляю ими.

Спустя несколько часов Никки снова сидела в Малахитовом зале. Переговоры шли трудно. Шихин провёл предварительные консультации с ближайшими союзниками, и результаты были неутешительными — может, из-за того, что другие короли не видели летающего куба.

— Потеря контроля над биоцентрами не устраивает ни меня, ни других глав династий, — хмурился Шихин. — В генетические разработки были вложены огромные деньги, и Северные не доверят эти вложения — извините меня, Никки! — незнакомому человеку. Даже за такую замечательную игрушку, как ваше летающее кресло. Доверие — очень дефицитный товар среди королевских династий.