Огонь, водка и медные трупы - Вячеслав Шалыгин

– Зачем? – удивился первый пилот.

– Затем, – аргументировал приказ угонщик.

– Понятно, – космолетчик кивнул. – Повеситься слабо, решили прыгнуть в черную дыру? Самоубийцы так часто делают. Кто посмелее, даже без скафандра сигает. А вы как намереваетесь, голышом или в костюме?

– Я не собираюсь прыгать! – заорал человек. – На подлете к помойке вы отцепите хвостовые вагоны и сбросите их в Щекотурию! А головная часть состава полетит дальше.

– Не получится, – отрицательно покачал головой второй пилот. – Экспрессы этой модификации не расстыковываются. Только если распилить или взорвать.

– Тогда взорвем! – пообещал угонщик. – Главное, похоронить эту гадину, чтобы и духу ее во Вселенной не осталось!

– Вам кто-то крупно насолил? – догадался первый пилот. – Ну, так вы идите да застрелите эту сволочь, зачем вагоны-то отцеплять?

– Не получится, – человек опустил лучемет и удрученно вздохнул. – К хвосту состава пристыковался корабль, а в нем вооруженный сообщник мерзкой гниды. Могут пальнуть в ответ.

Второй пилот проверил грузовую ведомость и хмыкнул.

– Действительно, буквально пять минут назад нам на «хвост» упал космический разведчик «Молот-1000». Крутая машина, не каждому по карману. Ладно, гражданин, не волнуйтесь, доставим вас на помойку.

– Не меня! – Угонщик снова поднял пистолет. – А этих тварей.

– Что, прямо твари? – обеспокоился первый пилот.

– Люди, но твари, – пояснил взлохмаченный. – Без стыда, совести и понятий.

– Ай, какие негодяи, – посочувствовал угонщику второй космонавт. – Да вы присаживайтесь, вон кресло бортинженера свободно, он в отпуске. Кофе хотите?

– Нет, – человек плюхнулся в свободное кресло.

– Меня Саня зовут, – представился первый пилот, – его Витек. А вас?

– Яков Дормидонтович, – буркнул угонщик.

– Да ну?! – космонавт чуть не подпрыгнул на месте. – Злюхин?!

– Он самый.

– А я-то думаю, откуда мне ваше лицо знакомо?! Самый знаменитый богатей Галактики! Что ж вы, Яков Дормидонтович, экспрессы угоняете, наняли б кого, он бы вам этих тварей и без таких сложностей в Щекотурию упаковал.

– Помолчи, а? – Яков взглянул на космолетчика с невыразимой тоской. – Разорили они меня совсем, гады ползучие. Без штанов оставили, да еще и контрразведкой травят. И вообще, не твое дело!

Он снова вскочил и сунул ствол излучателя космонавту под нос.

– Ну ладно, – пилот примирительно поднял руки. – Я ж просто для поддержания разговора... Это, значит, на «Молоте» нас контрразведка догнала? Плохи дела в таком случае. Они с угонщиками общественного транспорта не церемонятся. Хлоп – и за борт.

– Молчать! – Злюхин взвился и пальнул-таки, но не в пилота, а в пульт управления кораблем.

Из приборной панели повалил дым, а бортовой компьютер запричитал, перечисляя все возникшие неполадки. Получился длинный список.

– Теперь точно на свалку полетим, – пилот укоризненно взглянул на Злюхина. – Нервы вам надо лечить, Яков Дромидарович.

– Дормидонтович! – взвизгнул Яков. – Держи курс на помойку!

– Да вот она уже, прямо перед нами, – космонавт указал на серебристый срез ближайшего к Супертрахбаху мусорного портала. – Только, говорят, отсюда все помойные тоннели в Зомбирь ведут, а вы в Щекотурию хотели. А тут не щекочут, тут живыми мертвецами пугают.

– Неважно, – Злюхин махнул рукой. – Все равно, я слышал, все эти места между собой сообщаются. Подлетай!

Экспресс летел немного боком, и пилоты с этой «иноходью» четырехвагонного космического поезда ничего поделать не могли. В результате произошло то, что и должно было произойти. Так и не расцепив вагоны и не выровняв полет, поезд влетел в портал наперекос, а потому застрял точно посередине трубы мусоропровода. Когда грохот от столкновения стих, а тряска улеглась, первый пилот выключил двигатели и поднялся с кресла.

– Взлетно-посадочную карамельку никто не хочет? Прилетели, Яков Дормидонтович.

– Это... черная дыра? – с опаской поинтересовался Злюхин.

– Это труба мусоропровода, – ответил космонавт. – Дыра дальше, но если присмотреться, отсюда ее видно.

– А скоро мы ее еще и почувствуем, – добавил второй пилот. – Если портал не закроется, вещество дыры может выплеснуться наружу, а потом – резко всосется обратно.

– И что? – Яков побледнел.

– Что, что, – космонавт вынул из специальной ниши скафандр. – Затянет всех, кто окажется поблизости от портала... Ну, вы тут свои дела разводите, а мы пошли.

– Куда это?! – Злюхин на четвереньках отполз вправо и подобрал с пола выпавший из рук излучатель.

– В спасательную шлюпку, – пилот помахал ему рукой. – Счастливо оставаться.

– Постойте! – Яков поднялся на ноги и устремился было за пилотами, но тут экспресс заскрежетал и продвинулся в глубь мусорной трубы еще на несколько метров. Злюхин снова упал, а когда нашел силы подняться, увидел, как закрывается шлюз перехода в спасательную капсулу.

Яков, вне себя от страха и негодования, забарабанил по прочному люку, но ответа не получил. С той стороны шлюза уже была пустота. Шлюпка с пилотами и прочими членами экипажа стартовала в направлении недалекого Супертрахбаха. Злюхин завыл и бросился к межвагонному тамбуру. Рассудок покинул его пока не полностью, и он вполне логично предположил, что шлюпки должны быть во всех вагонах экспресса.

К отправлению капсул из второго и третьего вагонов он опоздал. Оставался лишь последний, но там были враги: ненавистный Зигфрид и его покровители из контрразведки. Ну что ж, значит, так тому и быть! Злюхин стиснул зубы и решительно пнул в дверь последнего вагона.

Дверь не поддалась. Яков пнул сильнее и отбил пятку. Дверь держалась достойно. Злюхин в порыве отчаяния навел на нее лучемет, но тут за его спиной раздался оглушительный вопль.

Бывший олигарх испуганно обернулся и почувствовал, как шевелятся волосы на голове и груди. В дальнем конце вагонного коридора ворочалось и пульсировало черное Нечто. Оно медленно приближалось и тянуло к Якову аспидные щупальца. Злюхин заверещал, как пойманный за уши кролик, и пальнул в черную субстанцию.

В ответ Нечто, словно обидевшись, плюнуло фонтаном мусора, объедков и парой объемистых сгустков своего невероятного вещества, которые, немного не докатившись до Якова, распались миллионами брызг и оставили на ковровой дорожке двух отливающих медью громил. Сначала Злюхин подумал, что это роботы-стюарды из вспомогательного персонала экспресса, но под медными бровями человекоподобных чудовищ зажглись безжизненные красные глаза, и Якову стало совсем нехорошо. Эти истуканы смотрели прямо на него. А еще они медленно, но верно тянули в его сторону огромные клешни.