Эон. Возвращение заклинателя - Элисон Гудман

Я сморщила нос от запаха гнили и заглянула в небольшой туннель:

– Это и есть Врата наложниц?

Я вспомнила, как принц – Жемчужный император – шептал мне о них, как его вульгарная ухмылка сменилась смущенной улыбкой. Успели ли императорские стражи увести принца в безопасное место? Все ли с ним хорошо? Я коснулась дощечек и взмолилась: «Пожалуйста, пусть принц уцелеет». Словно в ответ на мою мольбу жемчужная нить на моей руке поднялась, словно устраиваясь поудобнее.

Рико скорчился у входа, очищая его от зарослей:

– Это потайной ход на случай опасности. Чего ты ожидала?

– Он похож на водосток.

– Именно.

Я положила на землю тяжелый меч, который Рико забрал у мертвого солдата, валявшегося в одном из соседних дворов, и помогла ему оттащить крепко переплетенные друг с другом лозы. Страж также забрал у убитого кожаную броню.

– Старая, но крепкая, – заметил он, затягивая на поясе завязки и надевая шлем.

Ему-то хорошо. Ни одна броня, даже самая легкая, не сделала бы меня похожей на настоящего солдата.

– Лозы целы, – прошептала я. – Через туннель никто не выходил.

– Они бы и не стали. Есть другой выход, за дворцовыми стенами у реки. Дам и детей проводили бы прямиком на королевские баркасы.

Рико аккуратно отодвинул решетку. Металл заскрежетал по камню. Мы оба напряглись, прислушиваясь, не привлекли ли внимание небольшой группы солдат, расположившихся у Чиновничьих ворот.

Рико оказался прав – лорд Сетон бросил большую часть сил на гарем.

У нас ушло полчаса на то, чтобы осторожно обойти группу солдат у женского святилища, а потом еще столько же на то, чтобы добраться до восточной стены. Нервы мои были натянуты до предела, и для срыва было достаточно еще одного изуродованного тела или изнасилованной служанки.

– Сопровождающие стражи должны были уже зажечь лампы вдоль прохода, но на всякий случай…

Рико вытащил из мешочка свечи и передал мне. Затем развернул глиняный горшочек и достал огниво. Опять трюк со взрывным порошком.

– Сейчас будут пять ступеней, ведущих вниз, – предупредил Рико. – Держись ближе ко мне.

Я подобрала одолженный меч и полезла за стражем в вонючую дыру.

Пять скользких ступенек. Холодный сырой воздух. Рико потянул меня за рукав, увлекая дальше во тьму. Мы повернули за угол – и я совершенно потерялась в пространстве. Затем грубый камень под ногами внезапно стал мягче.

– Ну вот, – выдохнул Рико.

Он согнулся и чиркнул огнивом. От яркого света у меня заслезились глаза. Рико похлопал меня по руке:

– Свечи. Быстро.

Я подала свечи стражу и заморгала, глядя на крохотный огонек в горшочке. Рико поспешно поджег фитили, а потом порошок догорел, испуская тонкие струйки дыма. Страж вручил мне свечу. Взгляд выхватил какие-то золотые и синие пятна. Потом, когда я привыкла к полумраку, поняла, что тунель вовсе не походит на очистительную канаву. Стены покрывали роскошные занавеси, а свод был расписан золотыми цветами и фруктами. На полу лежали толстые синие ковры. Невзирая на холод и сырость здесь пахло духами.

– Как красиво, – прошептала я и посмотрела на пол. – А почему ковры здесь не гниют?

Рико весело хмыкнул:

– Думаю, их каждый месяц меняют. – И сам осмотрел покрытие. – Никто здесь не проходил. Нет никаких следов. И лампы не горят. – Он подобрал глиняный сосуд и убрал в мешочек. – Что-то пошло не так.

– А они не могли пойти другой дорогой?

Рико пожевал нижнюю губу.

– Разве что через Врата ученых. – И встал. – Если придется разделиться, возвращайся в этот туннель и иди по нему прямиком к реке. Там ждет человек с лодкой. Он отвезет тебя в безопасное место. – Рико заметил мою нерешительность и прибавил: – Поняла? Тебя не должны захватить.

Я кивнула, на этот раз лучше следя за выражением лица.

Дальше мы шли молча. Ковер заглушал звуки шагов, золото сверкало в неясном свете свечей, словно солнечные блики на гладкой воде темного озера.

Рико часто останавливался и подносил фитиль к настенным масляным лампам, и за нами постепенно протягивалась световая дорожка.

– Для обратного пути, – пояснил он.

Как он умудрялся сохранять мужество и присутствие духа? Я подняла взгляд к потолку.