Месть темного бога - Линн Флевеллинг

— Я решил, что пора тебе обзавестись собственным набором, — пояснил Серегил, наслаждаясь произведенным впечатлением.

Алек бросил взгляд на наковальню:

— Ты сделал их сам?

— Ну, видишь ли, это не те вещицы, что можно купить на рынке. Тебе понадобится также новое имя и биография. Я как раз ее обдумываю.

Микам кивнул в сторону дощечки у подушки:

— Господин Алек?

— Благородный Алек из Айвиуэлла, никак не меньше. — Серегил слегка поклонился Алеку и уселся на кушетку напротив Микама. — Он майсенец.

Алек подошел к своей постели и более внимательно посмотрел на разложенную там одежду.

— Значит, благородный Серегил, как обычно, вернется в город к началу празднеств, посвященных Сакору? — заметил Микам. — И на этот раз не один?

Серегил кивнул:

— Я привезу с собой молодого аристократа — благородного Алека, единственного сына барона Гарета из Айвиуэлла, последнего представителя благородного, но обедневшего майсенского рода. Надеясь, что это поможет его отпрыску пробиться в жизни, барон Гарет поручил сына старому верному другу, благородному Серегилу из Римини.

— Неудивительно, что барон Гарет умер в нищете, — лукаво перебил его Микам. — Похоже, благородный барон не отличался здравостью суждений.

Не обращая на него внимания, Серегил объяснил Алеку:

— Поместив разоренное и к тому же мифическое поместье Айвиуэлл в самом глухом углу Майсены, мы убиваем одним выстрелом нескольких зайцев. Те манеры, которые окажутся отличными от принятых здесь, можно будет отнести за счет твоего провинциального воспитания. К тому же такая выдумка уменьшает вероятность того, что у кого-то найдется знакомый в тех краях. Таким образом, благородный Алек окажется и достаточно аристократичен для высшего общества, и в то же время никому не известен.

— То обстоятельство, что он и не скаланец, и не ауренфэйе, сделает его подходящим объектом для внимания тех леранцев, что захотят добраться до благородного Серегила.

— Наживка! — сказал Алек.

— Что-что? — засмеялся Серегил.

— Наживка, приманка, — объяснил юноша. — Когда ты хочешь поймать большого зверя, вроде медведя или горного кота, ты привязываешь в лесу ягненка и ждешь, пока твоя добыча не явится.

— Что ж. верно. Ты будешь нашей наживкой. Если появятся медведи, оставайся милым, невинным мальчиком, пробалтывайся обо всем, во что мы хотели бы, чтобы они поверили, и докладывай мне обо всем, что скажут они.

— Но как они узнают обо мне? — спросил Алек.

— Тут не будет затруднений. Благородный Серегил известен своей общительностью. Его дом в Квартале Благородных уже приводят в порядок, так что слухи распространятся быстро. Уверен, они достигнут нужных ушей рано или поздно. А через несколько дней мы устроим большой прием, чтобы ввести тебя в общество.

Микам ласково улыбнулся другу:

— Ах ты изобретательный сукин сын! Чего тебе удалось достичь, пока нас не было?

— Ну, на это ушла целая неделя, но думаю, что нашел нашего ловкача. Ты помнишь мастера Албена?

— Того аптекаря, баловавшегося шантажом, которого ты ограбил несколько лет назад по поручению госпожи Мины?

— Его. С тех пор он перебрался на улицу Задней Ноги.

— Как ты его нашел?

— Я был уверен, что печать подделала Гемелла. Поскольку она к тому же скупает краденые бумаги, я подсунул ей несколько своих писем, и прошлой ночью она привела меня прямо куда надо. Теперь остается только найти его тайник и посмотреть, что в нем хранится. Если Албен подделал то мое письмо, тогда, я думаю, он позаботился сделать и пару копий для себя на всякий случай. А если они попадут в наши руки, тогда удастся выжать из него и имена заказчиков.

— Это та работа, которую я должен сегодня сделать? — спросил Алек с заблестевшими глазами. — Чем скорее мы очистим твое имя от подозрений, тем лучше.

Серегил улыбнулся:

— Твоя забота о моей репутации очень меня трогает, благородный Алек, но для того, чтобы заняться Албеном, нужен еще день или два подготовки. Не беспокойся, все под контролем. Тем временем, я думаю, твои новые умения пригодятся тебе сегодня ночью.

Улица Колеса, тихая и респектабельная, была застроена довольно скромными виллами и находилась на окраине Квартала Благородных. Сумерки только что сгустились; в добротной одежде, чтобы не привлекать к себе внимания, Алек прогуливался по ней с Серегилом и Микамом — трое господ, вышедших подышать ночным воздухом.

Фасады узких домов, как и всюду в Скале, были украшены мозаикой и лепниной. Первый этаж некоторых зданий был отведен под лавки и мастерские. Было еще достаточно светло, чтобы Алек мог разглядеть вывески портного, шляпника, ювелира. Улица кончалась маленькой круглой площадью, на которую выходила конюшня, где можно было нанять повозку. Всадники и экипажи сновали туда и сюда, из некоторых домов доносились звуки вечеринок.

— Нам нужен вон тот, с виноградной гроздью над дверью, — прошептал Серегил, показывая на ярко освещенное здание на противоположной стороне улицы. — Дом принадлежит не очень знатному придворному, занимающему какую-то должность в порту. Семьи у него нет, слуг трое — старый дворецкий, кухарка и горничная.

Перед домом было привязано несколько лошадей, изнутри доносились звуки настраиваемых скрипок и свирелей.

— Похоже, у него гости, — прошептал Микам. — Что, если по этому случаю он нанял еще слуг?

— Это самое неприятное, — предупредил Алека Серегил. — Временные слуги вечно лезут туда, где постоянным слугам и в голову не придет появиться. Да и гости тоже! Держи ушки на макушке и помни: все, что нам нужно, — это шкатулка с письмами. Ты нырнешь туда и тут же обратно, никаких импровизаций. По моим сведениям, шкатулку он держит в своем столе в кабинете. Это угловая комната на втором этаже, выходящая на улицу.

Мимо них проехало еще несколько экипажей, грохоча по камням мостовой.

— Здесь слишком людно, — прошептал Алек. — А черного хода нет? Серегил кивнул:

— Позади дома есть обнесенный стеной сад. Другим концом он выходит к лужайке. Сюда.

Они миновали еще несколько домов, пересекли улицу, свернули в переулок и вышли на лужайку. Такие места имелись по всему городу — заросшие травой скверики, на которых в случае осады можно было бы пасти скот. Сейчас здесь было только несколько спящих гусей и поросят.

Бесшумно крадясь по траве, Серегил и его спутники отсчитывали ворота, пока не нашли нужные. Стена, окружающая сад, оказалась высокой, ворота были надежно заперты изнутри.

— Похоже, тебе придется лезть, — прошептал Серегил, прищурившись. — Будь осторожен: в таких местах обычно по верху стены натыканы осколки стекла или стальные острия.

— Погоди-ка! — Алек в темноте пытался разглядеть выражение лица Серегила. — Разве вы оба не со мной?