Вызывающий бурю - Том Ллойд

Она вздохнула.

– Моя семья считает, что боги призвали меня в качестве предсказательницы. Теперь меня держат под замком и пичкают наркотиками.

– И все это из-за меня? – Изак не смог скрыть своего недоверия, но Кселиата, похоже, этого не заметила.

– Отчасти из-за вас. Я искала ваш разум, и мне встретился Моргиен. Я вошла в его сон из чистого любопытства. «Человек с несколькими душами» – подходящее для него имя. И в его сновидениях я нашла больше ответов, нежели рассчитывала, к тому же совсем неожиданных. – Девушка снова вздохнула. – Век Завершения предрекали очень многие, немало людей пытались повлиять на будущее, но в конце концов, как мне кажется, все они потерпели поражение.

– Каким образом? Я не понимаю.

Изак чувствовал себя полным дураком: неужели он не в силах понять, о чем она говорит?

Девушка улыбнулась и похлопала ладонью рядом с собой. Изак сел, почувствовав, как мягкая земля осела под его весом. Кселиата прильнула к нему, стройная и хрупкая, ее тело было удивительно теплым.

– Вы ведь знаете, кто такие предсказатели? Все они говорят загадками, которые нужно отгадать. Они не видят будушего, а видят лишь возможные его варианты, а затем их предсказания истолковывают специальные ученые – в соответствии со своими представлениями.

– Значит, ученые могут лгать?

– Не все так просто.

Кселиата невесело улыбнулась, ласково погладила руку Изака и, переплетя свои пальцы с его пальцами, крепко сжала.

– Иногда они угадывают, иногда – нет. Но вы не должны забывать, что в словах заключается определенная сила. Люди стремятся к тому, во что верят, и богов отчасти поддерживают именно вера и преданность их поклонников. Вы должны помнить, что слова влияют на судьбу Ланда, каким бы странным это ни казалось. Мы видим Ланд сквозь призму слов, мифов и верований. Слова и сами по себе могут творить его историю. Это понимал ваш отец. Честно говоря, имя, которое он вам дал… оно сбивает вас с предначертанного вам пути. Возможно, отцу вашему еще придется ответить у Врат Смерти, представ перед лицом рассерженных богов.

– Я не знал об этом, пока Бахль мне не сказал, – раздраженно ответил Изак. – И я никогда не проявлял неуважения к Кази Фарлану. Не сам же я выбрал себе имя! И я, все еще, не понимаю, какое все это имеет отношение ко мне.

Теперь он говорил почти жалобно.

– Вы – центр всех событий. Спаситель – всего лишь имя, но в нем заключена большая сила, влияющая на тех, кто с нею связан. Хотите вы того или нет, но законы магии отличаются от законов природы, и имена для своих целей могут использовать как люди, так и боги. Вы оказались центром осуществления предсказаний о Спасителе. Все, обладавшие хоть какой-то властью, пытались повлиять на ваше рождение, создать вас таким, каким это было выгодно им. Никому это не удалось, но их усилия подарили вам достаточно силы, чтобы изменить Ланд. Но те, кто вмешивался в вашу судьбу, забыли про разницу между магией и природой: когда сталкиваются природные силы, либо одна из них побеждает, либо погибают все; когда же сталкиваются магические силы, они искажают и изменяют друг друга.

– В результате у вас есть сила, но нет желаний, вы не мечтаете о завоеваниях, у вас нет грандиозных планов, лишь одно пустое тщеславие. Ваша судьба скрутилась и порвалась.

Изак глубоко вздохнул. Он понятия не имел, о чем спросить. В голове его было пусто.

– Я… откуда мне знать, что вы говорите правду?

Кселиата улыбнулась, понимая его сомнения.

– Ну, во-первых, вы ведь узнали мой голос? Я наблюдала за вами в ту первую ночь в башне, хотя и не знала, где вы. Я чувствую, что ваша душа переплелась с моей. Я пребываю с вами с самого первого дня вашей новой жизни.

Изак вдруг вспомнил все и открыл было рот, чтобы задать вопрос, но Кселиата приложила палец к его губам, призывая к молчанию. Потом положила руку на его грудь – там, где был шрам от ожога.

– Я уверена, что вы и сами чувствуете многое из того, о чем я сказала. Вы – избранный, хоть для вас это и неважно. Какую бы жизненную цель вы ни ставили перед собой, вы руководствуетесь разумом, не инстинктами.

– Я…

Кселиата вдруг обеспокоенно оглянулась.

Изак проследил за ее взглядом, но не заметил ничего – лишь все тот же дикий пейзаж. Потом вспомнил, что все вокруг – только образ, видимость. Тогда юноша закрыл глаза и принялся осматриваться мысленно.

Ему показалось, что Ланда – два и что они лежат один на другом. Изак увидел своих товарищей, по-прежнему спящих рядом с ним под пологом ветвей, увидел, как ветер колышет траву в долине. Он сосредоточился на своем сне – и сразу понял, что именно испугало Кселиату. Вокруг клубилась тень, похожая на тень от облака, проплывающего мимо невидимого солнца. Изак вспомнил: нечто подобное уже происходило с ним на крепостной стене во время праздника в имении сюзерена Фордана.

– Мне надо идти, – заговорила Кселиата. – Не волнуйтесь, я справлюсь, что бы это ни было. Моргиен передал вам письма к королю Нарканга?

Изак кивнул, продолжая разглядывать тень.

– Передайте их королю Эмину, когда останетесь наедине, он все подробно вам объяснит. Я еще не знакома с королем, но его разум сияет так же ярко, как ваш. Значит, Эмин может играть во всем этом столь же важную роль, как и вы. Его тоже пугают тени. Я приду к вам, как только смогу.

Она помедлила, вдруг утратив самоуверенность. Заглянув в глаза Изака, придвинулась ближе, вдохнула его запах и нежно поцеловала в губы. Изак почувствовал, как язык ее скользнул по его языку… Потом девушка отстранилась – и сразу стала печальной, беззащитной и уязвимой.

Шрам на груди Изака горел от стыда и желания.

– Погоди! – воскликнул он, чувствуя, что вот-вот проснется. – Если я сломал твой разум, зачем ты помогаешь мне?

Теперь он видел лишь очертания ее лица на фоне звездного неба. Ее исполненный печали голос разрывал душу.

– Потому что иначе я не могу. И это все, что у меня осталось.